ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Если раньше чувствовалось, что Харуё кричала в пустоту, не зная, слышу я или нет, то сейчас в голосе была надежда и слышался он гораздо четче.
Я бежал быстро, но – какая досада! – подземелье в этом месте петляло, напоминая бараньи кишки. Зов о помощи слышался то совсем рядом, то доносился откуда-то издалека. Я начал нервничать, силы покидали меня.
– Сестра, ты держишься? Кто это измывается над тобой? – кричал я.
– Ой, скорее! Скорее ко мне, Тацуя-сан! Не знаю, кто это. Темно, не вижу ничего. Но… Но меня хотят убить. А-а! Тацуя-сан!
Я на мгновение остановился. Было очень тихо. И вдруг раздался душераздирающий вопль. Удар, звук падающего тела, удаляющиеся шаги повторялись эхом, но скоро и их не стало слышно. Мертвая тишина.
Я замер. Уж не случилось ли чего с Харуё? От страха зуб на зуб не попадал, колени дрожали. Но я сумел быстро взять себя в руки и побежал дальше. Споткнувшись, растянулся на камнях. Встал, продолжил свой бег и вскоре увидел Харуё.
– Сестра! Сестричка! – Я подскочил к ней, обнял и увидел синяк – след от попавшего в нее камня.
– Сестричка! – снова позвал я.
Она открыла глаза, долго непонимающе смотрела на меня. Наконец, откашлявшись, еле слышно произнесла:
– Тацуя-сан…
– Да, это я! Харуё, тебе очень плохо?
На бледном лице Харуё появилась на миг слабая улыбка.
– Умираю. Не потому, что ранена… Сердце… – Харуё тяжело было говорить. – Но ничего. Наоборот, я чувствую себя счастливой. Потому что… удалось перед смертью… встретиться с тобой…
– Харуё, миленькая, не надо говорить о смерти. Скажи лучше, если знаешь, кто собирался убить тебя?
Харуё сделала еще одну попытку улыбнуться. Что-то загадочное было в этом подобии улыбки.
– Из-за темноты не могла разглядеть. Но узнать можно. Я укусила его за мизинец, чуть совсем не откусила. Тацуя-сан, ты, наверное, слышал вопль.
Я удивленно взглянул на Харуё. В углу рта заметил каплю запекшейся крови. Так значит, вопила не Харуё, а преступник.
Сестра корчилась от боли, чуть не плакала, задыхалась.
– Тацуя-сан, Тацуя-сан.
– Что, сестрица?
– Я умру скоро. Никуда не отходи от меня, пока душа не отлетит. Будь здесь. Обними меня, пожалуйста. Мне будет так радостно умирать в твоих объятиях!
Я растерянно смотрел на Харуё. Поразительная догадка мелькнула в голове.
– Харуё, дорогая!
Она, однако, не слышала меня и не переставая, как в бреду, говорила сама:
– Тацуя-сан, я все равно скоро умру, поэтому могу быть предельно откровенной. Как я любила тебя!.. И сейчас ты мне так дорог, я так сильно люблю тебя! Хочу умереть за тебя! Лишь бы ты был счастлив! Я люблю тебя не как старшая сестра обычно любит своего младшего брата. По правде говоря, ты мне вовсе и не брат. Хотя относился ко мне как к старшей сестре. Мне рядом с тобой всегда было так хорошо… – Харуё, стало быть, знала истину, знала, кому я обязан своим появлением на свет. Печаль глодала меня. – Ну вот, я сказала все, что хотела. Мне не страшно умереть. Потому что ты обнимаешь меня. Только, Тацуя, дорогой мой, пожалуйста, никуда не уходи, пока я дышу. А после того, как я умру, вспоминай иногда со словами: «Бедная, несчастная Харуё».
Харуё говорила и говорила… Постепенно произносимых ею слов не стало слышно, дыхание тоже ослабело. Глаза оставались широко раскрытыми, но сомневаюсь, что она видела что-нибудь. Лицо было чистым, невинным, как у ребенка.
