ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Тристан, очнись! — говорила Павлова.
— Тристан, возьми ты себя в руки! — говорил другой голос.
Два дельфина, Павлова и Сидоров, в конце концов опрокинули ванну и выкатили Тристана в воду.
— Тристан, тебе надо бежать!
— Чего? — поразился очухавшийся Тристан. — А решетки?
— Они внизу перекусаны.
— А синий луч?
— Мы дадим тебе фосфоресцирующую жилетку.
Чем больше Тристан приходил в себя, тем самоувереннее становился.
— А если я не хочу уплывать? А если мне кто-то очень сильно понравился?
— А если тебя начнут допрашивать? А если тебя заставят выдавать военные секреты? — спросила Павлова.
— Да я им ничего не скажу.
— А если они вольют в тебя водку? А? Ты хочешь, чтобы из тебя сделали предателя?
— Нет, не хочу, — испугался Тристан. — Но как же мое задание? Я же ничего не сфотографировал. Как я посмотрю в глаза полковнику Еллоу?
— Ничего, — успокоила Павлова. — Ты можешь смело смотреть в его военные глаза. Ты ему нарисуешь картинки.
— Это мысль, — решил Тристан, — нас ведь специально учили рисовать. Полковник Еллоу на уроках тактики всегда говорил: «Карандаш, автомат и консервы — вот три кита, на которых держится армия!».
Тристан заторопился.
— Ладно, давайте вашу жилетку.
В это самое время на другом краю земного шара великий военный тактик полковник Еллоу говорил своему заму подполковнику Рэду:
— Уже прошло почти двое суток, а мы не имеем никаких вестей от Тристана. Я очень беспокоюсь о нем.
— Я тоже очень обеспокоен, — поддержал его подполковник Рэд. — Если нам позвонят из генерального штаба, я не знаю что и сказать. Что же будем делать?
Вместо ответа Еллоу нажал кнопку на столе и прорычал в настольный микрофон:
— Внимание, морские службы! Генри на выход!
— Нет, они определенно идиоты! — заявил технолог Юджин Старский, когда услышал это. — Ведь я же им говорил, что надо выпускать дельфинов парой. Не слушали. Теперь все равно посылают второго дельфина. И опять в одиночку.
Однако долговременная служба в рядах приучила его исполнять даже самые дурацкие приказы военного начальства. И он со своей бригадой старательно и спешно начал снаряжать Генри в полет.
Через два часа Генри был полностью экипирован. И выглядел как картинка с плаката «Подводные береты на защите родины». Он весь так и сверкал оборудованием.
— Ну что, — спросил Генри у матросов-технологов, — будем фотографироваться на память?
Матросы помалкивали.
— Насколько я знаю, — настаивал Генри, — есть такой обычай.
— Я тебе сфотографируюсь! — закричал Старский. — Вон видишь на берегу веревочный склад в два этажа?
— Не вижу, — ответил Генри.
— Правильно, не видишь. Потому что твой дружок Тристан его еще в прошлый раз сфотографировал.
Он продолжал подтягивать ремни на Генри:
— Не забудь, что у тебя радиомаяк на спине. Длинный сигнал — «Все в порядке», два коротких — «Я возвращаюсь», серия коротких — «Я в опасности».
— И все ко мне прибегут? — спросил Генри.
— Смотря какая опасность, — проворчал один из матросов-ассистентов. — Может быть, наоборот, убегут.
В результате всех этих событий получилось, что в одно и то же время стартовали дельфин Тристан с советской базы в сторону Америки и дельфин Генри с базы ШСА в сторону России. Генри в теплой ванночке на самолете, Тристан пешком в холодной воде.
В ночном тумане Тристана никто не тревожил и не доставал. Несколько миль он плыл в полной тишине и комфорте. Его издерганные нервы постепенно приходили в порядок.
Вдруг он услышал за спиной жуткий вой военной сирены.
Постепенно нарастал шум прогреваемых моторов.
По воде и по небу зашарили прожектора.
«Все ясно, — подумал Тристан, — хватились».
Теперь надо было резко увеличить скорость и прорываться сквозь луч. Либо, наоборот, следовало затыриться в береговых камнях и сидеть там пару недель.
Тристан правильно понял — хватились. И хватился заместитель по кадрам подполковник Стукач С.С. Он был чрезвычайно доволен тем, что сумел обнаружить иностранного дельфина. Он ожидал всяческих похвал от начальства и никак не мог заснуть от возбуждения. Уже ночью он решил еще раз пойти и полюбоваться на пленника.
