ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

одни уверяли, что это — в честь местного помещика Ионы Клопова, который эмигрировал в семнадцатом году в Париж или Лондон, другие доказывали, что в память легендарного комиссара Абрама Клопова, бескомпромиссно уничтожавшего здесь классовых врагов, пригоняемых из обезумевшей столицы сломленной Российской империи.
Недоброжелатели поселка объясняли его происхождение существованием на этом месте, не столь отдаленном от Ленинграда, фермы по разведению клопов. Данное производство, по злой молве, было организовано в тридцатые годы. Идея состояла в том, чтобы подвергать неугодные коммунистам силы террору кровососущих насекомых, которых предполагалось внедрять в квартиры «бывших», а также в представительства капиталистических стран, да и в сами недружественные державы.
«Клопиный инкубатор», как якобы называли мифический объект очередной пятилетки обитатели соседних селений, было решено строить силами заключенных. При отборе кандидатов, фактически — смертников, не учитывались ни режимы, ни сроки, ни даже статьи осужденных. В результате исполнения этого принципа из сотен зеков, периодически завозимых в Клопово, в кромешной вражде и беспределе выживали единицы. Земля поменяла брюквенный цвет на свекольный. Клопы превратились в трупоедов и раздувались до габаритов майского жука или навозника.
Война сорок первого года оборвала все эксперименты по разведению кровососов. Ушедшие в партизаны бывшие узники и охранники в одну из ледяных февральских ночей атаковали оккупированную ферму и сожгли ее дотла. Суровый мороз завершил дело. Новое племя клопов исчезло. Коварный план оказался сорван.
После победы над фашистами бывшие лагерники и краснопогонники, позабыв о всяких знаках различия, вернулись на место, где их судьбы когда-то вынужденно пересеклись. Здесь они отстроили заново жилье, восстановили хозяйство, продолжили нормальную для тех времен советскую, социалистическую жизнь.
* * *
У клоповцев имелось одно непреходящее свойство, не объясненное ни одной из историй возникновения их селения. Это была невероятная физическая сила, благодаря которой селяне становились знаменитыми атлетами и единоборцами. Практически каждый дом в Клопове был населен чемпионами и призерами по метанию молота; борьбе, толканию ядра, боксу и другим олимпийским видам спорта. Жители селения подолгу проживали в Ленинграде, фанатично тренировались, успешно выступали, заканчивали учебные спортивные заведения, сами становились наставниками молодежи и оседали в городе на Неве.
В конце восьмидесятых советский спорт стал необратимо разваливаться. Клоповцы, лишенные привычных стипендий, пайков, кроссовок, массажей и прочих социальных и витаминных подпорок, волей-неволей приступили к самостоятельному выживанию. Не умея в основном ничего, кроме броска через бедро и прочих десятилетиями отработанных телесных навыков, они получали хорошо оплачиваемые при их безденежье предложения по запугиванию, вымогательству, изыманию квартир и автомобилей, избиению и прочему насилию над разными должниками, обманщиками, ворами и прочими достаточно плохими, по описанию заказчиков, личностями. Так, исполняя криминальные поручения, большинство клоповцев перестраивало свою судьбу.
К началу девяностых всемирная спортивная слава клоповцев существенно была потеснена славой криминальной. Их основными признанными лидерами стали братья Терентий и Булат. К этому времени клоповцы существенно расширили сферу услуг и начали проявлять собственную инициативу. Они теперь занимались организацией детской проституции, торговлей и трансплантацией внутренних органов, продажей детей, организацией смертельных боев между людьми и животными. Особенно прославились клоповцы производством видеофильмов, документальной основой которых становились совершаемые ими преступления.
В криминальном мире клоповцев первое время называли спортсменами, тем самым как бы исключая причастность группировки к профессионалам уголовного дела. В середине девяностых, когда на счету у клоповцев накопилось много кровавых расправ и крупного шантажа, им все же присвоили статус бандитов, на этот раз подразумевая, что они все равно больше шпана, хоть и убийцы, но никак не «законники».
Клоповцы действительно не вписывались в каноны преступного этикета ни своим насилием над детьми, ни истреблением пенсионеров. Впрочем, основная причина, наверное, состояла все же не в беспределе клоповцев, а в том, что за группировкой числилось сотрудничество с силовыми ведомствами, которые якобы в свою очередь попустительствовали своим осведомителям. Именно в этом, по мнению некоторых журналистов, по-своему причастных к правоохранительным органам, вполне мог содержаться ключ к тайне о безнаказанности клоповцев. Иначе, предполагали держатели четвертой власти, как объяснить, что, несмотря на полнейшую очевидность исполнения бывшими спортсменами того или иного леденящего сердце обывателя преступления, клоповцы остаются на воле? Мы, повторяли работники СМИ, буквально указываем прокуратуре на конкретные имена и предоставляем неопровержимые улики, но с этими полтора-иванами ничегошеньки не происходит! Так кто же виноват в безнаказанности бандитов, и что же делать нам, знающим, но беспомощным противостоять не только организованной, но и фактически узаконенной преступности?
Еще одним широко известным свойством клоповцев был острейший, как его называли — «клопиный», запах, временами исходивший от их кожи. Те, кто впервые сталкивался с подобным неприятным явлением, полагали вначале, что спортсмены по каким-то причинам не моются после своих интенсивных тренировок, но, сойдясь с членами группировки поближе, приходили к выводу, что этот агрессивный, отталкивающий запах не в силах подавить не только шампуни, но даже наиболее мощные дезодоранты.
* * *
Сегодня клоповские бригадиры, по-своему знаменитые в городе, Весло и Трейлер, заказали стол в плавучем ресторане «Норд», чтобы отметить примирение с суматохинцами и вхождение в состав предвыборной команды кандидата на пост генерал-губернатора Санкт-Петербурга и Ленинградской области Игоря Кумирова, с начала перестройки не единожды подряжавшего спортсменов для исполнения своих криминальных нужд. Братва начала гулять в шесть вечера, и сейчас, когда уже перевалило за полночь, все чувствовали знакомый подъем и готовность на самый жесткий поступок. Кстати, для жесткого поступка у клоповцев имелись все основания, поскольку они не менее других группировок уже год как испытывали серьезный дискомфорт из-за столь популярного у журналистов и молодежи Людоеда Питерского и их так же, как и прочий криминальный мир северной столицы, порядком достали спонтанные облавы и задержания.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92