Вскоре она перестала дышать. Умерла в моих объятиях.
Я закрыл ее глаза, бережно опустил холодеющее тело на землю и только сейчас заметил в ее руках сверток с едой и наполненную водой флягу. Открыл сверток. В нем был рис с рыбой, маринованные листья бамбука.
Сердце сжалось, слезы хлынули из глаз. Харуё несла мне еду, и смерть поджидала ее тут… Я глубоко и горестно вздохнул.
Я долго сидел и плакал, обняв ее обмякшее тело. До меня не сразу дошло, что о случившемся я обязан поставить в известность полицию.
Прицепив к поясу сверток с едой, которую с такой любовью несла мне Харуё, и повесив на плечо флягу, я встал, чтобы отправиться в полицию, как вдруг услышал:
– Вот ты где, подлая тварь! – В этих словах звучала вся ненависть, сжигавшая говорившего. Фраза, как бомба, разорвалась в глубине подземелья. Ситуация была опасной, что говорить… Надо собраться! Стоит чуть зазеваться, получишь такой удар по голове, что она лопнет, как переспелый гранат.
– Чего тебе надо от меня? – крикнул я, пытаясь перехватить инициативу. Несмотря на сковывавший меня страх, включил фонарик и направил свет на нападавшего.
Фонарик высветил лицо – кого бы вы думали? – Китидзо. По обыкновению, он противно скрежетал зубами, в толстых пальцах, вызывавших ассоциацию с гадюкой, держал свою бамбуковую дубину.
Посмотрел в его глаза, – да, верно Норико отзывалась о нем, нисколько не преувеличивала. Глаза явно выдавали его страстное желание уничтожить меня. Он размахнулся дубиной, какими обычно убивают взбесившихся собак.
– На, получай! – Со страшной силой он бросил в меня дубину.
Но я успел уклониться, и дубина стукнулась о скалу.
– А-а!!! – заревел он и сделал несколько шагов вперед, чтобы поднять ее, но, потеряв равновесие, сам упал.
Я воспользовался моментом и кинулся в сторону «Бездны блуждающих огоньков». Китидзо гнался за мной. За спиной слышались рев и топот, но мне все-таки удалось перебраться на другой берег…
Укушенный мизинец
Положение мое было отчаянным. Я понимал, что долго скрываться здесь мне не удастся. Куда бежать?
Харуё больше нет. В доме Тадзими осталась только беспомощная и бестолковая Котакэ. Возвращаться туда не было смысла. Но кто без меня похоронит Харуё? Кроме организации похорон, оставались другие не менее важные дела. Я должен выяснить, кто до смерти избил Харуё, должен найти человека с укушенным мизинцем и сдать негодяя полиции.
Но, черт возьми, ведь я пока не могу выбраться из пещеры! Все выходы караулят люди Китидзо и Сгокити. Оба зверски ненавидят меня, и вряд ли кто-нибудь сможет уговорить их оставить меня в покое. Таким образом, мне оставалось надеяться только на полицию. Произошло убийство, проигнорировать этот факт полиция не сможет, рано или поздно она должна будет прислать сюда своих людей. И тогда я понадоблюсь им как свидетель. Ни Китидзо, ни Сюкити ничего не смогут со мной поделать. Мне же надо просто ждать. Но все-таки почему полиция не появляется?
Уважаемые читатели, конечно, могут представить себе, в каком состоянии я находился. Ни зги не видно, словом перемолвиться не с кем, занять себя нечем. Временами мне казалось, я схожу с ума…
Я постоянно возвращался мыслями к последним минутам жизни Харуё. Конечно, ее убийство следует рассматривать как звено в цепочке многих других.
Начиная с деда Усимацу почти все убийства совершались по одному сценарию – преступник прибегал к ядам.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71