И на тебе! Ванна опрокинута, а клетка пуста. Тревога!
И снова прозвучал сигнал боевой тревоги. И снова один за другим вышли в море катера. В этот раз все матросы были в противогазах, чтобы в сонном виде не уплыть в Турцию.
И снова поднялась на гидравлических столбах березовая роща с тренированными воронами. И вылетели в небо самолеты, переходящие в подводные лодки.
Да только найти в море дельфина — это все равно, что найти иголку в стоге сена, особенно ночью.
«Только бы они не поменяли синий луч на красный или какой-нибудь другой», — с тревогой думал Тристан.
Но все оказалось в порядке. Слегка бликанула в темноте его фосфоресцирующая жилетка, и он понял, что луч уже позади.
— Теперь строго на запад. Двести километров и все. Там нейтральные воды.
Напрасно бороздили воду в бухте катера. Напрасно посыпали море порошком гидропланы. Ушел Тристан.
Долго стучал кулаком по столу полковник Моржов.
Долго сдерживал слезы в ночи героический Стукач.
Только Павлова и Сидоров радовались и всю ночь улыбались кончиками клюва.
На исходе двухсотого километра Тристан услышал в небе рокот мотора. Звук был знакомый. Именно в этом самолете Тристана доставили в эту точку.
«Во, наши работают! — подумал Тристан. — Не успел я от русских вырваться, за мной уже самолет прислали».
Однако самолет не стал снижаться, чтобы подобрать Тристана. Наоборот, он выбросил какой-то продолговатый предмет весь в рогах и, не торопясь, направился к линии горизонта.
Как ни прыгал Тристан, как ни вставал на хвост, как ни кричал ультразвуковым криком, ничего не помогло.
«Ладно, посмотрим, что они мне сбросили».
И вдруг он услышал:
— Руки вверх!
Какое-то очкастое чудовище направляло на него кончик ракеты. И вдруг чудовище прыгнуло к Тристану и стало обниматься.
— Тристанчик, дорогой! Тристанище!
— Генри! Это ты?!!
Тристан рассказал Генри о своих приключениях. О Павловой, о синем луче, о самолетах, переходящих в подводную лодку, о сонном порошке, о своем первом и втором побеге.
— Что же нам теперь остается делать? — спросил Генри.
— Ничего. Мы отправляемся домой.
— Как домой? — закричал Генри. — В этом снаряжении?! Это же пять тонн!
— Снаряжение мы оставим здесь. Здесь получится небольшой склад. Следующие дельфины могут прилетать сюда уже налегке.
— Это идея, — согласился Генри. — А ну помоги мне отстегнуть эти проклятые ремни. Ага, спасибо. И нажми, пожалуйста, еще эту кнопочку два раза.
— О'кей! — согласился Тристан.
На американский континент, к полковнику Еллоу, понеслись два коротких радиосигнала: «Ту-ту-ту» и «З-з-з-з». Это означало:
«Полковнику Еллоу доложить срочно. В ближайшее время я возвращаюсь с задания. Прошу встретить самолетом в условленном месте. Обнимаю. Дельфин Генри».

ГЛАВА ШЕСТАЯ. БОЛЬШАЯ ОКЕАНСКАЯ ПОМОЙКА
Пожалуй, это началось в Бротердаме. Где-то в начале июня желающие и гуляющие могли видеть такую картину. В огромном порту у причала стоял не военный, но сильно военизированный корабль с мигающей желтой фарой наверху. Очевидно, он ожидал погрузки. Все было, как обычно, вот только вокруг, пожалуй, было чуть-чуть больше полицейских, чем всегда.
Под квакание полицейских сирен и сверкание фиолетовых ламп в ворота въехала огромная тревожно окрашенная спецмашина с таким же тревожно окрашенным прицепом.
Водитель и сопровождающее лицо были в скафандрах. Очевидно, машина привезла что-то чрезвычайно радиоактивное.
В ускоренном темпе освинцованные контейнеры из автопоезда были перегружены подъемниками в трюм корабля. И корабль без всяких пауз отчалил.
— Ну что? Теперь в кассу за монетой и в ресторан к красоткам, — предложил синекомбинезонный экспедитор синекомбинезонному водителю грузовика.
