ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Не успел он подойти к ней, как дверь открылась. Молодой человек лет двадцати встал в дверном проеме, 4муро глядя на Мёрфи.
— Дядя Джон, вы десять секунд не можете без сигареты? — сердито спросил он.
— Харли, не будь занудой. У меня был тяжелый день. Где пепельница?
— Я вымыл ее и поставил у бассейна. Вся квартира провоняла табаком.
Мёрфи вернулся к бассейну и плюхнулся на стул возле мальчиков. Он стряхнул пепел в большую, как чаша, пепельницу и продолжал курить.
— Вы, ребятки, надеюсь, не устраиваете своим родителям таких головомоек? — обратился он к мальчикам.
— Мои родители не курят, — сказал Пит. Мёрфи фыркнул.
— Мне, в общем, тоже не стоило бы, — произнес он. — Но я по крайней мере курю осторожно. Дырок не прожигаю в скатерти. У меня в конторе еще одна точно такая же пепельница. Даже если я забуду про сигарету и она догорит до конца, все никуда не упадет.
Он аккуратно загасил окурок, встал и ушел с пепельницей в квартиру.
Когда Мёрфи ушел, Пит бросил взгляд на квартиру, занимаемую Сонни Элмквистом.
— Интересно, дома ли Элмквист, — сказал он. Шторы на окнах опущены. Что, если позвонить в дверь и…
— Погоди! — Юпитер Джонс выпрямился на стуле.
Во двор вышла миссис Бортц. Она терла руки бумажной салфеткой.
— Дети без взрослых к бассейну не допускаются! — заверещала она.
Юпитер не снизошел до ответа. Он просто встал и направился к ней.
— Миссис Бортц, можно увидеть ваши руки? — спросил он.
— Что?
— Ваши руки, миссис Бортц! — Голос Юпитера звучал громко и повелительно.
Наверху открылась дверь, на балкон вышел мистер Прентайс.
— На ваших руках черные пятна! — заявил Юпитер.
Фентон Прентайс начал спускаться вниз.
— Ну… А, ну да… — сказала миссис Бортц. — Я, наверное, испачкалась чем-то на кухне.
— Вы были в квартире мистера Прентайса, — сурово сказал Юпитер. — Вы открыли его письменный стол, просмотрели его почту и даже заглянули в шкафчик с лекарствами. Вы и есть шпионка!
Глава 6. ТАЙНА МАНДАЛЫ
Наверное, впервые в жизни миссис Бортц лишилась дара речи. Она стояла, глядя на Юпитера и краснея все больше и больше.
— Руки оттирать бесполезно, — сказал Юп. — Пятна не сойдут.
Позади мальчиков возник мистер Прентайс.
— Я хотел бы сказать вам несколько слов, миссис Бортц.
Звук его голоса, казалось, привел консьержку в чувство. Она повернулась к Прентайсу и прошипела:
— Вы знаете, как назвали меня эти отвратительные мальчишки?
— Знаю. Они совершенно правы! — ответил Прентайс. — Однако не стоит посвящать в это весь дом. — Он шагнул к квартире консьержки. — Давайте обсудим это с глазу на глаз.
— Я… я занята, — запротестовала женщина. — Я… У меня, вы ведь знаете, работы по горло.
— Конечно, по горло, миссис Бортц, — согласился мистер Прентайс. — Что вы сейчас собираетесь делать? Ревизовать мусорные баки? Проникнуть еще в чью-нибудь квартиру? Пойдемте, миссис Бортц. Мы зайдем к вам и потолкуем. Или вы хотите, чтобы я пригласил своего адвоката?
Миссис Бортц поперхнулась и поплелась к своей двери.
Мистер Прентайс улыбнулся Трем Сыщикам.
— Думаю, теперь я справлюсь сам, — сказал он им. — Но я был бы рад, если бы вы меня подождали — Он прошел за миссис Бортц в ее квартиру и закрыл за собой дверь.
Юп, Пит и Боб, оставшиеся во дворе, несколько минут молчали. Им слышен был голос миссис Бортц, высокий и сердитый, но что именно она говорит, разобрать они не могли. Время от времени она умолкала, и тогда мальчики могли представить себе мистера Прентайса, который говорил тихо, но веско — и, скорее всего, угрожающе.
— Славный старикан, — заметил Пит. — Но, держу пари, он будет ох как крут с любым, кто наступит ему на мозоль.
Щелкнув, открылась дверь за бассейном, и наружу, щурясь от солнечного света, вышел Сонни Элмквист. Он был в потрепанных джинсах, рубашке, на которой не хватало нескольких пуговиц, и босиком. Он зевнул.
