ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Они, они, повстанцы!.. Смотрите, смотрите!..
Конница подходит к мосту через Джамну. Люди замерли на стене.
Вот первые ряды кавалерии вступают на плавучий мост. Зыбкие доски пляшут под копытами коней. Песня доносится, нестройная песня повстанцев.
– Глядите, глядите! Таможенного чиновника в белом кепи кинули в воду! Вот часовые у таможни, побросав карабины, пропускают соваров!.. Глядите, глядите!..
На башнях Дели – загадочная тишина. Будут ли стрелять по восставшим пушки? Как встретит их стража у городских ворот?
Сегодня караульную службу по городу несет Тридцать восьмой пехотный, знаменитый Тридцать восьмой, тот самый, который пять лет назад возмутился против своих офицеров, отказался ехать морем на покорение Бирмы. Найдется ли сегодня в крепости хоть один сипай, который послушается офицерской команды и поднесет запал к заряженной пушке?
Головная колонна уже под стенами города. Гончары, водоносы, башмачники, шорники, кузнецы смотрят сверху. Сегодня решается судьба города, судьба, быть может, всей страны.
Как один человек, затаив дыхание, люди смотрят с городской стены.
Ворота – настежь. Ликующие крики у ворот. Стража стреляет в воздух, – салют!.. Стража расступается, первые ряды конницы вступают в город!
– Ха-ла-а, Дели!.. Ха-ла-а, Мирут!..
Пушечный выстрел. Еще и еще. Со всех башен палят в воздух.
Пушки Дели салютуют повстанцам.
Радостный многоголосый крик на стене: «Ха-ла-а!» Толпа неистовствует и машет:
– Привет вам, братья!.. Бхай-банд!..
За кавалерией идет пехота, цепочкой набегая на мост, то разбивая, то вновь ровняя ряды. В красных форменных куртках, с барабанным боем, с развернутыми знаменами, как на параде. У самого берега сипаи спрыгивают в воду, добираются вплавь, вброд. Радостный крик всё громче, вот и вторые ворота раскрылись, со стороны реки. Что такое? Да ведь это дворцовые ворота! И правитель Дели, Бахадур-шах, заодно с повстанцами!.. Ха-ла-а, Бахадур-шах!..
Крестьяне идут по мосту. Райоты Индии, в одежде цвета пыли, в синих домотканых тюрбанах. Копья, отточенные камнем, блестят на солнце, колышутся длинные самодельные пики. Райоты, как братья, плечом к плечу шагают с пехотой.
– Салаам!.. Райоты Бхагпута! Привет вам!..
В переулке Трубачей мерный топот, крики. Это Пятьдесят четвертый туземный полк вышел из своих линий.
Сипаи Пятьдесят четвертого теснятся на открытом пространстве у северной стены.
– Кто вам разрешил выйти из своих помещений?.. Измена! Бунт!.. – Полковник бежит к ним наискосок через плац, он застегивает ремешок шлема на ходу.
Сипаи слышат шум толпы по ту сторону стены, приветственные клики. Вот первые совары показались.
– Огонь по бунтовщикам!.. – командует майор. Сипаи вскидывают ружья. Только один раз успели прокричать команду офицеры. Несколько выстрелов, и полковник убит, убиты два лейтенанта; майор бежит, перескочив через глубокий ров, ищет спасения за стенами города.
Офицеры бегут! Конец пришел власти саибов…
– Ха-ла-а! Радж ферингов кончился! – ликует толпа.
Пятьдесят четвертый спешит на соединение с мирутскими полками. Сипаи Дели и совары Мирута встречают друг друга и обнимаются, как братья.
– Дели наш!.. Конец пришел саибам!.. Бхай-банд!..
Узкая улица по эту сторону городских ворот уже не вмещает всех, волной напирает толпа, и передняя колонна повстанцев выходит на главную улицу города – Серебряный Базар.
Во дворце – смятение. Бахадур-шах и рад и не рад повстанцам. Англичане бегут, – это хорошо; но они еще могут вернуться. Трясущимися руками правитель Дели надевает свой парчёвый убор. Он отдает приказ – раскрыть ворота, ведущие к реке, и закрыть ворота, ведущие в город. Старый шах не знает, как ему быть.
Несколько англичан из города ищут спасения во дворце. Внизу под лестницей, ведущей в покои шаха, стоит Фрэзер, главный управитель города, палач мусульман и индусов – большой саиб среди саибов. Капитан Дуглас, начальник дворцовой охраны, поднимается вверх по лестнице. Он просит Бахадур-шаха укрыть англичан в своих покоях.
Старый шах, седой, испуганный, выходит к нему навстречу. Он придерживает полы парчёвой одежды над разъезжающимися от страха худыми старческими ногами.
– Уходи, капитан! – трясущимися губами говорит Бахадур-шах. – Если я спрячу англичан, – восставший народ убьет меня.
Внизу слышны крики. Хаджи, хранитель шаховой печати, уже заколол Фрэзера у входа. Слишком много гнева против угнетателей скопилось в народе, слишком велики преступления англичан. Толпа бежит наверх. Фрэзер убит, убит и капитан Дуглас, в покоях самого шаха.

Большая толпа повстанцев идет по Серебряному Базару. Ткачи, оружейники, каменотесы, медники, бочары присоединились к сипаям, – беднота города, рабочий люд.
– Оружие! – слышны крики. – Взять оружие саибов!..
Толпа теснится у западного тупика улицы. Здесь, за высокой стеной – круглое здание Арсенала. Кузнецы, седельники, гончары, грузчики, погонщики верблюдов знают, что им нужно. Здесь оружие: ружья, патроны, порох, пушки, снаряды – тысячи ружей, десятки тысяч патронов; оружие – хлеб восстания.
Ворота Арсенала закрыты. Два королевских лейтенанта заперлись и забаррикадировались изнутри. Вся арсенальная прислуга еще рано утром ушла от офицеров, они все – индусы, солдат-британцев нет. Некому защищать кладовые Арсенала.
– Именем правителя Дели, открыть оружейные склады!..
Конный риссальдар, Рустем-хан, туземный офицер мирутского полка, подъехал к воротам.
Мертвое молчание отвечает Рустем-хану.
– Именем Бахадур-шаха!
Риссальдар соскакивает с коня и стучит рукоятью шашки в железные ворота:
– Именем шаха Дели!..
– Уходи! – отвечают ему из-за ворот. – Мы не откроем бунтовщикам.
Это лейтенант Форрест вышел из внутренних помещений Арсенала.
Ага, феринги отвечают!.. Куски железа, камни летят в крепкие перекладины ворот.
– Отдавайте оружие, феринги!
– Патроны!.. Порох!..
– Оружие повстанцам! Открывайте кладовые!..
– Прочь, бунтовщики!.. – тонким срывающимся голосом кричит лейтенант. – Вы изменили нашей королеве!..
– Больше нет над нами твоей королевы!.. Открывай! – ревет толпа.
Бешеные удары по воротам. Штурмом идут на стену повстанцы. Ворота крепки, – двойные, обитые железом.
– Лестницы! Несите лестницы! – командует Рустем-хан. Группа сипаев идет обходом, приставляет штурмовые лестницы к боковой стене, люди карабкаются наверх, десятки голов уже на гребне стены…
И тут толчок чудовищной силы колеблет землю. Грохот раскалывает небо, – грохот, какого не слыхивала земля Азии.
Точно огненные недра земли, прорвав кору, с бешеной силой устремляются в небо.
Два британских лейтенанта взорвали пороховые склады.
Центральное круглое здание Арсенала лопается, как набитая порохом огромная бомба.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61