ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Его взгляд не испугал Лютиен, и она назвала свое имя и сказала, что готова
петь для него, стать его менестрелем. Тогда в мыслях Моргота загорелось
злое вожделение и родился замысел, самый черный из всех, что появлялись у
него со времени бегства из Валинора.
Так Моргот был предан собственной злобой, ибо он наблюдал за Лютиен,
на какое-то время оставив ее свободной. Тогда Лютиен ускользнула от его
взгляда, и из мрака раздалась ее песня такой необычайной красоты, что
Моргот не мог не слушать ее. И слепота поразила его, когда взгляд его
искал Лютиен там и здесь.
Все его прислужники уснули, светильники померкли, но в короне Моргота
внезапно белым пламенем засверкали Сильмарили, и вот голова его поникла
под тяжестью этой короны, даже воля Моргота не могла сопротивляться.
И Лютиен, надев свою крылатую одежду, взмыла в воздух, и голос ее
лился сверху. Она набросила на глаза Моргота свой плащ, и Моргот
погрузился в сон. Неожиданно Моргот с грохотм упал со своего трона и
распростерся на полу зала. Корона скатилась с его головы.
Берен лежал на земле подобно мертвому зверю, но вскочил, лишь только
Лютиен дотронулась до него, и сбросил волчью шкуру. Затем он выхватил нож
Ангрист и вырезал один Сильмариль из железной оправы, удерживающей его.
Лишь только Берен взял камень в руку сияние пробилось сквозь его
живую плоть, и рука Берена стала подобна сверкающему светильнику, но
камень начал жечь его.
Берен подумал, что смог бы превысить обет и унести все три камня
Феанора, но у тех Сильмарилей была иная судьба. Ангрист сломался, и
осколок стали, отлетев, ударил Моргота в щеку. Тот застонал и пошевелился,
и все войско зашевелилось во сне.
Тогда ужас охватил Берена и Лютиен, и они бежали, забыв о маскировке,
желая только еще раз увидеть свет. Они не встретили препятствий, погони за
ними не было, но выйти из ворот не удалось, потому что Кархорот очнулся
ото сна и стоял в ярости на пороге Ангбанда. Прежде чем они заметили его
присутствие, он почувствовал их и прыгнул на беглецов.
Лютиен была измучена и не имела ни времени, ни сил, чтобы справиться
с волком, но Берен встал перед ней и поднял вверх правую руку с
Сильмарилем. Кархорот остановился, и на миг его охватил страх.
- Убирайся, беги отсюда, - крикнул Берен, - потому что этот огонь
поглотит тебя и прочих зверей! - и ткнул Сильмариль в глаза волку.
Однако, Кархорот посмотрел на этот камень и не испугался, но дух его
вспыхнул страшным пламенем, и, раскрыв пасть, он неожиданно вцепился в
руку Берена и откусил у него запястье. И тут же все его нутро стал сжигать
огонь - это Сильмариль опалил его плоть, и он обратился в бегство. И он
вырвался с севера, неся миру разрушение. Из всех бедствий, постигших
Белерианд до гибели Ангбанда, безумие Кархорота было самым ужасным, потому
что волк нес в себе могущество Сильмариля.
А Берен в это время лежал без сознания возле зловещих ворот, и смерть
его приближалась, потому что клыки волка были ядовиты. Лютиен губами
отсосала яд и использовала всю свою угасшую силу, чтобы остановить кровь
из раны. Но вот послышался шум нарастающего гнева: войска Моргота
проснулись.
Так поиски Сильмариля, казалось, окончились крушением надежд и
отчаянием. В этот момент на склонах долин появились три могучих орла,
мчавшихся на северу быстрее ветра. Высоко над королевством парили Торондор
и его вассалы и, увидев безумие волка и падение Берена, быстро опустились
к земле, подняли Лютиен и Берена и унесли их в облака.
Торондор летел высоко над землей, и они быстро миновали
Дор-ну-Фауглит и Таур-ну-Фуин и оказались над скрытой долиной Тумладена. С
высоты Лютиен увидела сияние прекрасного Гондолина внизу, где жил Тургон.
Она плакала, думая, что Берен умрет. Он не говорил ни слова, не открывал
глаз и потому ничего не знал об их полете. Орлы опустили их на границах
Дориата - в той самой долине, откуда Берен ушел в отчаянии, оставив Лютиен
спящей.
Там орлы положили ее рядом с Береном и вернулись в свои гнезда, а к
ним пришел Хуан, и вместе они выходили Берена, как прежде Лютиен излечила
его от ран, нанесенных Куруфином, но теперешняя рана была смертельной.
Долго лежал Берен, испытывая муки, и душа его скиталась у темных
границ смерти. А потом неожиданно, когда Лютиен утратила надежду, он
очнулся и взглянул вверх, увидев небо. И он услышал, как в шорохе листьев
мягко и негромко поет рядом с ним Лютиен. И снова была весна!
С тех пор Берен получил прозвище Эрхамион, Однорукий, и следы
страданий остались на его лице. Любовь Лютиен вернула его к жизни: Берен
окреп, и они снова бродили в лесах и не спешили покинуть эти места, ибо
они казались им прекрасными.
Лютиен хотела остаться в лесных дебрях, забыв свой дом и народ, и
какое-то время Берен был доволен этим, но он не мог надолго забыть свою
клятву вернуться в Менегрот, не мог всю жизнь скрывать Лютиен от Тингола.
Берен считал, что не годится прекрасной дочери короля, Лютиен, навсегда
оставаться в лесах, не имея дома, почестей и прекрасных вещей. Ему удалось
убедить ее, и он повел ее в Дориат. Так им было суждено.
Когда исчезла Лютиен, для Дориата настали недобрые дни, и народ
погрузился в печаль. И тогда менестрель Даэрон покинул страну, и никто
больше его не видел. Это он до прихода Берена сочинял и пел песни для
Лютиен, и любил ее, вкладывая все помыслы о ней в свою музыку. В поисках
Лютиен он, перейдя через горы, попал на восток Среднеземелья и сложил у
темных вод плач о Лютиен, дочери Тингола, самой прекрасной из всех живых
существ.
В то время Тингол обратился к Мелиан, но она не дала совета, сказав,
что судьба, которую он замыслил сам, должна исполниться, а ему остается
только ждать. Но Тингол узнал, что Лютиен оказалась далеко от Дориата,
потому что от Колегорма тайно прибыли посланцы, рассказав, что Фелагунд
мертв и Берен тоже, а Лютиен находится в Нарготронде, и что Колегорм хотел
бы жениться на ней.
Тогда Тингол разгневался и разослал всех своих шпионов, намереваясь
начать войну с Нарготрондом. И так он узнал, что Лютиен снова бежала и что
Колегорм с Куруфином изгнаны из Нарготронда. И Тингол заколебался, потому
что у него не было таких сил, чтобы напасть на семерых сыновей Феанора, но
он направил вестников в Химринг с просьбой помочь в поисках Лютиен, так
как Колегорм не отослал ее в дом отца и не обеспечил ее безопасность.
Но на севере его королевства вестники встретились с непредвиденной
опасностью:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88