— Доброе утро, — сказал Юпитер.
Элмквист моргнул и протер глаза. Мальчики заметили, что он еще не умывался и не причесывался.
— Х-м-м, — промычал он. Нетвердо ставя заплетающиеся ноги, он двинулся от своей открытой двери к бассейну. Казалось, он никак не может решить, присесть ли на стул рядом с мальчиками или просто постоять, глазея „на бассейн.
В итоге он не сделал ни того, ни другого. Он сел на каменные плиты двора, скрестив ноги и положив переплетенные ступни на колени. Юпитер узнал позу: это была поза лотоса, которую так любят поклонники йоги.
— Доброе утро, — снова сказал Юпитер.
Молодой человек повернул к Юпу бледное лицо и секунду пристально смотрел на него. Цвет его глаз трудно было бы определить. Белки были красными, как будто он не выспался.
— Разве еще утро? — спросил он. Юпитер поглядел на часы:
— Вообще-то нет. Уже второй час. Сонни Элмквист опять зевнул.
— Мистер Прентайс рассказывал, вы работаете в круглосуточном супермаркете близ Вермонта, — сказал Юп.
Элмквист улыбнулся и немного оживился.
— С полуночи до утра, — ответил он. — Смена неудобная, но зато платят больше. А днем можно учиться.
— Вы ходите в школу? — спросил Юпитер.
Сонни Элмквист лишь отмахнулся, словно давая понять, что ходить в школу — бесполезная трата времени.
— С этим я давно покончил, — доверительно сообщил он. — Мой старик хотел, чтоб я поступил в колледж и стал дантистом, вроде него. А я этого не перевариваю. Стоять на ногах целый день, ковыряться в чужих зубах, наживать себе болезнь позвоночника… И чего ради? Нет, все это — чистый бред.
— Бред? — переспросил Пит.
— Да. Все — бред. Весь мир. А мы — компания спящих, видящих дурной сон. Что до меня, то я намерен проснуться!
— Чему же вы учитесь? — спросил Юп.
— Медитации, — сказал Элмквист. — Это единственный путь, чтобы достичь Вершины Самопознания. — Он расплел ноги и встал, явно довольный, что нашел слушателей.
— Я коплю деньги, — продолжал он. — Хочу отправиться в Индию и найти себе гуру. Лучшие учителя — там. Вот я и работаю ночами, чтобы накопить поскорее. Мне осталось совсем немного. В Индии я останусь на три или четыре года или сколько потребуется, чтобы узнать… узнать все. О не науки или другие бесполезные вещи. Я хочу узнать, как ничего не хотеть. Вот единственная дельная вещь. Вы не думаете?
— Ну… — с сомнением протянул Боб. — Да, может быть… если вы ничего не хотите… или у вас есть все, чего хочется…
— Нет, нет. Вы не понимаете! — воскликнул Элмквист.
— Я, например, не уверен, что хочу понять, — пробормотал Пит.
— Но это же очень просто! Страсти, вожделение, желание владеть чем-то — вот с чего начинаются все наши тревоги. Вон старый Прентайс: он ничем не занят, но все время беспокоится за свою коллекцию. В следующей жизни он будет, наверное… вьючным верблюдом.
— Полегче! — воскликнул Пит. — Он славный старик.
Сонни Элмквист покачал головой:
— Я не имею в виду, что он мог бы обокрасть или ударить кого-то, чтобы заполучить вещи. Но он все время печется о них и все время хочет больше и больше. Он никогда не поймет, что это всего лишь погоня за призраком. Вы знаете, у него есть мандала, а он даже не знает, как ею пользоваться. Он просто повесил ее на стену, как простую картину.
— Что такое мандала? — спросил Пит.
Элмквист метнулся к себе в квартиру и через минуту вернулся с маленькой книжечкой.
Мне так хотелось бы иметь хоть одну, — страстно сказал он. — Это что-то вроде диаграммы космоса. Если вы медитируете над ней, то все иллюзорные вещи исчезают и вы остаетесь один на один с мирозданием.
Он открыл книгу и показал цветной рисунок: накладывающиеся друг на друга треугольники, охваченные окружностью, которая, в свою очередь, вписана в квадрат.
— Не помню, чтобы что-либо подобное было в квартире мистера Прентайса, — сказал Пит.
— У него есть мандала посложнее, — объяснил Элмквист. — Она с Тибета и изображает некоторых старых божеств, которым там поклонялись.
Элмквист закрыл книжечку.
