ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ



науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- три суперцивилизации --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— С широкоапертурными полями и полным комплектом захватов.
— Ого! Такими игрушками можно «Хлябь-Хилтон» с корнем выдрать.
— Что можно, то можно, — согласился Ретиф. — Спасибо, Фредди.
Снаружи уже опустились сумерки; автомобиль ожидал у обочины. Ретиф велел Чонки ехать по мокрой, затененной деревовидными папоротниками улице на окраину, к пустой строительной площадке, которую совсем недавно занимало украденное строение. Выйдя из машины под ровный и теплый дождик, он забрался внутрь скрывающего котлован пластикового шатра и принялся осматривать мягкую землю, освещая ее ручным фонарем.
— И чего на дам тумаете выйти? — поинтересовался Чонки, семеня рядом с ним на ножках, напоминающих клубки мокрой фуксиновой пряжи, увеличенные до размеров посудной лохани. — Сростите, что прашиваю, но я зумал, что вы, демляки, не мочите любить ноги.
— Просто осматриваюсь на местности, Чонки, — ответил Ретиф. — Похоже, что щипач, который слямзил наш театр, поднял его с помощью гравитационных устройств, и скорее всего, целиком, поскольку никаких следов демонтажа я здесь не вижу.
— Я чего-то не фонял, шеп, — сказал Чонки. — Вы, по-воему, гоморили, что мастер Мигнан сам придумал этот прюк с коплованом, пубы интереть подогрес чтоблики к Открыциальному Офитию.
— Не бери себе в голову, Чонки, просто у меня такой способ нагнетать напряжение, — Ретиф остановился, подобрал с земли красноватый окурок наркотической сигаретки и понюхал его. От окурка несло резким запахом эфира, свойственным подобного рода изделиям гроачей.
— Вы думаете, что таз я хлябианин, рак уж сопсем без вонятия, — продолжал Чонки, — а мы вой-чего покидали в свое время. Травится нам вердить, что это его вабота, — роля ваша. Та долько, нежду мами, как он, черт сдери, это поделал?
— Боюсь, что это дипломатическая тайна, — ответил Ретиф.
— Ладно, пойдем посмотрим, чем ответили гроачи на наш культурный вызов.
— Да там и одеть-то глясобенно не на что, — пренебрежительно рассказывал туземец, пока они, хлюпая, приближались к машине, в ожидании пассажиров висевшей на воздушной подушке над большой лужей. — Прочего у них там не нисходит, а если и поисходит, так не проймешь чего. Дородили здоровенный защатый сгобор, и все забаковали в презент.
— Гроачи народ скрытный, — сказал Ретиф, — но, может, нам все же удастся хоть что-то увидеть.
— Не увебен, росс, — хам у них еще пуча отраны, все с кушками. Они и слизко никому дунуться не бают.
Вглядываясь в глянцевые от дождя улицы, осененные похожими на сельдерей деревами, Чонки мурлыкал себе под нос веселый мотивчик, звучавший сначала так, словно его наигрывали на гребенке, затем — на арфе с резиновыми струнами, а под конец,
— напоминая накачанную до отказа волынку.
— Непорно чулудается, а? — сказал он, не дождавшись похвалы. — Тоследний пакт суток чмазал, гам полаталось трупам забеть, да у пня малец соскользнул.
— Впечатляет, — сказал Ретиф. — А как у тебя с деревянными духовыми?
— Сак тебе, — сказал Чонки. — С лунными стручше. Скрот вослушай, — пипка.
Он вытянул руку в сторону, расположил вдоль нее четыре волоконца и проехался по ним наспех сооруженным из другой конечности смычком, издав визгливую трель.
— Дичего, на? Мелодий я погра не икаю, но упрочняюсь, как жерт, так что и городии не за мелами.
— Гроачианские поклонники носоглоточной музыки будут валить на твои концерты толпами, — предсказал Ретиф. — Кстати, Чонки, давно уже гроачи строят свою спортплощадку?
— Пайте додумать: Тачали они ной осенью, вы, земляки, зак рак фунбамент детонировали…
— Так им уже и закончить пора, правильно?
— Па дам стервой медали него чело изменилось. И вошь сметно: как зуда те найдешь, — ни единорога бочего нет, рана ох одна.
Чонки свернул за угол и остановил машину у смутно рисующегося в вечернем сумраке забора высотой в десять футов, сооруженного из плотно пригнанных пластиковых панелей.
