ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 





Кит Ломер: «Обратная сторона времени»

Кит Ломер
Обратная сторона времени


Империум – 2



Кит ЛомерОбратная сторона времени 1 Это был один из тех тихих летних вечеров, когда краски заката горели на небе дольше, чем это обычно бывает в Стокгольме в конце июня. Я стоял у окна, любуясь оттенками бледно-розового, коричневато-золотистого и синего, а на душе у меня было так тяжело, как бывает, когда надвигается беда, большая беда.Резко прозвенел телефонный звонок. Я стремительно подскочил к телефону и схватил трубку.— Алло.— Полковник Брайан? — произнес голос на другом конце провода. — С вами будет говорить Манфред фон Рихтгофен; одну минуту, пожалуйста.Через открытую дверь столовой мне был виден темный блеск рыжих волос Барбро, выбиравшей с Люком вино к обеду. Свечи на люстре лили мягкий свет на белоснежную скатерть, искрящийся хрусталь, старинный фарфор, сверкающее серебро. Люк был таким мажордомом, который каждый обед превращает в королевский прием. Но сейчас аппетита у меня не было. Сам не знаю почему. Рихтгофен был моим старым и дорогим другом, а также руководителем Имперской Разведки…— Брайан? — донесся из трубки голос Рихтгофена. — Я рад, что застал тебя.— Что случилось, Манфред?— М-м-м… — он казался слегка смущенным. — Брайан, ты весь вечер был дома?— Мы вернулись час назад. Ты что, уже звонил мне?— О, нет. Понимаешь, возникла небольшая проблема.Пауза.— Брайан, не мог бы ты найти время, чтобы заглянуть в управление Имперской Разведки?— Конечно! Когда?— Сейчас… Сегодня вечером…Снова пауза. Определенно, Рихтгофена что-то сильно беспокоило, а это уже само по себе было странно. Мне очень жаль, Брайан, — продолжал он, — что я побеспокоил тебя, но… — Я буду через полчаса, — прервал я его. — Люк, конечно, расстроится, но я думаю, что это он переживет. Может быть, ты, наконец, скажешь мне, в чем дело?— Нет, нет, Брайан. Это не телефонный разговор. Пожалуйста, извинись за меня перед Барбро… и перед Люком тоже.Барбро подошла ко мне:— Брайан, кто это звонил? — она увидела выражение моего лица. — Что случилось?— Не знаю. Я постараюсь вернуться поскорее. Должно быть, это что-то важное, иначе Манфред не стал бы звонить.Я прошел в свою спальню, переоделся и вышел в холл. Люк уже был там с пружинным пистолетом в руках.— Мне это вряд ли понадобится, Люк, — сказал я. — Это просто обычная поездка в Управление.— Все-таки возьмите его, сэр. — На лице слуги было обычное выражение мрачного неодобрения. Выражение, скрывающее, как я знал, исключительную преданность.Я улыбнулся и взял оружие. Завернув рукав рубашки, я прикрепил кобуру на предплечье. Широкий рукав пиджака позволил мне проверить действие пистолета. При резком движении кисти этот крошечный пистолет (по форме и цвету напоминавший обточенный водой камень) соскользнул мне в ладонь. Я вновь закрепил его на прежнее место.— Только для тебя, Люк. Я вернусь через час, а может быть, и раньше.Спустившись по широким ступеням к машине, я сел за руль и включил двигатель. Я выехал по тополиной алее через ворота на городскую улицу. Я заметил, что одна из машин с потушенными фарами тронулась с места. Вторая машина выехала из-за угла и пристроилась за мной. На бампере блеснула эмблема Имперской Разведки. Похоже было, что Манфред послал за мной эскорт, желая удостовериться, что я направляюсь именно в Управление.Десятиминутная поездка по широким, залитым мягким светом улицам старой столицы напомнила мне Стокгольм моей единственной материальной среды. Но здесь, в 0-0, мире Империума, центре широкой сети параллельных миров, краски были ярче, вечерний бриз — нежнее, а магия жизни — привлекательнее.Следуя за передним автомобилем, я пересек мост, повернул вправо и выехал на широкую аллею, проехав массивные ворота с часовыми. Наконец я подъехал к широким дверям с вывеской: «ИМПЕРСКОЕ УПРАВЛЕНИЕ БЕЗОПАСНОСТИ».Машина позади меня резко затормозила, просигналила, и дверь распахнулась. Я вышел из машины, а четыре человека образовали вокруг меня якобы случайный полукруг. Я узнал одного из моих охранников — оперативника Сети, который когда-то возил меня в Йонж-Ноелжфрин. Это было несколько лет назад… Он увидел, что я его узнал и кивнул.