ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Большую пользу приносят записи. Они помогают ясно и четко формулировать мысль и образ. Развивают определенные навыки. Пусть даже это простая наработка.
Я заметила, что, много читая и входя в мир авторов, сложный, многомерный и яркий, все же остаюсь собой. Я запоминаю, впитываю их культуру и неповторимость, но, садясь писать, не ощущаю ничьего влияния. Я – всегда я. Понимая многое, чего раньше не знала и о чем даже не задумывалась. Я не копирую и, надеюсь, не повторяюсь. Я говорю свое. Конечно же, обогащаюсь знанием и опытом, но, причащаясь к их культуре, стараюсь сохранить и развить свою собственную. Это очень приятное ощущение. Чувствуешь в себе многое, неделимое ощущение качества, образовавшегося из количества узнанного, и того, что чувствуешь в себе себя, свой мир и свой взгляд на мир, не задавленный грузом чужих мировоззрений и аксиом. Все это существует одновременно, нерасторжимо. И только здесь сейчас я разделила эти составные души и ума.
Я живу в Москве, учусь в университете на театроведении. Я читаю замечательные книги и занимаюсь у великолепных преподавателей. Но сама придумываю себе проблемы. И все во мне страдает от невыносимости. И одиночество – горечь и очарование одновременно.
Когда поступала сюда, думала: богема, творчество. «Это только начало», – говорил К., когда мы шли с ним после беседы с Лановым и Гаевским, в которой все эти известные люди меня, девчонку, наперебой развлекали. Неужели я потерялась в толпе? Прошел всего лишь месяц, а столько разочарований. Конечно, это слишком маленький срок, чтобы делать выводы, и я еще никаких усилий не приложила, чтобы достигнуть высот творческой интеллигенции, о которых мечтаю. Я мало занимаюсь науками, мне уже мало того, что есть, хочу выше, и интенсивнее, и ярче. Но что я делаю? Безумствую и мучаю свое сердце.
Хотелось уважения и равенства общения. Думала, все придет. И что же? Банальная студентка. Высоко себя ценю, а на деле боюсь это показать, стесняюсь своей независимости суждений. Я так люблю в себе страстность и глубину чувств (без кокетства и ложной скромности), а в жизни стараюсь скрыть эту импульсивность под маской простой и обычной жизни. Я все время умеряюсь, становлюсь не собой. Я боюсь в себе всего яркого и индивидуального, и становлюсь в позу непонятого таланта (но про себя). Я завидую свободе поведения и речи, хотя знаю, во мне это тоже есть. Я хочу быть своей среди людей, стремлюсь привлечь внимание на каких-то штампованных примерах, хотя в глубине души понимаю, что добиться мне этого можно и совсем другими, «моими» способами. В каждом проявлении я чувствую свою особенность, масштаб своей личности и тут же затыкаю себя словами о самолюбовании и неоправданности подобных чувств. Это тщеславие и гордыня, говорю себе, ты занеслась и не хочешь спускаться на землю. Чем ты лучше других? А если так, иди и докажи это. В ответ – пустота моего внутреннего мира, уставшего от этих противоречий, от ежедневных мук. Мой бог – судьба и творчество. Но я пропадаю сейчас и таю на глазах.
28.09. С.К.Н. До чего удивительный, очаровательный человек. Я просто влюбляюсь в него. Действительно, во внешности что-то от Станиславского. Но, Господи, не только это. Тонкие пальцы, благородная осанка и жесты, манера говорить – во всем чувствуется культура, интеллигентность, все в нем вызывает у меня восхищение. Я любуюсь его лицом, его мыслью. Его умением слушать и быть точным в своих оценках. Я стараюсь вникнуть в каждое его слово, любое его суждение вызывает у меня искренний интерес. Мне трудно писать сухо и рассудительно, столько любви и уважения во мне. (Не надо путать с пошлым обожанием.) Я восхищаюсь его интеллектом и аристократизмом. Аристократизмом духа, который в то же время становится и настоящим аристократизмом поведения и манер. Изысканность и простота. Тонкие и одновременно сильные пальцы. Руки человека вдохновенного и творческого.
Так трудно сдержать эмоции! Почему во мне столько стеснительности, зажа-тости? Почему боюсь быть собой до конца? Ведь мыслей много и силы чувствую.
Опять разболелась. Но на его занятия буду ходить. Единственное, что может помешать, – поездка в Питер. Но, по-моему, он сам оттуда. Значит, будет приятно побывать там, зная, что это его город.
Болею. И никому до меня дела нет. Просто так позвонить, узнать, как дела, никто не додумается. Всегда одна. Голова раскалывается. Температура. Печаль вселенская.
Хочется написать так много. Такой очаровательный янтарный сентябрь. Да и просто надо «нарабатывать технику», писать, чтобы быть в форме, как сказал сегодня С. К. Думаю о нем. Прекрасный человек, как я уважаю и люблю Вас.
Но я одна. И скоро ночь. И никто не скажет: «Дорогая, я согрею тебе молока и почитаю мифы древней Греции, а позже мы будем раскладывать пасьянс и мечтать о будущей поездке в Питер. И ты выздоровеешь. Потому что я здесь, и ты нужна мне. И я останусь с тобой, и никто нам больше не нужен. Пусть названивают. Нам нет дела до них». Никто не скажет. Никто не желает этого говорить. Как же так, что я не уродина, не идиотка, не коряга и не плебейка осталась одна. Невостребованная. Сама виновата. Не умею привлекать к себе людей и быть нужной. Куда деваться моей неприкаянной душе?
Чувствую в себе огромность, но что-то мешает мне расслабиться и жить нормально. Видимо, что-то во мне свыше. Пусть непутевое и непонятное, но живое. И страдаю по-настоящему. И одна. Друзья, знакомые, претенденты – все или в прошлом, или в другой реальности, где мне нет места. Только мой преданный Бамбук смотрит на меня преданно. Он один меня понимает, но не может ответить. «Какая разница, кем я проснусь: собой или телефонной трубкой?».
Цикл: сентябрьские города. Время. Мудрость. Осознание себя как Вечности. Город живой. Он слушает, улыбается, любит. Поиски себя. Безвыходность и страсть. Отчаяние. Ночь. Усмешка Солнца и новые пути к сердцу мира. Путешествие. Тихий голос, зовущий за собой, в дальнее и чудесное, где ждут любовь и отдых. Освобождение больной души. Минутками скатываются слезинки дождя. Но ночь уже не одинока. У меня есть Его сердце. Мы нужны друг другу. Янтарь нашей осени и печаль созерцательности бездонных глаз Бога. Больше всего боюсь в них растаять. Но строчки не отпускают. Остаюсь с ними. А в тех глазах нахожу покой и вдохновение. Снова нет тишины. Мелькание дней, событий, импульсов. Я на вершине. И пугаюсь своей значительности. И теряю его. И ничего не меняю уже. Снова новая. И грустная. Календарные вздохи. Простуженный шепот веток, укрытых тонкими жилками инея. Ночь уже не спорит со мной. Алмазный венец рассвета. Будто и не было никогда ни стихов, ни пьес. Все миги и мысли рождаются сейчас и становятся огромным смыслом… Сон? Вокруг пустота пережитого.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158