ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Папа завел мотор и высунулся из окошка машины.
— Они считают, что не нуждаются в нашей помощи, это точно, — сказал он. — Ну что ж, поехали, пора пустить в ход наши афиши.
Дядя Сагамор сцапал верхнюю афишку и прочел ее.
— Хмммм, — пробормотал он. — Очень даже недурственно. Чувствуется мне, что желающих поучаствовать в поисках будет хоть отбавляй. Думается мне, лучше ты говори всем, чтобы собирались здесь к рассвету. А кто не успел, тот опоздал.
— Па, а можно я тоже с тобой поеду? — закинул я удочку.
Они оба оборотились ко мне с таким видом, будто и забыли, что я здесь.
— Ну уж нет, — отрезал папа, — ты немедленно отправишься в постель и уснешь как миленький.
— Но, папа…
— А ну, делай, что тебе говорят. И чтоб не смел больше шастать к озеру, а не то я тебе все ухи оборву.
— Ну ладно, — вздохнул я, поплелся назад к дому и уселся на ступеньку вместе с Зигом Фридом.
Папа и дядя Сагамор минут пять еще толковали о чем-то, а потом папа сел в машину и отчалил. Дядя Сагамор, ведя за собой мула, вернулся во двор и уселся на ступеньку рядом со мной минутку передохнуть.
— С тем же успехом ты бы мог и поспать, — сказал он мне. — Все одно от тебя тут проку мало.
Тут с воплями из дома выскочил дядя Финли. Он уже был в ночной рубашке и босиком, а его лысая башка сияла в свете лампы из окна, как начищенная.
— Да что ж это за форменный бедлам? — завопил он. — Разве может нормальный человек уснуть в этаком шуме и гаме?
Дядя Сагамор выплюнул свою жвачку и вытер рот тыльной стороной ладони.
— Да это просто шерифов фургон с громкоговорителем, Финли, — ответил он. — Ничего особенного. Всего лишь одна голая развратная девица шатается здесь в окрестностях, а он пытается приманить ее сюда.
— Так я и знал, — возопил дядя Финли. — Что еще можно было ожидать от этого места. Ничего, кроме греха. Все потопнем. Бесстыжие танцовщицы бродят вокруг, прельщая всех и каждого, и трубы гудят день и ночь, лишая сна добропорядочных людей. Он близится. День близится и не заставит себя долго ждать. Вы еще увидите, как все сбегутся искать спасения на моем ковчеге. Но я никого не возьму. Никого.
— Ей-богу, — говорит дядя Сагамор, — ну конечно, если вы с Видением решили, то так тому и быть. Вот правда, будь я на вашем месте, то лопни мои глаза, если б я не постарался всеми правдами-не правдами потесниться и освободить уголок для этой танцовщицы. Особо много места это не займет, ведь она может сидеть и у тебя на коленях.
— Хммммммммммм, — проворчал дядя Финли и вернулся в дом.
Дядя Сагамор опять взгромоздился на мула и поскакал вокруг дома к озеру. Громкоговоритель прекратил играть музыку, и мужской голос повторил несколько раз:
"Сюда, сюда, мисс Каролина. Идите на звуки музыки”.
А затем снова заиграла пластинка. Я растянулся на кровати и попытался заснуть, да только громкоговоритель поднимал столько шума, что я не очень-то преуспел в этом занятии. Я так беспокоился о мисс Харрингтон, такой одинокой и напуганной, небось сбила все ножки, и комары ее заели, и никто ей, бедняжке, не поможет. Но я ведь обещал папе, что не пойду больше на поиски этой ночью. Вообще-то я наплевал бы на все обещания на свете, если б сообразил что-то дельное, но я все никак не мог придумать, как ее найти, если и двадцать взрослых не могут.
Вот забавно, подумалось мне, что я продолжаю называть ее мисс Харрингтон, хотя шериф и его люди сказали, что на самом-то деле ее зовут Каролина Чу-Чу. Я никак не мог взять в толк, что такое стриптизерка и что это за важные показания, но решил, что наверняка это что-то не очень плохое, даже если ее полиция и разыскивает. Вполне возможно, что это доктор Северанс прятал мисс Каролину здесь от гангстеров, чтобы они ее не застрелили. Мне опять стало его очень жалко.
Должно быть, я ненадолго задремал, но когда проснулся, все еще было темно. Зиг Фрид лежал рядом со мной на кровати и рычал. Кто-то шел вдоль угла дома. Я глянул на папину постель посмотреть, не вернулся ли он еще, но кровать была пуста. Этот тип пересек двор и уселся на верхнюю ступеньку. Тут на него упал отсвет лампы из верхней комнаты, и я узнал шерифа.