— Дзот мы и весь, — сказал он. — Я те топорил, ни жига у них фуг не воймешь.
— Давай-ка все же осмотримся.
— Ядное тело, солько удо все хаки тержите востро, эти мертовы недочурки емеют подчехиваться одрань тико.
Оставив машину в густой тени, создаваемой раскидистой кроной гигантского папоротника, Ретиф с хлябианином пошли по панели, разглядывая сплошную стену, окружавшую целый квартал. На углу Ретиф остановился, огляделся. Уличные фонари еле тлели в тумане над безлюдными тротуарами.
— Если увидишь, что кто-то идет, сыграй пару нот на виолончели, — приказал Чонки Ретиф.
Он извлек из внутреннего кармана тонкий инструмент, вогнал его между двумя панелями и повернул. Пластик крякнул, подался, образовалась узкая щель, сквозь которую можно было разглядеть прожектора на столбах, заливавшие желтым светом узкую полоску расквашенной ногами грязи, обильно усеянной плашками два на четыре и ломанными кусками фанеры, и бахрому чахлой травки, подступающей к вертикальному эскарпу из мышастого цвета рогож. Гигантский брезент, удерживаемый целой сетью веревок, полностью скрывал расположенное под ним тяжеловесное здание.
— Рама модная, — послышался из-под локтя Ретифа голос Чонки, — да у пих тут нольшие беременны!
— И что за перемены?
— Ну, толком донять из-за этого презента трупно, под ним все выглянит идаче. Но полудились они трихо, сопреваться не мри ходится.
— Как ты насчет того, чтобы заехать в Посольство гроачей?
— предложил Ретиф. — Надо бы выяснить еще кое-что.
— Кобечно, пес, носехали, полько троку от этого вам не будет. Они ворожат его ток, сластно он — легендарный Норт Фокс.
— На это я и расчитываю, Чонки.
Они проехали еще десять кварталов по пропитанным влагой улицам и, остановившись в квартале от смахивающего на крепость строения, подобрались к нему поближе, стараясь держаться в тени. Двое гроачей, облаченных в замысловатую форму, столбами стояли по бокам от ворот, проделанных в сложенной из камня стене.
— На сей раз дырку проковырять не удастся, — сказал Ретиф. — Придется лезть на стену.
— Фискованно, шер…
— Равно как и торчать на темном углу, — ответил Ретиф.
— Пошли.
Пять минут спустя, перемахнув через стену при помощи свисавшей из-за нее ветки пачкульного дерева, Ретиф и Чонки уже стояли, прислушиваясь, на территории Посольства.
— Ничего не слышу, — пробормотал хлябианин. — А кеперь туда?
— Давай, Чонки, прогуляемся, посмотрим, что тут к чему,
— предложил Ретиф.
— Ладно, — молько не по туше дне все это… — Чонки удлиннил заканчивающуюся глазом псевдоконечность, и та осторожно заползла за угол. Прошло две минуты. Внезапно водитель замер.
— А дьягол, вроачи! — воскликнул он. — Суем отдюда, шеф!
Оченожка конвульсивно сократилась.
— Тот воре, запугался! — вскрикнул Чонки.
Ретиф обернулся и увидел, что его водитель пытается освободить оченожку, которая каким-то образом вплелась в его же собственную ногу, причем нога в совю очередь расплеталась, разительно напоминая самостоятельно распускающийся вязанный коврик.
— Кот и вонец, — пыхтел Чонки. — Соду, босх, мне этой хвозни надолго ватит…
Ретиф сделал два быстрых шага к углу здания; топоток мягко обутых ног стремительно приближался. Миг спустя, из-за угла выскочил гроач в коротком плаще, узорчатых кожаных наголенниках на тощих ножках, глазных фильтрах солдатского образца и сверкающем боевом шлеме, — выскочил, и налетев на вытянутую руку Ретифа, аккуратно спланировал в грязь. Ретиф подхватил рассеиватель, выпавший из рук Гроачианского Усмирителя, перевел его в широкоугольный режим и развернулся так, чтобы в поле действия оружия попало еще с полдюжины гроачианских стражей, рысью приближавшихся с правого фланга. Стражи резко затормозили и замерли. В тот же миг за спиной Ретифа послышался вопль, — он чуть повернул голову и увидел, как Чонки бьется в лапах еще четырех инопланетян, выбежавших из двери Посольства.
— Бросить оружие и не двигаться, мякотник, — прошептал на гроачианском командующий охраной Капитан, — или увидеть, как твоего миньона прямо перед твоими незащищенными глазами изрубят в лапшу!
