ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

По обеим сторонам этого гигантского сооружения высились каменные башни, за ними начинались собственно стены — с зубчатым парапетом и многочисленными донжонами, протянувшиеся до прибрежных утесов. Их базальтовые столбы и пирамиды слагали оба мыса. Северный и Южный, и шли вдоль границы бирюзового тумана на много миль. В них не было ни расселин, ни трещин, ни шхерных проходов, через которые можно было бы проникнуть на берег; любой подобный разлом тщательно закладывали камнем, дабы сохранить неприступный естественный барьер, защищавший сарпатскую равнину от нашествий.
Сам город, не имевший стен, располагался широким полумесяцем по краю внутренней бухты. Фактически, чтобы прорваться к нему со стороны Римпады, надо было преодолеть бронзовые врата и мощные укрепления по обе их стороны — немыслимое дело, пока форты на мысах могли обстреливать атакующих из арбалетов и катапульт. С равнины же Сарпата была совершенно беззащитной: любое войско, высадившееся на берега Халлы в двадцати-тридцати милях южнее или севернее города, после однодневного марша оказалось бы на городских улицах и площадях. Войско людей, но не карваров! Им, к счастью, подобный переход был не под силу.
Таким образом Сарпата, привольно раскинувшись на плодородной равнине, мирно нежилась под жарким солнцем, прикрытая с берега двумя своими несокрушимыми валами — природным и искусственным, отгородившим восточную половинку бухты-восьмерки. Эту внутреннюю гавань, имевшую форму почти идеального круга, обрамляла широкая набережная с пирсами, огромными складами, гостиницами, тавернами и кабачками, посередине ее, как раз напротив бронзовых врат, отходила главная городская магистраль, делившая Сарпату пополам, на южный и северный районы. Она вела к просторной площади и к ратуше, и сейчас по ней в жаркий полуденный час двигалась многочисленная и пышная процессия.
Впереди, в шляпе с пером, в бархатном камзоле и сверкающем легком доспехе, важно выступал капитан Аска Ронтар, имея по левую руку мудреца, лекаря и финансового советника почтенного Ирнота. За ними шли в ряд четыре горниста, каждые десять минут оглашавшие воздух воинственными трелями, и четыре джарата-лейтенанта, в полном вооружении, в стальных шлемах, в кольчугах под цветными яркими плащами, с мечами наголо. Далее тянулась колонна из сотни отборных солдат, секироносцев и мечников, с Ричардом Блейдом на правом фланге; то были самые рослые и широкоплечие мужи во всей Арколе Байи, в основном — рирдоты и лоны. Им вслед шагали арбалетчицы Дионы — две дюжины валькирий с тяжелыми самострелами, в кожаных колетах, туго подпоясанных широкими ремнями, внушительные кинжалы бились о сильные бедра. Последним маршировал взвод копейщиков-зартов. смуглые лица, остроконечные бородки, блестящие темные глаза, сияющие панцири, начищенные сапоги, отблеск солнечных лучей на остриях пик и алебард… За солдатами валом валила штатская публика, матросы и завсегдатаи портовых таверн, почтенные горожане с женами, любовницами и слугами, мелкие торговцы и разносчики горячей пищи, бродячие писцы, посыльные, мальчишки, собаки и прочий бездельный люд.
Странник, шагая сразу за Ханкамаром Китталой, своим лейтенантом, с интересом озирался вокруг. Улица, по которой двигался отряд, была безупречно чистой и вымощенной брусчаткой, деревянные дома по обе ее стороны высились на каменных фундаментах и выглядели весьма богато. Их строили в три этажа и обшивали тесом из чикры, покрывая древесину затейливой резьбой и каким-то лаком, ярко блестевшим на солнце, это придавало зданиям удивительно праздничный вид. Островерхие четырехскатные крыши походи — ли на пирамиды, и редкий дом не был украшен башенкой, верандой или портиком с фигурными столбами, перед которым тянулась живая изгородь из цветущих кустов. Некоторые строения посередине прорезали сквозные арки, и сквозь них можно было разглядеть внутренние дворы, окруженные добротными пристройками -видимо, складами; судя по всему, на центральной улице Сарпаты и в ее окрестностях обитали местные негоцианты.
Грохоча по камням подкованными сапогами, отряд вышел на площадь и остановился перед ратушей — обширным квадратным зданием, стены которого украшали деревянные барельефы с искусно вырезанными кораблями, видами городов и крепостей, горными пейзажами. Эта приверженность к деревянным постройкам уже не удивляла Блейда; он понимал, что камень у таргальцев прочно ассоциируется с защитными стенами и башнями, с фортами и снарядами баллист — словом, с Римпадой, откуда вечно грозят неприятности. Недаром они называли камень холодным и мертвым, а дерево — теплым и живым! К тому же корабли, приносившие богатство всем прибрежным городам, строились только из легкой чикры, а эти суда значили для аборигенов так много!
Мир, в котором они обитали, был, в конечном счете, невелик -плоскогорья, горные хребты и пики, поднятые над беспредельным бирюзовым туманом, окутавшим всю планету. Вероятно, если б на крохотных материках Таргала не росла чикра, люди изобрели бы воздушные шары, чтобы удовлетворить свою тягу к странствиям, так или иначе, они устремились бы в просторы Римпады, перебираясь с острова на остров, с одной горной вершины на другую. Иного и быть не могло; иначе клочки земли, дарованные им богами, стали бы просто большими клетками, местом вечного принудительного заключения.
Воины Арколы Байя замерли в безупречном строю: трубачи, мечники, валькирии с арбалетами, смуглые копьеносцы. Джанджарат Аска Ронтар, в сопровождении своих лейтенантов и лекаря, двинулся к широкому крыльцу ратуши. Там стояло десятка два пожилых халлиотов, облаченных, несмотря на жару, в расшитые серебряной нитью камзолы, бархатные штаны до колен и башмаки с металлическими пряжками. Блейду вся эта сцена напоминала полотна старых нидерландских мастеров — с поправкой на то, что ратуша здесь была деревянной.
Вероятно, все местные строения имели каркас из твердого и тяжелого дерева, как и «Орни», славный корабль Сильвара Кана. Его мачты и реи, а также киль, бимсы и шпангоуты были выточены из какой-то неимоверно прочной древесины, с которой мог справиться только острейший стальной кинжал. Их обшивали короткими, широкими и толстыми досками чикры, прекрасно поддававшимися обработке; по словам шкипера, чикра, пропитанная лаком, не гнила и могла служить десятилетиями. Пожалуй, думал Блейд, стоило бы разжиться семенами этого удивительного дерева; вдруг оно будет расти и на Земле? Чикра являлась самым ценным из всего, что он видел в реальности Таргала — разумеется, если не считать смутных предположений о таинственных машинах Акка'Ранзора, местных телепортаторах.
Аска Ронтар склонился перед магистратами, подметая камни мостовой роскошным пером;
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54