ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

..
«Ночной ястреб» капитана Джесса Коннора стал девятым самолетом, сбитым за время операции «Решительная сила».
* * *
Обе «GBU 10», стартовавшие с «F 117A» на высоте чуть больше пяти тысяч ярдов, потеряли связь с лазерной системой наведения самолета через 2,8 секунды после того, как сбросили антирадарные кожухи. За это время реактивные снаряды пролетели всего тысячу двести футов.
Управляемая ракета, оснащенная схемой наведения номер 66935792, снизилась по простой математической кривой и взорвалась на краю свекольного поля, разрушив около ста метров забора и полностью уничтожив одетое в лохмотья чучело. Случайными жертвами лишенного управления снаряда стоимостью в миллион долларов стали пара ворон, сидевших неподалеку на ветке ясеня.
«GBU 10» с дефектным блоком номер 66930134 повела себя иначе.
Спустя четыре секунды после включения собственного двигателя мини компьютер, отвечающий за ориентацию по координатной сетке, дал команду в электронные цепи стабилизаторов горизонтального полета, и ракета по крутой дуге изменила курс на 147 градусов.
Анализатор системы наведения — микрочип производства фирмы «Хьюлетт Паккард», обошедшийся Пентагону (а вернее, американским налогоплательщикам) в 8481 доллар, — лихорадочно искал исчезнувшую цель, прогоняя через себя сотни миллионов «нулей» и «единиц». Через 9 секунд электронный блок «полетел» от перегрузки и невыполнимости задачи, и управляющий компьютер переключил инфракрасные детекторы боеголовки на резервную схему, которая наводила ракету на объекты с большим содержанием металла.
«GBU 10» пролетела за это время восемь с половиной миль.
На двадцать второй секунде полета боеголовка зацепила новую цель на расстоянии три тысячи семьсот ярдов.
Реактивный снаряд, как это и было предусмотрено его создателями, резко снизился до высоты сто футов, пронесся над грунтовой дорогой и ударил в головной трактор маленького каравана албанских беженцев.
Хашим спал в третьей от начала повозке. Ему снились дед, который сидел за столом в их дворике, и Владислав, пришедший в гости. Сон был яркий, цветной и добрый. Мальчик улыбался, устроившись на узлах с одеждой между своими новыми друзьями — Магомедом и Исой. Всех троих накрывало одно общее лоскутное одеяло; подросткам было тепло и уютно.
540 килограммов октола, которым была начинена боеголовка американской ракеты, взорвались в пятнадцати метрах от них.
Ни Хашим, ни Магомет, ни Иса не успели ничего почувствовать — страшная ударная волна прошла по телам людей и металлу сельской техники со скоростью 700 метров в секунду, размалывая в порошок все на своем пути. Пятьдесят три албанских беженца погибли за полсекунды от оружия, призванного защитить их от этнической катастрофы.
Вслед за ударной волной налетел фронт жара, испепеливший до костей останки людей и превративший обломки тракторов и повозок в бесформенные, перекрученные куски оплавленной жести. Солярка и все, что могло гореть, вспыхнуло; чадное пламя поднялось над пятидесятиметровым участком дороги.
Наутро на уничтоженный караван наткнулся механизированный патруль мотострелкового полка югославской армии. Его то и сфотографировал американский спутник, прошедший над этим районом в 07.11 на высоте всего 280 километров.
Очередное зверство сербов было задокументировано.
* * *
Коннор приземлился удачно, на мягкий и почти пологий склон холма. Он пролетел над частоколом деревьев, спружинил ногами и тут же погасил купол парашюта.
Белый шелк ярким пятном выделялся на фоне темной травы. Джесс свернул ткань и комом запихал ее под ближайший куст. Потом огляделся и, пригибаясь, двинулся в лес, стремясь побыстрее уйти с места посадки.
Он никогда не думал, что ему может быть так страшно. Джесс трясся от ужаса, когда пробирался между деревьев, холодел от каждого шороха. Мысли путались. Американец то лихорадочно вспоминал, есть ли на Балканах крупные хищники, и хватался за пистолет, то прощался с женой, то пытался взять себя в руки и найти возвышенность, с которой можно подать сигнал бедствия, включив миниатюрный экстренный радиомаячок.
Ему было наплевать на свой самолет, грудой железа и углепластика валяющийся между Рашкой и Нови Пазаром, на премиальные за каждый боевой вылет, на медали, обещанные всем по окончании «усмирения» Милошевича, на албанцев и сербов, вообще на все.
Оставалось одно желание — выжить.
Коннор забрался поглубже в лес и перевел дух. С момента воздушного боя прошло два часа. Но нигде не было слышно лая поисковых собак, не мелькали между деревьев лучи фонарей сербского спецназа, не шли цепи автоматчиков на прочесывание местности. Лес стоял молчаливый и угрюмый.
Кудесник не решился выходить на открытое пространство и искать возвышенность. Он просто достал прямоугольную коробочку передатчика и нажал единственную кнопку.
Мощный сигнал был принят спутником связи Агентства Национальной Безопасности США спустя 0, 00067 секунды. Местонахождение летчика было установлено, и маховик военной машины по спасению выжившего пилота начал стремительно раскручиваться.
Джесс миновал небольшой холмик, прошел вдоль густых зарослей сирени и принялся искать место, где можно было бы пересидеть световой день. Когда он выбрался на старую просеку и перешагнул первый поваленный в незапамятные времена сосновый ствол, в пяти метрах от него из за толстого дерева выступила фигура с автоматом наперевес. Ствол недвусмысленно смотрел американцу в живот.
— Хендэ хох, Бэтмен...! — хорошо поставленным голосом штандартенфюрера СС рявкнул незнакомец.
Коннор мгновенно вскинул руки.
Следует отметить, что четвертым словом в сказанной посреди ночного леса фразе, которое Кудесник не понял, было прилагательное «вонючий», произнесенное по русски.
Глава 13
Только в полете живут самолеты...
Если находишься на возвышенности глубокой ночью, то любое движение светового пятна, огонек или тем паче вспышку взрыва заметишь с расстояния в десятки километров. О воздушном бое и говорить нечего — все как на ладони, будто сидишь в ложе огромного театра под открытым небом.
Рев работающего на форсаже двигателя «МиГ 29» заставил Владислава отвлечься от разглядывания далекого костерка и развернуться на 180 градусов. Остальное произошло мгновенно — застрекотала авиапушка, небо исчертили трассеры снарядов, мелькнул и погас язык пламени, вырвавшийся из сопла другого самолета, и в финале шаровой молнией рванула боеголовка зенитной ракеты.
Рокотов успел один раз вздохнуть, как все закончилось.
Спустя минуту две из за скалистого хребта вынесло белый кружочек с болтающимся под ним продолговатым предметом, весьма напоминающим человека.
Куда делся сбитый самолет, Влад не понял — ничего не упало, не взорвалось.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84