ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я зажмурилась и еще раз прислушалась к звону в шуме ветра. И когда, открыв глаза, я посмотрела на противоположный берег, мне показалось, что в этом феврале я еще никогда настолько не сходила с ума. Я с трудом удержалась, чтобы не закричать.
Хитоси.
На другом берегу реки, если это был не сон и я не сошла с ума, стоял человек и смотрел на меня. И этот человек был Хитоси. Нас разделяла река. В груди защемило — воспоминания, которые я хранила в сердце, стали четкими, совпав с реальными чертами.
В голубой рассветной дымке он смотрел на меня. В глазах его была тревога, как бывало всегда, когда я делала что-то несуразное. Он держал руки в карманах, смотрел прямо. Дни, которые я провела в его объятьях, казались мне то близкими, то далекими. Мы просто пристально глядели друг на друга. Только постепенно исчезающая луна смотрела на слишком бурный поток, разделяющий нас, — слишком большое расстояние. Мои волосы и такой хорошо знакомый воротник рубашки Хитоси колыхались на речном ветру, смутно, как во сне.
Хитоси, ты хочешь поговорить со мной? Я хочу поговорить с тобой. Подойти к тебе поближе, обнять и вместе порадоваться встрече. Но, но — сейчас расплачусь — судьба так резко разделила нас: ты на том берегу реки, а я здесь, и ничего не могу с этим поделать. Могу только смотреть, роняя слезы. Хитоси опять с грустью взглянул на меня. Хотелось, чтобы время остановилось, но с первыми рассветными лучами, все постепенно стало блекнуть. Хитоси начал удаляться. Я занервничала, а он улыбнулся и помахал мне рукой. Он всё махал и махал мне. Исчезая в синем мраке. Я тоже помахала ему. Дорогой мой Хитоси, мне хочется, чтобы твои плечи, линия твоих рук — чтобы всё отпечаталось во мне. Я хочу запомнить всё: этот бледный пейзаж, жаркие слезы на щеках. Мне очень этого хотелось. След от руки Хитоси превратился в линию, отразившуюся в небе. А сам он постепенно становился бледнее и исчезал. В слезах я провожала его взглядом.
Когда он полностью исчез, всё вернулось на прежние места: берег реки, утро, рядом стоит Урара. У нее был невыносимо грустный взгляд. Не поворачивая головы, Урара спросила:
— Видела?
— Видела, — ответила я, утирая слезы.
— Тебя это потрясло? — с улыбкой спросила Урара, на этот раз обернувшись ко мне.
— Потрясло, — улыбнулась я ей в ответ. Светило солнце, наступило утро, мы немного постояли вместе.
В пончиковой «Донатс», открывшейся раньше всего, за горячим кофе Урара сказала с немного сонными глазами:
— Я тоже пришла сюда, потому что надеялась, что, может быть, смогу попрощаться с любимым человеком. Нас так странно разлучила смерть.
— Удалось? — спросила я.
— Да, — сказала Урара с легкой улыбкой. — На самом деле, с вероятностью один раз в сто лет случайности накладываются одна на другую, и происходит подобное. Ни место, ни время не определены. Те, кто знает об этом, называют его явлением Танабата. Оно происходит только там, где есть большая река. Некоторые не видят ничего. В тот момент, когда оставшаяся сила мысли умершего человека и горе живого попадают во взаимодействие, может явиться такое видение. Я тоже увидела в первый раз… Тебе повезло.
— Раз в сто лет… — Я задумалась о такой чудовищно низкой вероятности.
— Приехав сюда, я пошла осматривать место и увидела тебя. Звериным чутьем я поняла, что ты потеряла кого-то. Потому и позвала тебя, — улыбнулась Урара. Утренние лучи пробивались сквозь ее волосы, она стояла неподвижно, как тихая статуя.
Кто она такая на самом деле? Откуда пришла? Куда идет? И кого увидела на том берегу реки? Я не могла спросить ее об этом.
— И расставание, и смерть мучительны. Но на такую любовь, о которой женщина не думает, как о последней, не стоит даже время тратить, — пробормотала Урара, жуя пончик, как будто говорила о какой-то ерунде. — Поэтому я рада, что сегодня смогла попрощаться по-настоящему. — У нее были очень грустные глаза.