— Ты спишь, Билли? — спросил он.
— Нет, — ответил я. — Вы ее еще не нашли? Он стянул шляпу и взъерошил волосы, а затем как-то весь поник. Сразу было видно, он и взаправду очень устал.
— Нет даже никаких следов. Боже, как я вымотался. Словно сотни миль пробирался через бурелом.
— А остальные еще ищут? — спросил я.
— Все, кроме меня и Отиса. Мы с ним возвращаемся в город поспать несколько часиков и собрать свежую партию для поисков. Вернемся назад часам к десяти утра. Сейчас уже полчетвертого, и похоже, что нам потребуется больше времени, чем мне казалось.
— Да уж, вам сейчас невесело, — согласился я. — Но знаете ли, дядя Сагамор говорит, что здесь просто ужасно большая долина.
— Мне прямо-таки чертовски не весело, — проворчал шериф. — Какая разница, каких размеров эта долина? Все равно она не ушла бы далеко, босиком-то. Когда она исколет все ноги, то усядется на пенек да так и просидит на одном месте.
— Да и мне так кажется, — сказал я.
— Билли, — говорит он очень серьезно, — мне надо кое-что у тебя спросить, только отвечай по правде. Девушка действительно была с тобой, когда ты убежал оттуда? Я имею в виду, когда в вас стреляли?
— Конечно была, — говорю. Я даже сел на постели.
— И ты уверен, что она не осталась.., гм.., ну, застреленная там, в воде? А ты так испугался, что не хотел никому про это рассказывать?
— Нет, с чего бы это я стал выдумывать? Чтоб мне провалиться на этом самом месте, да она сама вытащила меня из воды.
И я сам еще раз рассказал ему, как все было, как мисс Харрингтон тащила меня за собой, пока мы не добрались до зарослей, и как мы сбежали с холма и спрятались в папоротнике.
Он покачал головой:
— Ну хорошо, должно быть, ты говоришь правду. Но будь я проклят, если понимаю, как это она ухитрилась забраться так далеко” что двадцать человек никак не могут ее найти.
— Да я и сам не понимаю, — вздохнул я.
— Ладно, когда я утром вернусь, ты сможешь пойти со мной и показать место, где вы прятались в папоротнике?
— Еще бы, — обрадовался я. — Да хоть сейчас, если хотите.
— Нет, лучше подождать дня, — решил он. — Как бы там ни было, я просто не в состоянии никуда тащиться прямо сейчас. Я совсем выдохся. А кстати, куда подевался Сагамор?
— Он поехал в долину, поискать ее. Ускакал на своем муле.
— Хмммм, — ухмыльнулся шериф, — не могу сказать, что это звучит обнадеживающе. Ты что, впрямь считаешь, что он еще годен на что-то стоящее? Ему ж за пятьдесят?
Тут из-за угла дома показался Отис, и они с шерифом сели в свою машину и укатили. Громкоговоритель начал проигрывать другую пластинку.
Примерно так через полчаса я услышал, как подъезжает грузовик дяди Сагамора. Видно, дядя заезжал через ворота позади амбара. Я удивился, куда это он мотался в такой поздний час. Вдруг ворчание стало каким-то натужным, словно грузовик застрял в песке. Он ревел и ревел минут пять или десять, а потом затих. Вскорости сам дядя Сагамор пришел пешком и остановился рядом с крыльцом.
— А что стряслось с грузовиком? — поинтересовался я.
— Ох, — вздохнул дядя, — он забуксовал в песке. Этот чертов грузовик вязнет на ровном месте, как хомяк в норе.
— Вот беда-то, — огорчился я. — И ты теперь не сможешь больше разыскивать мисс Харрингтон?
— Во всяком случае, не на грузовике. Но я так считаю, уж к рассвету ее кто-нибудь да найдет.
Он отправился к конюшне, а я заснул. А когда проснулся, уже было совсем светло, и все как раз начиналось. В жизни не видел ничего подобного.
* * *
Не успел я продрать глаза, как понял, что папа с дядей снова притащили лохани обратно. Вонь так и шибанула мне в нос, пока я просыпался. Рядом со мной на кровати лежал Зиг Фрид, фыркая и поскуливая. А как увидел, что я открываю глаза, радостно вылизал меня с головы до ног. Громкоговоритель уже перестал голосить, но грузовик все еще стоял на прежнем месте, ярдах так в пятидесяти от дома. Я перекатился на другой бок и обнаружил, что папа тоже тут ночевал. Его кровать была смята, но сам он уже ушел. В доме было совсем тихо, никто не бренчал посудой на кухне, и завтраком даже не пахло.