— Какие красотки! — ответил изможденный водитель. — Мне дай бог сил до кассы дойти.
Долго после этого можно было видеть как по изогнутому океанскому горизонту двигался этот корабль, а на верхней точке у него вращалась тревожная желтая фара.
Корабль шел в то особое место в океане, куда стягивались подобные суда для сбрасывания вредоносного груза.
В эту же самую пору в самой середине океана оказались Тристан и Генри. Видимо, неутомимый полковник Еллоу гнал их куда-то по своим бесконечным шпионским хлопотам.
— Видишь, — сказал Генри. — Опять везут эту радиоактивную дрянь. Будут сбрасывать в Коралловый Каньон. Скоро все море отравят.
— Это не наши заботы, — ответил Тристан. — Пусть свободные дельфины тревожатся.
— Я им сто раз говорил, что это смертельно опасно для океана, — объяснил Генри. — Они, как дети, ничего не понимают.
Но в этот раз обычно беспечные свободные дельфины что-то поняли и забеспокоились. Очень большая доза радиации оказалась на корабле.
Постепенно все большей и большей стаей они стали собираться вокруг опасного корабля.
Большой толстый дельфин Джон обратился к стае с речью:
— Смотрите! На днище этого корабля нет даже водорослей. Он какой-то заразный! Надо держаться от него подальше!
— Ни в коем случае! — возразила его последняя жена Анна-Мэри. — Не мы должны держаться от него подальше, это он должен держаться от нас подальше. Мы должны выгнать его из наших вод.
— Ишь разъездились! Ишь превратили море в помойку! — кричали другие женщины-дельфинихи.
— Не из наших вод, а вообще выгнать из океана!
Только это легче сказать, чем сделать.
— Немедленно вызываем Новозеландского Тома.
— Верно! Скорее зовем Новозеландского Тома.
Новозеландским Томом был огромный кашалот-драчун, как-то раз вдребезги разбивший браконьерское китоловное судно.
Все сильнее и сильнее росло недовольство дельфинов, и все больше увеличивалась их активность.
В конце концов капитан судна обратил внимание на то, что стая дельфинов, сопровождающая корабль, не просто его сопровождает, а изо всех сил пытается загородить дорогу.
Дельфины вставали на хвосты стенкой перед кораблем, как футболисты на поле во время штрафного удара. Пели хором песни протеста, размахивали плавниками и всячески пытались обратить на себя внимание.
Сначала капитан делал вид, что не понимает, в чем причина. Но активность дельфинов увеличивалась и не замечать ее становилось невозможным. Это было бы дурным тоном.
Капитан связался по радио с владельцем фирмы по уничтожению радиоактивных отходов.
— Господин Крюшон, здесь собрались тысячи дельфинов.
— Я просто счастлив. Что вы от меня хотите?
— Они не дают нам пути в океане. Они ставят на дороге сети. Мистер Крюшон, как быть?
Мистер Крюшон думал не больше сотой доли секунды.
— А никак. Топить отходы в Коралловом Каньоне, как было договорено, или топиться самому.
Капитан понял намек и его рейс продолжался.
Светит солнце в небе.
Летают летающие рыбы.
Плещут волны.
Корабль прет на дельфинов, как теща на буфет.
Только дельфины не дурачки. Толстый Джон и группа других дельфиньих товарищей буквально из-под носа японского рыболовного сейнера вытащили длинную сеть со стеклянными поплавками и разбросали ее на пути радиоактивного судна.
Один раз намотал сеть на винт корабль, другой раз намотал… Больше не хочется.
— Что будем делать, капитан? Будем опять травить?
— Послушай Бромберг, ты штурман или сумасшедший? — кричит капитан. — Мы уже намотали на винты пару километров этой дряни. Я по-другому придумал. Эй, кто там? Свистать всех наверх! Полный назад!
Дельфины счастливы, корабль отступает.
Вдали от сети с поплавками кипит работа. Корабль, оторвавшись от противников, решил поменять внешность и название. Теперь это уже не грузовое судно «Диффузия», везущее помойку, а веселый, весь в лампочках и в музыке, туристический развлекательный лайнер «Королева Мэри».
И не матросы хозяйствуют на нем, а красивые девушки — кабарешные красотки. Не беда, что некоторые из них коротконоги и кривоваты, не беда, что кое-кто с бородой и усами… Все они поют и танцуют.
А капитан поет:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12