ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Церковь большевики превратили в склад, предварительно скинув колокола и сбив лики святых со стен. Но дом отца Алексея сохранился таким, каким он его запомнил. В нем поселили многодетную семью, но сейчас они вынуждены были перебраться в сарай, так как дом облюбовал себе под жилье командир подразделения, остановившегося в селе на постой.
Когда Эрих увидел чумазые мордашки детей, с любопытством выглядывавшие на него из дверного проема сарая, их мать с натруженными руками, чей муж наверняка воевал в Красной Армии, в его сердце что-то дрогнуло. Капитан никак не хотел возвращать дом его истинным владельцем, и ему пришлось прочистить этому вояке мозги. Долго, наверное, удивлялась эта женщина, когда грубый и надменный немец вежливо попросил ее вернуться на свое прежнее место…
На следующую ночь ему приснился отец Алексей. Приемный отец укоризненно посмотрел на него и покачал головой, словно осуждая. И Эрих знал, за что. Бог учил прощать людям их прегрешения, но разве мог он простить бедняге, болтавшемуся на виселице, смерть близкого ему человека?.. Наверное, мог. Но не хотел. И дело было не только в том, что этот человек послужил причиной гибели приемных отца и матери. Он был коммунистом, а Эрих лютой ненавистью ненавидел таких людей, считая, что они несут Зло. Они отняли у него не только приемных отца и мать. В тридцать седьмом году расстреляли, как врага народа и Сергея Ивановича Теленина, занимавшего в то время крупный пост в штабе Московского округа. Комбригу припомнили все: и брата, «пособника кулаков», и общение с немецкими военными в конце двадцатых — начале тридцатых годов. В обвинительном акте значилось — шпионаж в пользу Германии. Но пострадал не только Сергей Иванович. Его семья тоже была арестована и сослана в лагеря.
Это ему рассказал родной отец, перед войной работавший помощником военного атташе Германии при посольстве в Москве. Они с Телениным в свое время довольно-таки тесно контактировали, и, прибыв в Москву с совсем не дипломатической миссией, Рудольф фон Шредер решил восстановить старые связи. Но к тому времени комбриг Теленин был давно уже мертв…
Эрих всегда интересовался тем, что происходило и происходит в Советском Союзе. Он регулярно просматривал прессу, по долгу службы беседовал с эмигрантами. То, что ему рассказывали эти люди, ужасало его. Большевизм представлялся ему этаким сосредоточием Зла, которое не имело права на жизнь. К сожалению, он начисто забыл о том, что у медали всегда две стороны. Он судил по тому, что ему рассказывали люди, которые покинули Советский Союз не из-за хорошей жизни. Тому, что узнал, он не мог противопоставить ничего хорошего, кроме мощного экономического роста в стране. Но и это Эрих считал лишь следствием существования той страшной машины управления людьми, созданной большевиками.
Первые сомнения в правильности его взглядов возникли с началом войны. До войны Эриху казалось, что едва немецкие войска войдут на территорию Советского Союза, как тоталитарный режим Сталина рухнет. Он думал, что люди с радостью начнут сдавать ненавистных им комиссаров и партийных функционеров, города и села, будут приветствовать их, как долгожданных освободителей. И так думал не он один. Однако все вышло по-другому…
Упорное, фанатичное сопротивление советского народа и поражение под Москвой заставили его задуматься. Проанализировав свои начавшие уже блекнуть под грузом времени детские впечатления от жизни среди русских, он понял, что их поход на Восток был воспринят этими людьми совсем не как освободительный, а как захватнический. Впоследствии, общаясь с военнопленными в концлагерях, до него окончательно дошло, что советский народ действительно верил в правильность того, что делал их вождь и его окружение. Это настолько поразило его, что Эрих долго не мог придти в себя от этого открытия. И тогда он понял, что эту войну Германии не выиграть.
Нет, конечно же, не все поголовно поддерживали власть большевиков. Находились и откровенные враги, надеявшиеся на штыках немецкой армии установить свой строй. Это были люди, в основном, из «бывших», а также разнообразные националисты, уголовники и просто жаждущие власти подонки, которые при Советской власти не могли реализовать себя. Но таких было очень мало по сравнению со всем населением страны, и сделать что-либо серьезное они не могли. Они могли оказать хорошую услугу, как разведчики и диверсанты. Они могли вести разлагающие умы разговоры, пытаясь раскачать устои советского общества, и даже привлечь на свою сторону немногочисленных сторонников, в основном, таких же, как они сами. Но эти люди были всего лишь ступенькой к достижению намеченной цели, и ничем более.
Эрих был реалистом и не питал иллюзий по поводу захвата Германией Советского Союза. Он хорошо помнил слова фюрера о расширении жизненного пространства на восток для арийской расы. Сам по себе он не был националистом, но идею похода против Советского Союза поддерживал полностью и безоговорочно, считая, что только они могут уничтожить сталинский режим. Правда, в отличие от многих военных и политических деятелей Третьего рейха, считал, что справиться с такой большой страной будет не так уж и легко. Советский Союз обладал огромным военным и экономическим потенциалом. Конечно, массовые чистки ослабили Красную Армию, и в первые месяцы войны могло показаться, что были правы те, кто рассчитывал покончить с русскими за летнюю кампанию. Но он-то прекрасно знал, что сделать быстро это не получится. И оказался прав…
Следующий удар по его надеждам нанесла встреча с фюрером. Вождь немецкой нации тогда вручил ему Рыцарский Крест за проведение одной успешной операции. Впервые Эрих видел Гитлера так близко от себя. И фюрер не произвел на него должного впечатления. Еще больше его удивляла реакция на Гитлера тех, кто находился в этот момент рядом. Их лица пылали фанатизмом, они громко кричали «Хайль Гитлер!» и «Зиг Хайль!». Впрочем, надо было отдать должное Гитлеру: толпу он умел заражать своей истерией. К тому же большинство немцев все еще верили ему, даже после поражений под Москвой и Сталинградом. Ох уж эта немецкая нация! Практичные, аккуратные, глубоко цивилизованные люди, они всегда верили в то, что их раса превосходит другие. Гитлер всего лишь воспользовался этим, и весьма умело…
Именно в тот момент, когда фюрер пожимал его руку, вручая награду, у него впервые возникло предчувствие, что этот человек очень плохо кончит, а вместе с ним — и вся нация. Но всю катастрофичность положения Эрих понял лишь тогда, когда после выписки попал в школу абвера. По долгу службы ему пришлось ездить в концлагеря, в которых он отбирал для школы будущих диверсантов и разведчиков из числа советских военнопленных в рамках операции «Цеппелин».
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61