ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

.. И вообще, я устала... Я очень устала... Помогите мне поднять его, пока он живой... Он хотел туда.
Нава и Рита легко подняли Стояна, Перец помог подняться Алевтине.
А ты кто? - вдруг спросила она Кандида.
- Кандид, - ответил он. - Мы были немного знакомы.
- Ты же умер... Значит, действительно, здесь жизнь после смерти... Дайте мне Стояна, - протянула она руки.
Они положили его ей на руки, но своих не отпускали, чтобы она не уронила умирающего.
- Прощай, пусик, - улыбнулась она Перецу. - Ты был отличным мужиком. Я оказалась дурой...
И Алевтина шагнула в воду. Нава и Рита ее сопровождали, поддерживая Стояна.
Он открыл глаза.
- Как хорошо, Аленушка, - улыбнулся он. - Я тебя люблю... И всегда любил, как только увидел.
- Я знала, - кивнула она. - Теперь я твоя...
Они вошли в воду по грудь, и Алевтине стало легко. Стоян лежал на поверхности воды и не тонул. Он лежал, закрыв глаза, и счастливо улыбался. Она легла рядом с ним и тоже не тонула. Ей стало спокойно. Стоян нашел ее ладонь и взял ее в свою. Алевтина ответила ему ласковым пожатием, и ей показалось, что они падают в воздушную яму, как в ее недавнем сне. Потом она поняла, что они не падают, а летят, и это было прекрасно. А потом наступила ночь...
- Может быть, его надо было похоронить по-человечески? - сказал Перец, когда Рита с Навой вышли на берег.
- Он будет жить, - ответила Рита.
- В виде бракованного гиноида-недоноска?! - воскликнул он возмущенно. - Уж лучше умереть навсегда!
- Нет, - улыбнулась Рита. - Он будет полноценным гиноидом... Его любви было суждено остаться духовной... Вообще-то, мы с Навой делали этот Город для тебя и Кандида... Мать-Природа и подруги помогли нам... Если вы когда-нибудь решите к нам присоединиться...
- Вряд ли это случится скоро, - ответил Кандид. - Но за заботу спасибо...
- Да, - кивнул Перец. - У нас еще слишком много дел в этой жизни.
- А я надеялась, что вы в этом Городе будете первыми, - вздохнула Нава. - Вон как все повернулось... И скоро вам тут места не останется... она подняла взор на оглушительно звенящее небо.
Все проследили за ее взглядом и увидели на небольшой высоте черную тучу, которая надвигалась на поселок, минуя озеро. И вдруг туча резко пошла на снижение.
- Началось... - мрачно произнесла Нава и подумала: "Тана будет довольна..."
Домарощинер очнулся от дикого воя, который доносился с улицы. Он коснулся рукой раны на голове и испуганно вздрогнул, увидев на ладони кровь. Он с трудом поднялся и сел на стул - ноги дрожали, голова кружилась. Он взял хрустальный стакан, наполовину наполненный коньяком, и вылил его содержимое на голову. Защипало. Домарощинер поморщился, но ради своего здоровья мог стерпеть и не такое.
- Ну, шалава, я до тебя доберусь!.. - вслух пообещал он Алевтине.
Вой на улице не затихал. Почему-то было темно, хотя по его расчетам уже должно было быть не слишком раннее утро. Домарощинер подошел к окну и попытался посмотреть на улицу. Стекла были залеплены чем-то черным и шевелящимся. Так же зашевелились и редкие волосы, смоченные кровью и коньяком на макушке Клавдия-Октавиана Первого. Он зажег свет и подошел к окну, сощурился, напрягая зрение.
Черная масса, облепившая окно состояла из маленьких насекомых - то ли комаров, то ли москитов... Она копошилась в поисках щелей и отверстий, а может, и пыталась проделать эти щели...
"А двери!" - испугался Домарощинер и бросился в прихожую. Вспомнил, что двери бронированные с вакуумным замком, и немного успокоился. Вернулся к столу, выпил коньяку и попытался сосредоточиться, что из-за гудящей головы получалось плохо. Тем не менее, он сообразил, что дикий вой - это вопли тех, до кого добрались эти твари. Он представил людей, облепленных черной жалящей массой, и содрогнулся от страха и омерзения...
"А вентиляция!" - похолодел он. До всех вентиляционных щелей добраться не было никакой возможности. А если даже и удастся закрыть их, то чем дышать?..
"Думай, Клавдий-Октавиан, думай! - уговаривал он себя. - Тебя так просто не возьмешь!"
И он вспомнил, что не так давно в управлении кто-то из людей Стояна демонстрировал защитный костюм для разведки в Лесу. Тогда заказали несколько экземпляров - Тузик сказал, что пойдет русалок отлавливать, а демонстрационный экземпляр приказал доставить ему домой. Домарощинер тогда еще удивился - неужели Тузик один попрется в Лес, да еще при непробиваемой обороне Переца. Может, он просто потренироваться хотел?..
- Куда ж ты его задевал, Тузик? - спросил Домарощинер дух Тузика. Ну, колись: я тебе - русалку, ты мне - костюм...
Дух Тузика молчал. Но Клавдий-Октавиан вспомнил про громадный шкаф в чулане и ринулся туда.
- Молодец, Клавдий! - похвалил себя Домарощинер, увидев защитный костюм, висящий в шкафу в специальном мешке. Он снял его, перетащил в комнату и принялся натягивать на себя.
"Нет, - сообразил он. - Сначала надо попить, поесть, сходить в туалет, а то придется в штаны... Это все же не космонавтский скафандр..."
Домарощинер торопливо заправился и опорожнился, и принялся снова натягивать на себя защитный костюм. Это заняло несколько минут, потому что он смутно помнил, что сначала, что потом, но постепенно сообразил. Дышалось в костюме через противогаз терпимо. Во всяком случае, не задыхался. Ходить было непривычно - руки и ноги сгибались и шагали как-то не так. Хотя демонстратор двигался вполне естественно. Дело привычки...
"Пора!" - сказал себе Домарощинер и пошел к двери. Вдруг послышался грохот двигателя. "Танк, Перец", - догадался он и побежал через все комнаты к самому дальнему, противоположному от входа окну. Открыл запоры, навстречу ему в комнату хлынула черная масса, тут же облепившая костюм. Он протер перчатками очки противогаза и сквозь красную пелену разглядел окно. Прицелился, вылез и на четвереньках на предельной скорости скрылся в кустах за домом. Он слышал, как под напором танка затрещала входная бронированная дверь (звукопередача в костюме, оказывается, была отличная), но оборачиваться не стал, спеша унести ноги.
Задами он добрался до Управления и вдоль стен, крадучись (хорошо, что все заросло кустами, цветами и деревьями), добрался до черного входа и проник в здание.
По коридорам Управления носились рои насекомых, но людей не было. Домарощинер быстро добрался до директорского кабинета. В приемной сидела распухшая от укусов секретарша и меланхолично чесалась. Там, где она проводила ногтями, на коже появлялась кровь. Когда она чесала голову, волосы выдирались клочьями. Домарощинер в своем защитном костюме облился холодным потом, живо представив себя на месте секретарши. На него она не обращала ни малейшего внимания. Почесала за ухом, оно осталось у нее в руках, она равнодушно посмотрела на окровавленное ухо и отбросила в сторону, продолжая чесаться.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81