ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Она встретила мужа сияющей улыбкой и спросила:
— Господи, дорогой, о чем вы так долго говорили? Я решила, что ты так и не придешь ко мне. — Несколько пуговиц пижамы были расстегнуты, и в разрезе под блестящим черным шелком с ярко-красными цветами соблазнительно розовело нежное тело.
— Мне надо было кое-что выяснить. — Он направился в соседнее помещение. — Ничего важного.
Слушая, как муж переодевается и чистит зубы, Дженнифер стянула пижамную куртку, бросила ее на постель и, потянув на себя пододеяльник, укрылась им до подбородка. Каррингтон вернулся, без всяких эмоций улегся рядом и выключил лампу на прикроватной тумбочке. Дженнифер не теряя времени прижалась к супругу и нежно замурлыкала.
— Извини, дорогая, но я очень устал.
Чарльз повернулся к жене спиной. Дженнифер затихла в тревоге. Впервые он не откликнулся на ее любовный призыв. Она со страхом осознала, что теряет над ним контроль.
Глава 3
На следующее утро, через пять минут после того, как Чарльз Каррингтон отправился на службу, в Карвелтон-холле раздался телефонный звонок. Дженнифер поспешно сняла трубку.
— Ну, слава Богу! А я уже собиралась тебе звонить, — выпалила она. — Чарльз все знает.
— Почему ты так думаешь? Он тебе что-нибудь сказал?
— В этом не было необходимости. Поверь, я чувствую опасность всем своим существом.
— Может быть, нам следует предпринять какие-то шаги еще до четверга?
— Не знаю, ведь мы не сможем уехать раньше, — ответила она паническим тоном.
— Видимо, ты права. Что ж, осталось терпеть еще два дня. Если что-то случится, звони. Не волнуйся, я в любом случае найду возможность повидаться с тобой.
— А сейчас ты не мог бы заехать? — умоляюще спросила Дженнифер.
— Сейчас нет. Чарльз мог организовать за нами слежку. Держись!
— Постараюсь, — ответила она и неожиданно расплакалась. — Господи, я не могла представить, что все так может обернуться. Я просто в ужасе.
— Перестань паниковать. Я о тебе позабочусь. Ведь ты всегда нуждалась в опеке со стороны более старшего. А сейчас, извини, меня ждут дела.
Тем временем в Брук-коттедже Мальтрейверс закончил статью для «Индепендент». Он существенно облегчил труд редакторов, опустив некоторые истории, прочитав которые, многие актеры начали бы тут же трагическими голосами взывать к своим адвокатам. Малькольм был на работе, Люсинда вела уроки, и ему ничего не оставалось, кроме как поехать в Кендал, отправить по почте, статью и перекусить.
Запарковав машину у бывшего работного дома, окрашенного ныне в совершенно неподходящие бело-розовые цвета, он пешком направился к Стриклэндгейт, где располагался центральный почтамт. По пути назад, раздумывая, где бы поесть, Мальтрейверс заметил вывеску — «Куинтэссенция». Он немедленно принялся обследовать витрину и в результате убедился в том, что Шарлотта Куинн абсолютно точно оценила качество своих товаров. Мальтрейверс увидел прекрасные ручной работы деревянные и серебряные украшения, первоклассную керамику (по счастью, там не было фигур животных, приторно-очаровательных детишек и до тошноты обаятельных бродяг), изделия из тонкой шерсти и чеканку. Магазинчик вполне мог бы стать украшением Ковент-Гарден, и при этом цены были значительно ниже лондонских. Как только он открыл дверь, раздался мелодичный звон укрепленного на пружинке старинного колокольчика. Через мгновение из задней комнаты появилась Шарлотта Куинн.
— Извините, но мы только что… — Узнав посетителя, она оборвала фразу. — Хэлло! А я как раз собиралась отправиться на ленч. Но если вы решили что-нибудь купить…
— Нет, я просто хотел посмотреть, — ответил он. — Обязательно приведу сюда Тэсс. У нее по-настоящему хороший вкус, а я всего лишь финансирую его проявления.
— Ваша жена? — поинтересовалась Шарлотта.
— Пока еще нет, но Тэсс старательно трудится для достижения этой цели, — ответил с ухмылкой Гас. — Как говорится, в прошлом високосном году я избежал напастей, скрывшись за границу двадцать девятого февраля. Ее зовут Тэсс Дэви, и она — актриса. Жду приезда на уик-энд, сразу после окончаний гастролей в Чешире. У нее выдастся свободная неделя до начала репетиций перед открытием лондонского сезона. Мы обязательно к вам придем. А пока позвольте пригласить вас на ленч. Полагаю, вам известны места, где можно вкусно поесть?
— Обычно я хожу через дорогу в кабачок, именуемый «Пшеничный сноп». Правда, тамошнее меню нарушает все заветы диетологов, но мне на это плевать. Охотно принимаю ваше приглашение, буду готова через минуту. Переверните, пожалуйста, дощечку у дверей так, чтобы она извещала, что магазин закрыт. Спасибо.
Ожидая появления Шарлотты, Мальтрейверс изучал шелковые галстуки, развешанные на специальной стойке.
Они пересекли Стриклэндгейт, вошли в «Сноп» и успели занять столик у окна до того, как в заведение хлынула основная волна публики.
— Если следовать общепринятому гамбиту, то мне, видимо, следует спросить о том, насколько вам понравился вчерашний вечер, — сказал Мальтрейверс, вернувшись от стойки бара с подносом, на котором разместились еда и напитки. — Но боюсь, что это будет столь же бестактно, как поинтересоваться у миссис Кеннеди, насколько ей понравилось пребывание в Далласе.
— Пожалуй, что именно так, — согласилась Шарлотта Куинн. — Я испытываю омерзение, но лучше попридержу язык. Ведь вы с юга и не привыкли, когда высказываются откровенно.
— Прожив около года в Манчестере, я смог познакомиться со знаменитой прямотой северян, — ответил Гас. — Мне показалось, что вас особенно оскорбило… присутствие одного гостя, и в частности, его отношение — обратите внимание, как я использую эвфемизм свойственный южанам, — к хозяйке дома.
— Весьма тонко сказано, — рассмеялась Шарлотта. — Я еще вчера имела возможность заметить, что вы чересчур умны и все схватываете на лету. Что вам известно о происходящем в этом доме?
— Люсинда и Малькольм рассказали мне довольно много, — признался Гас. — Я знаю о том, что у Дженнифер Каррингтон роман с Дагги Лидденом. Мне известно кое-что о вас и о Чарльзе.
— Боюсь, что вы знаете далеко не все. — Мальтрейверс проследил за направлением ее взгляда; он был обращен на вывеску «Интерьеры Озерного края», расположенную над дверью через один дом от ее магазина. Не сводя с нее глаз, Шарлотта начала свой рассказ:
— Года три тому назад лавка Лиддена чуть было не пошла с молотка. Банк требовал объявить его банкротом, но тот пополз на брюхе к Чарльзу, умоляя о помощи — они были знакомы как масоны, — тот спас Дагги, предоставив заем в двадцать тысяч фунтов. Какую-то часть долга он с тех пор вернул. И чем же этот мерзавец выражает свою благодарность? Наставляет рога своему спасителю и заявляется к нему в дом, чтобы выставить на посмешище в глазах всех друзей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58