ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

лишь улыбнулся.
– Exactement, ch?ri , – ровным тоном сказала Арабелла, – ни на сантиметр со времен «Голубой птицы счастья». – А затем она наклонилась и нежно куснула его за ухо.
8
Жемчужно-голубой «мазерати» буквально всасывал в себя поверхность и выл над пустынной альпийской дорогой, точно артиллерийский снаряд, пролетая по длинным покатым кривым так, словно вращался внутри пневматической трубки. Пожалуй, утверждение Арабеллы о том, что вождению ее учил сам Фанджио, известный автогонщик, соответствовало правде. Так или иначе, ее водительский навык был исключительным. Сказать, что она водила как мужчина, значило ввести в заблуждение. С мастерством пилота «Формулы 1» – да, но свободно, без малейших признаков напряженности, которая обычно сопровождает предельное сосредоточение. Арабелла вела машину, казалось, с большей легкостью и фацией, чем любой мужчина, позволяя себе при этом без перерыва оживленно болтать, – и более того, временами одаривая Бориса краткой, но потрясающей улыбкой, – в тот момент, когда переключала передачу, входя в поворот на семидесяти милях в час.
Борис наблюдал за лицом Арабеллы, сознавая ее умеренный восторг и уже давным-давно уяснив для себя ее мотивы.
– Я заставляю машину слушаться меня, – однажды объяснила она. – Как женщину, понимаешь? С другой женщиной я доминантна, n'est-ce pas? С машиной то же самое. Я ее хозяйка – вот почему она мне нравится. Понимаешь?
Место для пикника из прошлого Арабеллы оказалось столь же отдаленным, сколь и прелестным, что придавало ему, как она уже припоминала, некое «тайное» качество, делая его схожим с Шангри-ла .
Свернув с шоссе и проехав по проселочной дороге, пока она не оборвалась перед непроницаемой стеной деревьев, они вылезли из машины и пошли в лес по усыпанной мягкими сосновыми иголками тропе, над которой сучья высоченных деревьев, сплетаясь, образовали полог, не пропускавший солнечный свет. Оттого проход был подобен туннелю, ведущему в никуда. Однако они все же вышли из него в месте, которое напоминало картину, вырезанную из детской книжки, – на травянистые берега горного озерца, окруженного соснами и вздымающимися со всех сторон серебристо-голубыми Альпами.
– Вот это место, – сказала Арабелла, направляясь к тени гигантской сосны.
Борис обозрел всю сцену, затем кивнул.
– Классное место.
Пока она вынимала привезенные ими продукты, он открыл вино.
– Мы нальем один стакан, – сказала Арабелла, – а затем поставим бутылку охлаждаться в озеро, хорошо?
– Отличная мысль, – отозвался Борис, наливая стакан и вставляя пробку обратно.
– Как Джейк и Билл, да? Очень романтично.
– Джейк и Билл?
– Ну да, у Хемингуэя – comment s'appelle? «И восходит солнце»?
– А, да, – сказал Борис, припоминая. – Когда они на рыбалку отправились… – Тут он рассмеялся: – А почему ты говоришь «романтично»? Думаешь, они были гомосексуалистами?
– Нет-нет, я имела в виду «романтично» – в классическом смысле. Гомосексуалисты! – Она пожала плечами, разворачивая камамбер. – Не знаю, разве предполагалось, что они гомосексуалисты? Но ведь он не мог этим заниматься, ведь так? Джейк? Ведь ему на войне эту штуку оторвало – разве не в этом была вся история?
– Гм. – Борис задумчиво уставился на цыплячью ножку у себя в руке, затем задумчиво начал ее обгладывать.
– Конечно, – сказала Арабелла, хмурясь, но старательно намазывая p?t? на толстый, вырванный из буханки ломоть хлеба, – они могли бы этим заняться – Билл мог бы заняться любовью с Джейком, а Джейк мог бы целовать Билла… как бы ты сказал: «пососать ему»? Да?
Борис улыбнулся.
– Да.
– Или «отсосать у него»? Как там говорят? Как ты говоришь?
– И так, и так.
Арабелла с серьезным видом кивнула, прилежная ученица лингвистики, серьезная актриса в вечном поиске le mot juste . Затем, медленно прожевав, она отхлебнула немного вина.
– Послушай, – сказал Борис, – с кем из всех ныне живущих ты предпочла бы заняться любовью?
Она посмотрела на него, всего на одну секунду перестала жевать, затем без колебаний ответила:
– С Анджелой Стерлинг.
– Извини, она уже занята. Кто следующий?
– Она уже занята? Что значит «она уже занята»? И между прочим, о чем ты вообще говоришь?
– Понимаешь, роль в фильме, твоя роль… я уже говорил тебе, что это лесбийский эпизод…
– И что?
– Вот я и подумал, что славно было бы, если бы ты сыграла его с кем-то, кого всегда хотела… на кого ты, так сказать, глаз положила… с кем всегда хотела этим заняться. Ну, знаешь, заняться любовью. Compris?
Арабелла была в восторге.
– Какая чудесная идея!
– Таким образом ты смогла бы вложить в сцену больше чувства, правда?
– Mais exactement!
– Вот и хорошо. Так кто… кроме Анджелы Стерлинг?
Арабелла с довольным видом потерла ладони и принялась с явным удовольствием обдумывать эту тему.
– Eh bien , так-так, посмотрим… – и где-то секунды через три: – Ara, как насчет… принцессы Анны?
– Кого?
– Принцессы Анны… английской принцессы!
– Ты имеешь в виду принцессу Маргариту?
– Да нет же, принцессу Анну! La petite! Mon Dieu! – Арабелла раздраженно отвернулась.
– Погоди минутку, – сказал Борис, вставая. – Дай-ка я еще вина выпью. – Он вернулся с бутылкой. – А теперь извини. Я бы хотел уточнить две вещи. Во-первых, она должна быть актрисой, а во-вторых, ей должно быть не меньше восемнадцати.
– Ей уже восемнадцать, – из глубин своей обиды буркнула Арабелла.
– Да, но вся штука в том, что она не актриса.
– Еще и лучше. Я буду учить ее… всему.
Борис вздохнул.
– Она никогда на это не пойдет. Это чудесная мысль, но она никогда на это не пойдет.
– На что не пойдет? Не станет сниматься в фильме Бориса Адриана? Тогда она должна быть просто сумасшедшей!
– В этом фильме будут сниматься только те люди, – объяснил Борис, – которым нужны деньги, а еще актеры… актеры и актрисы вроде тебя… артисты, которые захотят в этом участвовать – по той или иной причине.
Арабелла мрачно пожала плечами.
– И потом… есть же королева, – добавил Борис в качестве убедительного аргумента. – Подумай о том, каково ей будет.
– Да, верно. – Последнее замечание явно произвело на нее впечатление. – Королева. Это может ее расстроить.
– Это может разбить ей сердце, – пробормотал Борис, улыбаясь. – Нет, тебе придется найти кого-то еще.
– Компромисс…
– Боюсь, да.
– Хорошо, я подумаю.
Они продолжили трапезу, но теперь уже в тишине. Борис разрабатывал фантазию о лесбиянке и принцессе, а Арабелла исследовала свой мир темных, корчащихся образов на предмет подходящей пособницы.
Довольно долго оба молчали, пока Арабелла, закончив с остатками сыра, не откинулась на траву и не вздохнула.
– А знаешь, – сказала она затем, – ведь именно здесь, на этом самом месте, я впервые занималась любовью.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69