4
Родоначальник Шниз, Чрезвычайный Посол и Полномочный Министр Гроачианской Автономии при Хлябианской Аристархии, сидел, непринужденно откинувшись на спинку огромного вращающегося кресла, — пиратской копии земной дипломатической модели. За спиной его виднелась горстка помощников, свистящим шепотком обменивающихся наблюдениями. Многочисленные глаза их были скошены в сторону Ретифа, привольно стоявшего перед Шнизом промежду двух стражей, уткнувших стволы своих рассевателей Ретифу в почки.
— Как приятно вновь увидеться с вами, Ретиф, — прошептал Шниз. — Впрочем, доставить коллеге развлечение — это всегда радость. Вы, разумеется, простите капитана Злифа, если рвение, с которым он настаивал на том, чтобы вы согласились воспользоваться моим гостеприимством, показалось вам чрезмерным, — его слишком взволновал интерес, который вы проявили к нашим гроачианским делам.
— Снисходительность Вашего Превосходительства просто поразительна, — тоном легкого одобрения ответил Ретиф. — Я опасался, что вы разжалуете Капитана в капралы, как-никак, а он вынудил вас раскрыть ваши карты. Ничто не вызывает у дипломата такого озлобления, как тот, кто позволяет смутным подозрениям застыть, приняв форму окончательной определенности.
Шниз пренебрежительно махнул щупальцем.
— Любое в меру разумное существо, — из вежливости я включаю в список и земных дипломатов, — в состоянии догадаться о наличии связи между пропавшим зданием и мной.
— Охо-хо — я, кажется, бонял, что было под тем презентом!
— приглушенно воскликнул Чонки, — приглушенно, ибо его голосовой аппарат был забит его же собственными оченожками.
— Вот видите, даже темный туземец догадался, что существует только одно место, в котором можно спрятать позаимствованный балетный театр, — беспечно продолжал Шниз. — А именно, под парусиной, натянутой над моим якобы стадионом.
— Поскольку мы с вами сошлись на том, что это очевидно,
— сказал Ретиф, — не прикажете ли вы солдатам распустить узлы, в которые они скрутили Чонки, а мы с Капитаном Злифом тем временем от души посмеемся над вашей шуткой здоровым дипломатическим смехом.
— О нет, мы еще не добрались до самой ее соли, — возразил Шниз. — Не предполагаете же вы, мой дражайший Ретиф, что я потратил столько месяцев на тонкие дипломатические ходы единственно для того, чтобы позабавить новоприбывших земных бюрократов?
— Подобная мотивация представляется несколько шаткой, — согласился Ретиф. — Но вы же не можете вечно прятать от любопытствующих миллион кубических футов украденного архитектурного шедевра.
— Даже и пробовать не собираюсь. Осталось прождать всего несколько часов и мои свершения во всем их величии воссияют на местном дипломатическом небосводе, — безмятежно сказал Шниз.
— Припомните, я ведь приблизил срок открытия гроачианского дара избирателям Хляби. Сие волнующее событие состоится нынче ночью в присутствии целой толпы сановников этой планеты, и разумеется члены Земной Миссии будут среди самых почетных гостей. Правительство Хляби предполагает получить от нас традиционный гроачианский балетный театр, оно никакого удивления не испытает. Эту эмоцию мы припасли для землян, которым я аккуратно внушил ложное впечатление, будто мы возводим бейсбольный стадион. Одним мастерским ударом я выставлю вас, землян, жалкими выжигами, в то же самое время предъявив местной деревенщине внушительное свидетельство гроачианской щедрости, — на ваши мякотные денежки! Воистину образцовая получится шутка, Ретиф, вы со мной согласитесь, не так ли?
— У Посла Гроссляпсуса, возможно, найдутся кое-какие возражения против вашего плана, — указал Ретиф.
— Да пусть его возражает, — беззаботно прошептал Шниз.
— Вся операция была произведена под покровом ночи, никто ничего не видел и не слышал. Подъемные устройства сегодня покинули планету на нашем космическом челноке. Что толку в беспочвенных обвинениях? Гроссляпсус позаботился о том, чтобы строительство производилось в обстановке строжайшей секретности, и все, чем он располагает, это его слово против моего.
1 2 3 4 5 6
Загрузка...

науч. статьи:   происхождение росов и русов --- политический прогноз для России --- реальная дружба --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...