— Да, я тоже, — сказала я. Урара ласково прищурилась на солнце.
Машущий рукой Хитоси. От этой картины больно — точно свет проникает в душу. Рада ли я? Честно говоря, пока я не могла понять. Сейчас, в ярких солнечных лучах отголоски все еще вызывали боль в моем сердце. Такая печаль, что не могу дышать.
Но все же… все же, глядя на улыбающуюся напротив Урара, вдыхая запах некрепкого кофе, я ясно ощущала, что подошла очень близко к «чему-то». Окно стучало от ветра. Всё это непременно исчезнет, так же как Хитоси во время прощания — сколько ни вглядывайся, распахнув душу. Это «что-то» ярко сверкало, как солнце во мраке, с бешеной скоростью я неслась к нему. Подобно гимну, на меня снисходило благословение, я молила:
«Хочу стать сильнее».
— Ты опять отправишься в путь? — спросила я, когда мы вышли из кафе.
— Да, — улыбнулась она и взяла меня за руку. — Давай как-нибудь еще встретимся. Телефон я твой никогда не забуду.
И она ушла, смешавшись с толпой утренних улиц. Провожая ее взглядом, я думала:
Я тоже не забуду. Ту, которая дала мне так много.
— Я недавно всё увидел, — сказал Хиираги.
Я пришла в школу в обеденный перерыв, чтобы передать запоздалый подарок на день рожденья. Я ждала Хиираги на скамейке на спортплощадке, глядя на бегающих школьников. Он подбежал ко мне — на нем не было девчачьей формы, и это удивило меня. Он сел рядом и произнес эту фразу.
— Что ты увидел? — спросила я.
— Юмико, — ответил он. Я похолодела. Перед глазами, поднимая облачка пыли, опять пронеслись бегуны в белых тренировочных костюмах.
— Кажется, это было позапрошлым утром, — продолжал он. — Может, мне это и приснилось. Я задремал, вдруг открылась дверь, и вошла Юмико. Она вошла так обычно, что я забыл, что она умерла. Я спросил: Юмико? Ш-ш-ш, — она приложила палец к губам и улыбнулась… Да, всё-таки похоже на сон. Потом она открыла шкаф в моей комнате, аккуратно достала школьную форму-матроску и ушла, прижимая ее к себе. Прошептала: Бай-бай, — улыбнулась и помахала рукой. Я не знал, что мне делать, и опять уснул. Всё-таки сон, наверное. Но формы нет. Я везде искал. Я невзначай расплакался.
— Да-а… — произнесла я. Может быть, в тот день, в то утро это произошло не только на реке. Урара уже не было, объяснить было некому. Но он сохранял невозмутимость, и я подумала, может быть, он — необыкновенный человек. Может быть, ему удалось притянуть к себе то, что случается только в том месте.
— Как ты думаешь, я, наверное, ненормальный? — спросил Хиираги, дурачась.
Вторая половина весеннего дня, светило мягкое солнце, ветер доносил шум из школы, где был обеденный перерыв.
Протягивая пластинку в подарок, я сказала, смеясь:
— Хороший денек для пробежек.
Хиираги тоже засмеялся. Мы долго хохотали в лучах солнечного света.
Я хочу стать счастливой. Душу очаровывают не страдания от долгого мытья золота на речном берегу, а горстка золотого песка в руке. А еще хорошо бы, чтобы все люди, которых я люблю, стали счастливее, чем теперь.
Хитоси.
Я больше не могу быть здесь. Шаг за шагом я двигаюсь вперед. Это течение времени, которое невозможно остановить, с ним ничего не поделаешь. Я буду идти.
Один караван завершает свой путь, и начинается следующий. Есть люди, с которыми еще встретишься. Есть люди, которых больше не встретишь никогда. Люди, которые однажды уходят. Люди, которые просто проходят мимо. Я обмениваюсь с ними приветствиями, и чувствую, как постепенно становлюсь чище и прозрачнее. Нужно жить, всматриваясь в текущую реку.
Я только от всего сердца желаю тебе, чтобы мой образ той маленькой девочки был всегда рядом с тобой.
Спасибо, что помахал мне рукой. Спасибо тебе за то, что ты так долго махал мне рукой.

1 2 3 4 5