Наш драндулет стоял под деревом во дворе, а позади него были припаркованы еще четыре машины спасателей. Да только вокруг ни единой живой души видно не было. Я дошел до фургона с музыкой, но в нем водитель спал. Я ломал голову, куда же подевались папа с дядей Сагамором, а потом решил, что, верно, они участвуют в поисках мисс Харрингтон. Хотя нет, не Харрингтон, поправился я, Каролины. Надо же все-таки называть ее настоящим именем, а не как придется. Я стал гадать, увижу ли ее когда-нибудь еще. А вдруг они так ее и не найдут? От этой мысли мне поплохело, и я стал себя убеждать, что она обязательно отыщется.
Тут у меня засосало под ложечкой, и я вспомнил, что вечером мы даже не поужинали. Поэтому я спустился к озеру и наскоро умылся, а потом принялся за растопку печки, чтобы пожарить рыбешку. Пока я возился с заслонкой, из своей комнаты вылез дядя Финли, на ходу завязывая галстук и запихивая концы под комбинезон.
— А где все? — спросил он, так подозрительно косясь на меня, будто я их съел или что похуже.
— Понятия не имею, — сообщил я, нарезая рыбу и складывая ее на сковородку.
— Все бегают за этой греховной танцовщицей, — мрачно заметил он. — Происки дьявола везде и постоянно. — Он остановился и посмотрел на меня в упор. — Я слышал, ты говорил, что она безо всякой одежды?
— Ну, на ней не так уж много, — согласился я. — Москитам там есть чем поживиться.
— Хмммм, — сказал он, — как я слышал, на ней нет и нитки. Бесстыжая потаскушка. Ты не видел ее поблизости?
— Нет, сэр, — ответил я. Я всегда немножко побаивался дядю Финли. Было похоже, что он все время с кем-то разговаривает, даже когда рядом никого нет.
— Думаю, она уже утопла, — предположил он.
— И вовсе не утопла, — возмутился я. — Она прекрасно плавает.
— Хмммм, — буркнул он. Он уселся за стол, сжимая одной рукой нож, а другой вилку в ожидании еды. Как только рыба поджарилась, я выложил ее на тарелки, и мы оба подкрепились.
Тут раздался рев мотора, как будто грузовик или еще какая-нибудь большая машина въезжает в ворота. Мы разом сорвались с места. Дядя Финли поспел первым, и когда он распахнул дверь на крыльцо, то вдруг застыл на месте, будто узрел чудо.
— Доски! — завопил он.
Он одним большим скачком оказался в добром ярде от крыльца и понесся вперед, крича “доски!” на каждом прыжке. Я выглянул наружу, посмотреть, что это его так поразило. И с трудом поверил своим глазам.
Там и вправду оказался грузовик, груженный досками. Он как раз заезжал в ворота, а за ним ехали еще несколько грузовиков — на них-то я и уставился. Прямо за тем, что с досками, тянулись еще три, а пока я глазел, подвалил еще один. Все как один желтые, а на боках что-то намалевано. Они были доверху чем-то нагружены и закрыты парусиновыми тентами.
— Пошли, — скомандовал я Зигу Фриду, и мы припустили бегом.
Мы промчались мимо фургона с громкоговорителем, и тут я увидел папу. Он прохаживался вдоль этих желтых грузовиков и, похоже, направлял их к открытой площадке за канавой примерно в сотне ярдах от дома. Грузовик с досками вырулил туда, и папа махнул рукой, подав сигнал сгружать доски.
Один из приехавших спрыгнул с кузова, но дядя Финли не зевал и в один прием оказался тут как тут. Не успел тот парень и глазом моргнуть, как он хвать доску футов в двадцать длиной и давай чесать к ковчегу, волоча ее за собой, — Эй, ты, — завопили люди в грузовике, попрыгали на землю и помчались в погоню. Самый быстрый догнал дядю Финли, ухватился за второй конец доски и попытался отнять ее.
А остальные набросились на папу:
— Что это за чокнутый старикашка? Скажи ему, чтоб оставил доски в покое.
Папа объяснил водителям желтых грузовиков, где им удобнее припарковаться, и обернулся посмотреть, в чем дело. Он только рукой махнул:
— Да это просто Финли. Дайте ему всласть повозиться с этой штуковиной, и он не тронет остального, весь день будет приколачивать ее с места на место.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

загрузка...