— Они ждут вас, полковник, в апартаментах генерала, барона фон Рихтгофена, — сказал он и отвернулся.Я машинально кивнул ему и поднялся по лестнице, чувствуя, что меня сопровождает не почетный эскорт, а конвой.Манфред поднялся, едва я вошел в кабинет. Взгляд его был странным — как будто он был не совсем уверен в том, что перед ним именно я.— Брайан, я прошу тебя быть снисходительным, — сказал он. — Пожалуйста, садись. Создалось несколько затруднительное положение.Он озабоченно посмотрел на меня. Это был не тот обходительный, уравновешенный барон фон Рихтгофен, каким я привык видеть его ежедневно, выполняя обязанности начальника одного из отделов Имперской Разведки.Я сел, отметив про себя продуманное расположение четырех вооруженных агентов в комнате и стоявших молча в стороне еще четырех человек, приведших меня сюда.— Продолжайте, сэр, — сказал я официально, что соответствовало происходящему. — Я понимаю, дело есть дело. Полагаю, что в свое время вы скажете мне, что произошло.— Я должен задать тебе ряд вопросов, Брайан, — расстроенно произнес Рихтгофен. Он сел (морщины на его лице вдруг показали, что ему уже почти 60), провел рукой по гладким седым волосам, потом резко выпрямился и решительно откинулся на спинку стула.— Какова девичья фамилия твоей жены? — выпалил он, словно прыгнул в холодную воду.— Люнден, — ровным голосом ответил я.В чем бы ни заключалась эта игра, я решил участвовать в ней. Манфред знал Барбро дольше, чем я. Ее отец служил с Рихтгофеном агентом Империума тридцать лет.— Когда ты встретил ее?— Примерно пять лет тому назад — на королевском летнем балу. В тот вечер, когда я приехал сюда…— Кто еще был там, в тот вечер?— Вы, Герман Беринг, капитан Винтер… — я назвал с десяток гостей, присутствовавших на этом веселом балу, закончившемся так трагически из-за нападения бандитов из кошмарного мира В-1-два. Винтер погиб от ручной гранаты, которая предназначалась для меня, — добавил я.— Какова была твоя профессия… раньше?— Я был дипломатом США, до тех пор, пока ваши парни не похитили меня и не доставили сюда. — Последнее было ненавязчивым напоминанием о том, что, каковы бы ни были причины, заставлявшие моего старого друга в этом другом Стокгольме допрашивать меня как чужого, мое присутствие здесь, в мире Империума, было прежде всего его идеей. Было ясно, что Рихтгофен почувствовал эту шпильку, ибо он некоторое время перебирал на столе бумаги, прежде чем задать следующий вопрос:— В чем заключается твоя работа здесь, в Стокгольме 0-0?— Вы предоставили мне прекрасную работу в разведке в качестве офицера надзора Сети.— Что такое Сеть?— Это континуумы параллельных миров, матрица одновременной действительности…— Что такое Империум?Это был один из тех скоропалительных допросов, которые проводятся, чтобы сбить человека с толку и заставить изменить линию поведения. Не самый удачный способ беседы для двух друзей.— Правительство всех вероятных миров линии А, находящееся в мире 0-0, в котором был создан генератор МК.— Что сокращено буквами МК?— Максони-Копини — имена ребят, которые изобрели эту штуку еще в 1893 году.— Каким образом используется эффект МК?— Создан привод, при помощи которого приводятся в движение шаттлы Сети.— Где осуществляются операции?— Во всех мирах линии А, кроме Зоны Блайта, или, как говорим мы, оперативники, везде, кроме Зоны Поражения.— Что такое Зона Блайта?— Каждая линия А в пределах тысяч параметров линии 0-0 представляет собой адский мир Чациачии или…— Что вызвало появление Зоны Блайта?— Неправильное обращение с эффектом МК. Ваши парни, сэр, здесь, на линии 0-0, были единственными, кто научился правильно управлять…— Что такое линия 0-0?Я обвел рукой вокруг:— Этот мир, в котором мы сейчас находимся. Мир, где поле МК…— Есть ли у тебя шрам на правой ступне?Я улыбнулся.— Угу. В том месте, куда попал главный инспектор Бейл, между большим пальцем и…— Почему тебя доставили в мир Империума?