— Когда-нибудь я обзаведусь собственной мандалой, — заявил он. — Гуру ее для меня составит. А пока я просто пользуюсь телевизором.
— Чем? — не понял Боб.
— Телевизором, — повторил Элмквист. — Он помогает мне отключиться. Когда я прихожу домой, после того как всю ночь пробивал чеки, потом сверял их по кассе, я буквально закрыт для всего. Тогда я включаю телевизор, но без звука, понимаете? И сосредоточенно смотрю в одну точку в центре экрана или, может, в углу. Я стараюсь не замечать, что там происходит — просто смотрю на цветовые узоры. Очень скоро я оказываюсь далеко от супермаркета, далеко от всего. Даже от дома…
— Вы просто засыпаете, — догадался Боб. Элмквист слегка смутился.
— С этим… с этим действительно что-то не так, — сознался он. — Порой я достигаю такой степени отключения, что засыпаю и вижу сны, только…
Он остановился. Мистер Прентайс вышел от миссис Бортц и стоял на лестнице, глядя на Трех Сыщиков.
— Извините, — сказал Юпитер Элмквисту. — Нам надо идти.
— Заглядывайте ко мне почаще, — охотно откликнулся Элмквист. — Только не в то время, когда я занимаюсь медитацией. Я охотно расскажу вам побольше о мандале и о… путешествии, которое собираюсь совершить.
Мальчики поблагодарили его и пошли к Прентайсу.
Когда они оказались в квартире Прентайса, старый джентльмен сел в одно из своих больших низких кресел.
— У миссис Бортц был ключ от вашей квартиры, верно? — спросил Юп.
— Да, был, — согласился Прентайс. — Вы были правы, когда сразу сказали, что должен существовать второй ключ. Дрянная баба! В моем арендном договоре есть специальный пункт, оговаривающий, что консьержка никогда не будет заходить ко мне в квартиру. Придется связаться с компанией «Мартин», которой принадлежит это здание.
— Как она достала ключ? — спросил Боб.
— Очень просто. Когда я два месяца назад был в Европе, она позвонила слесарю, который часто выполняет для нее такую работу. Ему в голову не пришло сомневаться, есть ли у нее такое право. Она сказала ему, что должна зайти в квартиру проверить, не тенет ли труба, а ключ потеряла. Слесарь вынул замок, изготовил ключ и поставил замок на место.
Какая любознательная женщина, — сказал Юпитер.
— Она любопытна до маниакальности, — согласился Фентон Прентайс. — Что ж, вот ответ на загадку, кто рылся в моем столе и совал нос в мои бумаги. Разумеется, ключ я у нее отобрал. И я чрезвычайно благодарен вам, молодые люди! — Застенчиво улыбнувшись, он добавил: — Вы знаете, для меня истинное облегчение узнать, что незваным гостем была всего лишь миссис Бортц. Я имею в виду: всего лишь человек из плоти и крови. Наверное, тень мне попросту померещилась… Чушь какая-то… Видимо, я немного свихнулся, когда заметил, что кто-то бывает у меня дома. Это бредни миссис О'Рейли насчет привидений так на меня подействовали. — Он долго качал головой, как бы удивляясь собственной глупости.
Юпитер сидел, закусив нижнюю губу — признак того, что он напряженно думает, — и пристально глядя на старого джентльмена. Наконец он улыбнулся и сказал:
— Что ж, тогда все о'кей. Мы счастливы были помочь вам. — Он поднялся, собираясь идти. — Кстати, мистер Прентайс, у вас случайно нет мандалы?
— Да, есть. А что? Хотите взглянуть?
Юпитер кивнул, и Прентайс, проведя их в кабинет, указал на висевшее на стене замысловатое, ярких цветов изображение в рамке. Там можно было различить круг, украшенный орнаментом в виде завитков и замкнутый в квадрат. В четырех углах картины — какие-то восточные божества или демоны. Круг составлен был из частично перекрывающих друг друга треугольников, в которые были вписаны круги поменьше, а в этих кругах помещались крохотные фигурки каких-то существ.
— Когда-то это принадлежало одному молодому художнику, который в свое время путешествовал по Тибету, — объяснял Прентайс. — Мандала была сделана специально для него. Бы это давно. Он много лет назад умер, а я приобрел мандалу после его смерти. Я всегда восхищался ею как художественным произведением, хотя о восточных религиях знаю мало.
— Сонни Элмквист бывал когда-нибудь в вашей квартире? — спросил Юпитер Джонс.
— Разумеется, нет, — ответил Прентайс.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16