ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Мол, она могла быть и поласковей с дорогим нашему сердцу Зямочкой, тем более что тот, кажется, был расположен к конструктивному диалогу.
- Ты плохо знаешь Зямочку, - фыркнула бабуля и вдруг перешла на свистящий шепот, - никогда он не был готов ни к какому конструктивному диалогу, зато всегда поджимает хвост, стоит на него чуть-чуть надавить. К тому же, теперь мы располагаем ценнейшей информацией.
- Какой? - простонала я.
- Говори шепотом! - залепила мне вслепую подзатыльник бабуля, - говори шепотом.
- Почему? - прошептала я, потирая ушибленное место. Точность у бабули была снайперская, вне зависимости от того, в темноте она била, или на свету.
- Потому что Зямочка только что наглядно продемонстрировал нам, что он редкостный жмот.
- Каким образом? - поинтересовалась Катерина.
- Во-первых (и не в самых главных), - начала бабуля, - если в этом подвале и есть видеонаблюдение, то оно не снабжено прибором ночного видения.
- С чего ты взяла? - обиженно спросила я.
- Потому что этот старый дурак долго шарил глазами по подвалу и искал нас. Если бы он видел наши перемещения на пульте видеонаблюдения, то прекрасно бы знал, в каком углу мы сидим.
- Хорошо, - зачем-то похвалила бабулю я.
- Спасибо, детка, - поблагодарила меня она. Я ждала нового подзатыльника, но бабуля сменила гнев на милость и продолжала. - Во-вторых, он прекрасно расслышал, как я ругала в полный голос его сомнительные достоинства, но не услышал, как я шепотом его нахваливала. Значит, микрофоны здесь стоят совершенно несерьезные. Не знаю, за какие деньги он оборудовал свой подвал, но мог бы и побольше раскошелиться: его техника не улавливает шепот. Тоже мне, Малюта Скуратов, ну смешно, девочки…
- А это значит, - начала я.
- А это значит, - закончила бабуля, - что все секретные переговоры мы будем вести шепотом, - судя по ее голосу, она была необыкновенно довольна. - В-третьих, Зямочка повел себя как распоследний кретин, когда устроил подвал для заключения несогласных с его политикой ведения дел в своем доме.
- Мы в Зямочкином доме? - всполошилась я.
- Разумеется, - зашипела бабуля, - ты видела его халат? А я его видела не один, и даже не два раза. Это его главный домашний наряд, старикашке кажется, что в нем он выглядит как истинный аристократ, - бабуля не выдержала и фыркнула.
- И? - прошептала я, когда она отвеселилась по поводу Зямочкиных парадных нарядов.
- Что - и? - возмутилась бабуля, - если здесь Зямочкин дом, то здесь и наш «Автопортрет». Если здесь наш «Автопортрет», то у нас есть возможность его позаимствовать.
- Отлично, - порадовалась я, - осталась самая малость: выбраться из подвала и найти, где он его прячет.
- Теперь перейдем к главному, - заговорила бабуля так, словно прорыв на свободу был делом решенным. - Катенька, ты слушаешь?
- Вся внимание, Марья Степановна, - прошептала Катерина, - вся внимание.
- Отлично, потому что тебе придется соблазнить охранника. Того, который покрупнее.
- Соблазнить охранника? - выдохнула Катерина.
- Ну, примерно так, - смутилась бабуля.
- Марья Степановна, - зашептала скороговоркой Катерина, - ни за что, даже не говорите мне ничего, ничего не выйдет, Марья Степановна, я никому не нравлюсь, это вообще не по моей части, все, что угодно, хотите, Марья Степановна, я грохну кого-нибудь?…
- Он тебе не приглянулся? - с дьявольской кротостью спросила бабуля.
- Марья Степановна, - булькала Катерина, - не в этом дело. Я его даже не разглядела.
- Ну а в чем тогда дело? - продолжала змеиться бабуля, - женщине полезно мужское внимание, у нее от этого начинают по-особому гореть глаза…
- Да не надо мне никакого горения в глазах! - вспылила Катерина, с трудом удерживаясь, чтобы продолжать шептать, - и охранник ваш не уперся ни с какого конца.
Приложение № 2. Про Катеринину больную мозоль
Тут надо пояснить отдельно, на какую больную мозоль с очаровательной непосредственностью приземлилась бабуля. Моя Катерина - человек фантастически невезучий в личной жизни. Ни разу еще не встречала человека, который бы так мечтал о супружестве, и у которого с этим супружеством так бы все плохо складывалось.
Тихий ангел Катерина, которая покупала тонны кружевных подушечек, уютных покрывалец и занавесочек на кухню, готовая целыми днями разогревать своему дорогому супругу полуфабрикаты в микроволновке, домоседка и редкая красавица, пребывала в вечном попадосе. Вполне пристойные на вид претенденты на руку и сердце Катерины оказывались на поверку кончеными маньяками, тихими алкоголиками и любителями оттачивать удар левой на своей лучшей половине, или в самый неподходящий момент извлекали из загашников жену и троих детей, или спешно отбывали за границу на постоянное место жительства. Дома у Катерины не удерживался ни один. Некоторых приходилось изгонять насильно (как-то раз для этого даже пришлось вызывать бабулю), некоторые сами испарялись, как эфир, едва речь заходила о женитьбе.
А замуж Катерине хотелось очень, и ее можно понять. Все эти белые наряды, рыдающие тети и бабушки (которые уже плешь проели бедняжке на тему внуков и племянников), праздничные банкеты, последующие пляски, кидание букета, свадебное путешествие, кольца и тонны фотографий… Все эти картины с издевательской настойчивостью лезли Катерине в голову, и чем дальше от нее была перспектива их осуществления, тем больше хотелось. Это когда ты замужем, тебе на все это наплевать, а если нет - то ты беззащитна перед этой напастью. Я Катерину понимаю прекрасно.
Сначала она делала вид, что ей, по большому счету, на все это наплевать, тем более что с работой у моей дорогой подруги складывалось все куда как удачно. У себя в конторе она давно занимала руководящий пост (и не уговаривайте меня произнести вслух название Катерининой должности, с детства мои мозги отказывались работать, как только сталкивались с чем-то финансово-экономическим), а потому о неладах на личном фронте удавалось забывать. Но куда же тут денешься, каждому хочется любви и тому подобных вещей, и около года назад Катерина с маниакальной настойчивостью отправилась налаживать личную жизнь. Получилось у нее это чудовищно.
По аналогии с бессмертной формулой «украл - выпил - в тюрьму», Катерина двигалась по маршруту «познакомились - съехались - разъехались», и на каждом последующем этапе «разъехались» она становилась все мрачнее.
После отъезда очередного раскрасавца, Катерина пришла ко мне, гаркнула на Пашку, чтобы тот посмотрел телевизор, извлекла из своей сумки бутылку коньяка, мрачно ополовинила ее, прикуривая одну сигарету от другой, а потом разрыдалась. Я тоже разрыдалась, потому что это все было очень несправедливо, и потому что вторая половина Катерининой бутылки пришлась на меня. Потом Катерина злобно вытерла слезы, и заявила, что завязала с личной жизнью и со всеми попытками ее наладить.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69