ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Такой защиты у нее никогда не было. Теперь она не знала, смеяться ей или сердиться. Не имея права ни на то, ни на другое в присутствии императора, она сохраняла бесстрастное выражение. А Ли Лин тем временем уверял императора в ее силе, выносливости, знаниях языка и обычаев шунг-ню.
— Я забыл, — донеслись до нее слова Сына Неба. — Это женщина говорит на языке шунг-ню. И умеет писать, ты говоришь? Она пишет своему отцу?
Ли Лин поклонился в знак согласия.
— Тогда она будет писать и тебе, а я буду читать ее письма. По крайней мере хоть это мне останется! — заключил Сын Неба. — Буду читать ее письма к отцу и письма отца к ней. Да будет так! — приказал император.
Ли Лин поклонился и вышел из зала. Серебряная Снежинка стояла в одиночестве, лицом к Сыну Неба. Шунг-ню по-прежнему разглядывали ее, как лошадь, которую им удалось после ожесточенной торговли купить. Или украсть. Старик поклонился и вышел из зала, а император Юан Ти заверил шунг-ню, что Серебряная Снежинка отправится с ними, как только они будут готовы.
— Госпожа должна ехать быстро и с небольшим количеством спутниц, — сказал молодой человек, по имени Вугтурой, слегка подчеркнув слово «госпожа». — У нее может быть своя карета и осел. Если она умеет ездить верхом, мы можем предоставить ей лошадь.
На мгновение Серебряная Снежинка испытала гнев и замешательство: неужели они считают ее таким слабым созданием, что она не сможет усидеть на одной из их лошадей? Или просто считают ее слишком изнеженной. Но она тут же решила, что презрение к варварам не принесет ей ничего хорошего. Она должна заставить их уважать себя. И когда их слова передали ей, она кивнула.
— Мне не нужны никакие спутницы, кроме Ивы, — сказала она. — Я с ней приехала в Шаньань и не расстанусь сейчас. Таким образом, никакие придворные женщины мне не нужны. Я уверена, это их успокоит.
Она представила себе, что ее сопровождает в пути Сирень, и у нее от одной мысли о плаче и воплях заболели уши.
— Это хорошо, — сказал Вугтурой. — Степи зимой — не место для изнеженных женщин. — Серебряной Снежинке не показалось: в его голосе прозвучало презрение к таким слабым, избалованным созданиям. — Я пошлю вперед всадников, чтобы вызвать жен и дочерей орды — приветствовать принцессу и служить ей.
Вугтурой поднял голову и посмотрел куда-то за плечо Серебряной Снежинки. Впервые девушка внутренне дрогнула, представив себе, что подумают о ней эти жены и дочери. Это родственницы шан-ю; и они вынуждены будут уступить первенство женщине из Срединного царства? А ведь это царство, сколько они себя помнят, их злейший враг. Кстати, а что же этот ее проводник, этот Вугтурой? Говорят, он сын старика, который — она с трудом сдержала дрожь — станет ее мужем. Жива ли его мать? Что станет делать эта женщина, если шан-ю прикажет называть молодую «старшей сестрой»?
Серебряная Снежинка достаточно настрадалась от отношения наложниц во внутреннем дворе, чтобы опасаться этого. Говорят, женщины степей гораздо свободнее. Позволит ли им эта свобода обижать попавшую к ним женщину из чужой страны?
— Мне этого достаточно, — решилась она обратиться к принцу шунг-ню. Никакого умирающего голоса, никаких «ничтожная считает»: эти манеры она оставит в Шаньане, как груз, брошенный в пути. И она подумала, что придется отказаться от гораздо большего. Впрочем, она сомневалась, что пожалеет об этом.
Серебряная Снежинка смотрела на зал, зная, что больше никогда его не увидит. Больше того, она чувствовала, что это ей безразлично.
— Когда отправляемся? — спросила она.
— Сейчас лето, — ответил Вугтурой, хотя создавалось впечатление, что ему не очень хочется обращаться непосредственно к ней. — Нам нужно добраться отсюда до Стены. От Стены до степей, где пасутся стада моего отца шан-ю, три месяца пути. Надо закончить путь до наступления холодов.
Серебряная Снежинка постаралась казаться равнодушной. Сзади послышалось легкое покашливание. Это Ли Лин говорит ей, что она ведет себя правильно. Советуйся только с самой собой, — предупредила она себя. — Никогда не проявляй слабости перед этими людьми. Тебя никогда не должны застать врасплох.
Ее отец сумел прожить среди них; она тоже сумеет.
— Госпожа, — прошептал Юан Ти. Серебряная Снежинка повернулась и посмотрела ему в глаза: в них блестел не только интерес к путешествию. — Неужели ты действительно это сделаешь?
Это мой последний шанс, — сказала она себе. Если на самом деле она не хочет уезжать, достаточно сказать об этом, и он оставит ее во внутреннем дворе. Или даже больше: она будет рядом с ним. Такой судьбе позавидовала бы любая женщина Чины. Но если он это сделает, он нарушит договор и снова ввергнет Срединное царство в войну. В такую же, какая погубила жизнь ее отца и Ли Лина. Ни одна женщина не стоит этого; и ни один мужчина — военачальник, принц или сам Сын Неба — не должен поступать так.
Она решила, что Юан Ти — человек странных желаний и решений. В один момент он изгоняет ее, в другой — готов вести войну, лишь бы сохранить ее. Он обращается к таким советникам, как Мао Иеншу, потом вознаграждает тех, от кого отвернулся, — как ее отец.
Серебряная Снежинка посмотрела на неподвижных неуступчивых шунг-ню. Пожалуй, она предпочитает искать удачи среди них.
— Ничтожная, как всегда, покорна твоим повелениям, — сказала она императору. — Но если бы ей позволили действовать по своей воле, она поступила бы так, чтобы лучше служить Сыну Неба, который оказал ей необыкновенную честь, сделав принцессой Чины, Срединного царства, и своему отцу. И по слабому разуму ничтожной, как ни скорбно ей это признавать, она лучше послужит, став старшей женой шан-ю.
Она прощально поклонилась в ноги императору, как когда-то, теперь уже так давно, поклонилась перед отцом.
Сын Неба хлопнул в ладоши.
— Мы пошлем с тобой к Стене свиту, которая подобает твоему рангу, госпожа: императорская колесница, верховая охрана, музыканты, чтобы развлекать тебя в пути, и все, слуги, какие тебе понадобятся. Если хочешь, можешь взять спутников. Мы хотим сохранить при себе только достойного Ли Лина и приказываем тебе писать ему и твоему отцу, чтобы мы могли воспользоваться твоими наблюдениями.
Двор одобрительным гулом встретил эти слова. Затем Юан Ти выступил вперед.
— Что касается меня, госпожа, — дрожащим голосом сказал он, — как только ты отправишься, я издам указ о трауре. Двор будет поститься и наденет белые одежды, — голос его дрогнул, — как в прошлый раз, когда я потерял тебя. А когда ты покинешь Чину через Нефритовые врата на западе, я прикажу, чтобы отныне и навсегда эти врата назывались Вратами Слез.
Устав от этих бесконечных любезностей на языке, которым он владел не очень хорошо, вперед выступил принц шунг-ню.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75