ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Один-одинешенек, долгие годы. Ведь только я уцелел в той заварухе.
— Да, жилище твое, прямо скажем, не дворец, — резонно заметил Командор. — Мне, если туда залезть, можно шкуры лишиться. Пошли-ка, друг, с нами. Покажем тебе наше аббатство Рэдволл.
— А вдруг Могаку там не понравится? — сморщив вздернутый нос, испугался хомяк.
— Понравится, — успокоил его наставник выдр. — Лучшего места на свете больше нет.
Пока старик собирал свои пожитки, Командор рассказал Лог-а-Логу о том, что произошло с Овусом.
— С самого начала это была глупая затея, — тяжело вздохнув, посетовал вождь землероек. — Голым клювом и когтями гадюк не возьмешь. Даже сталь против них бессильна. Бедный Овус. Как жаль, что нельзя забрать обратно слова, сказанные мною о коршуне. Он был прирожденным воином. Мы с моими ребятами похороним Овуса рядом с другом. Филин это одобрил бы.
Смерть двух храбрых птиц повергла аббата Эподемуса в безутешное горе. Когда день уже клонился к вечеру, он взошел на стену аббатства и, взывая к багряному закату, нараспев затянул старинную песнь о храбрости и мужестве воинов Рэдволла.
На трех других стенах аббатства собрались прочие обитатели монастыря. Сохраняя полное молчание, они не сводили глаз с приближающегося к аббату Командора. Когда же наставник выдр поднял над своей головой дротик, в память погибших все хором крикнули:
— Рэдвоооооооолл!
27
Пещерный зал был залит светом свечей, фонарей и факелов. Все обитатели аббатства сидели за расставленными четырехугольником столами, накрытыми в память об Овусе и Кровоклюве. Аббат к поминальной трапезе почти не притронулся. Усадив Могака между собой и Мэлбан, они с мышью-архивариусом в изумлении наблюдали за тем, с какой алчностью хомяк наворачивал паштеты, пироги, салаты, кексы и пирожные.
— Горячей пищи я с самого детства не едал, — пробубнил с набитым ртом Могак, наливая себе в кружку Октябрьский эль. — Вкуснотища такая, ваше величество, что мне никак не оторваться.
— Я вовсе не король, дружок, — ответил Эподемус. — Можешь звать меня аббатом или отцом настоятелем. Как тебе больше нравится. Расскажи-ка нам лучше о себе. Ведь тебе наверняка есть о чем нам поведать.
— Хо-хо, еще бы, — кивнул золотистый хомяк, потянувшись за очередным ломтем сыра. — Но только чуть позже. Не могу прерывать такое замечательное занятие.
Вечер выдался теплым, поэтому после трапезы рэдволльцы вышли в монастырский сад. Диббанов повели купаться в пруд перед сном. Все остальные собрались вокруг освещенного фонарями пятачка, чтобы послушать рассказ Могака. Золотистый хомяк принес с собой свиток, который выудил из своих пожитков. Отхлебнув из кубка красносмородинового морса, он сразу приступил к рассказу:
— Своих родителей я не помню. Помню только, что с юных лет был рабом Рифтгарда. Ужасное место, скажу я вам. Находится далеко на севере, за большими морями. Королем тогда был жестокий хорек по имени Саренго. Лютый был зверь. Не было ни одной живой души, которая бы ему не повиновалась. Я приглянулся ему из-за своего золотистого меха. И он сделал меня своим личным рабом. Мне еще повезло. Остальным приходилось куда хуже. Сын Саренго, ленивый толстый хорек по имени Агарну, жестоко их истязал.
Однажды Саренго на своем большом корабле, который назывался «Морской клык», отправился в далекое путешествие. Кроме отряда крыс-стражников, он взял с собой меня и сына Агарну. Тот не хотел ехать, но его заставил король. У Саренго была карта с планом местности, которую, по слухам, он раздобыл разбоем у каких-то пиратов. И кой-кого из них при этом даже убил. Он собирался напасть на аббатство. Правда, на карте его местоположение не значилось. Имелось только описание пути, который пролегал от западного морского побережья вдоль реки к Стране Цветущих Мхов. Ходила молва, что Рэдволл — большой красный замок с множеством удивительных вещей, вроде волшебных мечей, ценных гобеленов и больших колоколов.
— Чего только крысы-пираты не выдумают! С каждым годом их рассказы все невероятней и дальше от истины, — улыбнувшись и помахав хвостом, заметил Командор отцу настоятелю. — Ха, волшебные мечи и большие колокола!
Кивнув выдре, аббат велел Могаку продолжать.
— Но на карте все-таки было обозначено одно место. Говорилось, что в нем находятся сокровища барсуков. Это была подземная крепость Брокхолл, или так называемый Барсучий Дом. Дескать, о ней уже давным-давно все позабыли. А в свое время лорды Барсуки там прятали от врагов свои сокровища.
— Чушь, да и только! — бросила в свою очередь Мэлбан, но аббат взглядом заставил ее соблюдать молчание.
— Так вот, поскольку это место было обозначено на карте ясно, то Саренго решил прежде всего посетить его. Поверьте, это был не простой поход, но мы его совершили. Беда была только в том, что так называемый Барсучий Дом к тому времени облюбовали ядовитые змеи. Вернее сказать, взрослая змея со своими тремя гаденышами. Король Саренго был зверем не промах. Исследовав окрестности на протяжении нескольких дней, он обнаружил, что Брокхолл имеет два выхода.
— А как вы об этом узнали, Могак? — перебил его Крикулус. — Что навело вас на эту мысль?
— Наберитесь терпения, и скоро узнаете, — подмигнув старику-землеройке, заверил его золотистый хомяк. — Саренго напал на таинственную крепость с восточного входа. А своего сына вместе с несколькими стражниками направил к западному. Однако он просчитался. Заключенный в тиски гадюкой, Саренго ждал помощи. Но Агарну оказался трусом. Увидев отца в таком положении, он бросился мимо него к выходу. Я видел это собственными глазами. Саренго сам дал мне карту, где значился секретный вход. И велел охранять его насмерть.
— Прости, что перебиваю, дружок. — Подняв лапу, аббат слегка подался вперед. — Позволь узнать, эта карта находится на этом самом свитке, который ты прихватил с собой?
— Да, ваше первосвященство, — торжественно помахал свитком хомяк. — Но погодите немного, я еще не все вам рассказал. Саренго слыл непревзойденным бойцом. Хотя он сам погиб, но прихватил с собой на тот свет и гадюку. Они ушли из жизни, как говорится, в одной связке. Три маленьких гаденыша умертвили многих крыс-стражников. Из наших уцелело только шестеро, не считая Агарну и меня. Много зим и лет сменили друг Друга с тех пор. Я жил один в Лесу Цветущих Мхов, избегая всех и вся. Потому что не знал, кто друг, а кто — враг. Боялся, что в один прекрасный день Агарну с крысами вернутся из Рифтгарда за сокровищами, а также затем, чтобы похоронить старика Саренго. Мне было страшно вновь попасться им на глаза. Потому что я познал цену свободы. Теперь я здесь. Среди честных и добрых зверей и вкусно приготовленной пищи. Надеюсь, вы позволите мне у вас остаться.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77