ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Напротив, как наследница приобретаете весьма солидные деньги мужа и доходы от последующих изданий его романов.
– Да, ваши рассуждения верны. Все верно, кроме того, что я желала его смерти. Быть может, я произвожу впечатление легкомысленного существа, но посудите сами, если бы я замыслила его убить, то зачем сделала свое участие в этом столь явным? Отсутствовала год и явилась, чтобы убить? Это нелепо! Зачем тогда было покидать дом, можно изобрести массу способов изничтожения ненавистного мужа, не привлекая к себе внимания! – Вдова вся трепетала.
Сердюков же, сохраняя спокойствие, выслушал ее с интересом. Разумеется, все правильно. Тогда либо кто-то хочет, чтобы Извекова выглядела заинтересованной в смерти мужа, либо это изощренная хитрость, игра в простодушную невинность.
Может, именно это лежащее на поверхности суждение и есть ответ? Или вовсе не вдова? Тогда кто? Дети? Но каков мотив?
И все-таки привидение не шло из головы.
– Да, конечно, я согласен. Но вот что явно не подлежит моему разумению, так это история с призраком.
Извекова слегка успокоилась. Хорошо, что он сам спросил, иначе бы получалось, что мачеха пытается навести тень на падчерицу. Вот тогда точно решат, что она тайно плела интриги с целью уничтожения и отца, и дочери!
– После того разговора на даче я долго думала и догадалась, откуда в сознании Веры мог возникнуть такой образ покойной матери. – И она рассказала полицейскому о старом фильме.
Некоторое время спустя, по прошествии пышных похорон знаменитого романиста, Сердюков привез в Петербург сторожа дачи Извековых. Герасим сильно робел и от страха не мог толком ничего сказать.
– Ты, вот что, голубчик, пойдешь нынче со мной в синематограф, – заявил Сердюков дворнику.
Тот оторопело уставился на следователя.
– Не пойму я вас, барин! К чему это все?
– А к тому, что если ты вдруг на экране увидишь нечто тебе знакомое, ты мне об этом скажешь. Как знать, откуда ниточка потянется? Ты до этого кино видел?
– Видал разок, чудно все! – оживился Герасим и хотел поделиться своими впечатлениями, но Сердюкову не было охоты слушать ею разглагольствования.
Константин Митрофанович махнул рукой, и они направились в синематограф.
Сердюкову повезло. Старые фильмы с участием Горской не шли. Жизнь стремительно рождала новых кумиров, и они немилосердно вытесняли прежних знаменитостей из памяти поклонников. Однако в связи со смертью Извекова оживился интерес и к его первой жене, замелькали афиши с ее портретами. Сердюков отыскал, где идет нужный ему фильм, и привел Герасима.
Вдвоем они смотрелись очень забавно. Высокий худой, затянутый в форменный мундир следователь, и кряжистый крепкий крестьянин, принарядившийся для этого похода в культурное учреждение. В темноте кинозала Константин Митрофанович откровенно маялся. Нет сомнения, Горская прекрасная актриса и невероятно красивая женщина, но мелодрамы оставляли его равнодушным. Уже в зале послышались всхлипывания и вздохи, даже приведенный им дворник заерзал на месте и что-то пробубнил себе под нос. Но вот на экране началось действие, ради которого и состоялась встреча Герасима с искусством кино.
Героиня Горской, перенесясь в потусторонний мир, является перед своим погубителем на пустынной дороге, во мраке ночи.
Конь ржет, встает на дыбы. Дыбом встают и волосы героя при виде бывшей возлюбленной. Окутанная полупрозрачной вуалью, медленно, едва касаясь земли, она приближается, протягивает тонкие трепетные руки. Сквозь незримые складки вуали блестят огромные глаза, полные смертной тоски. Тапер чуть касается клавиш фортепьяно. Звуки музыки то замирают, то усиливаются, приводя зрителей в неописуемый ужас, усиливая напряжение. Единственный зритель в зале, которого не захватило жуткое зрелище, был, конечно, Сердюков. Он сидел вполоборота, наблюдая за дворником. Тот побледнел, во мраке кинозала его лицо озарялось отблесками с экрана и приобрело мертвенно-бледный оттенок. Челюсть отвисла, глаза вылезли из орбит, грудь тяжело вздымалась. Так мог выглядеть насмерть перепуганный человек. Далее смотреть фильм не имело смысла, и следователь, несмотря на возмущенное шипение зрителей, поволок свою жертву к выходу. Выйдя из мрачной темноты зала, они присели на скамеечку в скверике. Дворнику надобно было отдышаться и прийти в себя после увиденного.
– Ну, что скажешь? – спросил Константин Митрофанович, видя, что собеседник немного успокоился.
– Она это, ваше высокоблагородие, видит Бог, она! – прошептал Герасим и перекрестился.
– Кто она? – на всякий случай уточнил следователь.
– Как кто? Барыня наша, Тамара Георгиевна! Я тотчас ее признал, уже в самом начале. Сижу, смотрю, захватило меня за душу! И тут явление привидения, точно как тогда на даче! Меня аж в пот всего кинуло от страха. Я тогда все сумлевался, а вдруг это у меня от пьянства видения начались? А теперь гляжу, нет, стало быть, вот и в кино попало!
Сердюков с трудом удержался, чтобы не прыснуть от смеха. В голове у бедного дворника все перемешалось!
– Спасибо тебе, ты очень помог мне!
Сгупай, выпей за помин своей хозяйки. – И он сунул двугривенный в мозолистую руку. Дворник покачал головой, поклонился и побрел в величайшей задумчивости.
Глава 11
Мисс Томпсон, как доктор и обещал, скоро поправилась. А это означало только одно. Воспитательная миссия Оли Мироновой завершена. Пришлось возвращаться домой. Оленьке очень не хотелось покидать Горскую и ее детей. Накануне отъезда Тамара Георгиевна, желая ободрить удрученную девушку, произнесла:
– Оленька, не расстраивайтесь так! Ей-богу, не на всю же жизнь расстаемся.
Закончатся съемки, закончится дачный сезон, и мы вернемся в Петербург! Ваш папенька очень по вас соскучился, поезжайте к нему.
– Да, разумеется, и я по нему скучаю, – вздохнула Оля. – Но так не хочется уезжать отсюда! Дома теперь так тоскливо!
– А разве у вас нет поклонника, душевного друга, который бы развеял вашу хандру? – с лукавой улыбкой спросила Тамара Георгиевна.
Вера поведала матери о некоем студенте, который, без сомнения, влюблен в барышню Миронову. Но сама девушка о нем не упоминала.
– Увы, имеется один молодой человек, который себя таковым считает! – уныло ответила Оля. – Но он мне совсем не нравится!
– Что же в нем дурного? Он нехорош собой, или, может быть, глуп, или имеет плохие манеры? – допытывалась Горская.
– Вовсе нет. У него приятная наружность, и он совсем не глуп, это лучший папин ученик. Папа ценит его чрезвычайно. Трофимов, так его зовут, ухаживает за мной, и я всегда боюсь, что он вдруг вздумает объясниться, тогда выйдет нехорошо!
Он милый, да только я не люблю его. – Оля совсем расстроилась.
Действительно, она задавала себе вопрос, почему ей не нравится Трофимов, почему она не хочет принять его ухаживаний?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57