— Я нужен был вам, сэр, чтобы выдать меня за диктатора района, известного под названием Киайта.— Имеются ли другие жизнеспособные линии А в пределах Блайта?Я кивнул.— Две. Одна — это опустошенное войной место с датой Общей Истории около 1910 года, другое — это мой родной мир, известный под шифром В-1-три.— У тебя шрам от пули на правом боку?— Нет, на левом. У меня также есть…— Что такое дата Общей Истории?— Это дата, когда истории двух различных линий А разошлись, образуя параллельные миры.— В чем заключается твое первое задание в качестве полковника разведки?Я ответил на этот вопрос и на множество других. В течение следующих полутора часов он задавал мне вопросы интимные и служебные, спрашивая о вещах, известных только мне и ему. И все это время восемь вооруженных мужчин молча стояли за моей спиной.Мое терпение уже иссякало, когда генерал, вздохнув, положил обе руки на стол. Мне показалось, будто он только что опустил в ящик стола пистолет и посмотрел на меня с улыбкой.— Пойми, Брайан, что в этой любопытной профессии, которой мы оба занимаемся, порой сталкиваешься с необходимостью выполнять много неприятных вещей. Позвать тебя сюда вот так… — он кивнул на вооруженных людей, которые молча покидали комнату, — и допрашивать, словно опасного преступника — это одно из самых неприятных дел, выпавших на мою долю. Но это необходимо, и, поверь мне, я очень рад, что все закончилось благополучно.Он поднялся и протянул мне руку. Я пожал ее, чувствуя, как подавляемый гнев кипит у меня в горле, вероятно, мое настроение было заметно.— Позже, Брайан, может, даже завтра, я смогу объяснить тебе этот фарс. А сегодня я прошу принять мои извинения за неудобства и неловкость, которые я вынужденно причинил тебе. Поверь, что это было только в интересах Империума.Я без энтузиазма что-то пробормотал и вышел. Что бы ни затевалось, я был уверен, что у Рихтгофена была веская причина это сделать. Правда, это не улучшало моего самочувствия и не уменьшало моего любопытства. Но будь я проклят, если стану сейчас задавать какие-то вопросы.Никто не встретил меня, когда я шел к эскалатору. Я спустился вниз и оказался в холле первого этажа. Где-то послышался звук быстро удаляющихся шагов, хлопнула дверь. Стало удивительно тихо. Здание Управления, казалось, окуталось атмосферой таинственности.И тут я стал принюхиваться. До меня внезапно донесся запах горящего дерева, асфальта и дыма. Я направился в сторону предполагаемого источника этого запаха, двигаясь быстро, но тихо. Я прошел мимо широкой парадной лестницы, которая вела в приемный зал, и вдруг застыл на месте: мой взор упал на темное пятно, четко выделяющееся на белом мраморе пола. В двух ярдах от него виднелось второе. Форма обоих не вызывала сомнений: это были отпечатки ног. В шести футах дальше по коридору был еще один след — казалось, кто-то случайно вступил в горячую смолу и теперь оставляет за собой этот странный отпечаток. Следы поворачивали налево по коридору. Я осмотрелся — было тихо и спокойно, как в морге.Я прошел через холл и остановился на площадке. Запах усилился и теперь напоминал запах горящей краски. Идя по следам, я повернул за угол. В двадцати футах от меня на полу коридора виднелась глубокая выжженная полоса. А вокруг нее — множество отпечатков ног. Там были еще и брызги крови, а на стенах отпечаталась кровавая пятерня, по размерам значительно превосходящая мою.Над табличкой с надписью «Служебная лестница» был еще один отпечаток руки. На этот раз очерченный контуром вздувшейся и почерневшей краски. Мое запястье конвульсивно дернулось — рефлекторное напоминание о пистолете, который я взял по настоянию Люка.До двери было два шага. Я взялся за блестящую латунную ручку и… резко отпрянул назад, ибо она была раскалена. Тогда я обернул руку носовым платком и открыл дверь. Узкие ступеньки вели куда-то вниз, в темноту. Запах горящего дерева усиливался с каждым моим шагом. В темноте я достиг подвала, на мгновение остановился и осторожно высунул из-за угла голову.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

загрузка...