ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Моего Вайса, толстяка с засаленным меховым воротником, любителя широких жестов.
Не нашел я ничего, лишь следы жалкого, пустого существования. Между этой комнатой и Нортчестером лежало всего пятьдесят километров, но, несмотря на это, трудно было представить себе, что и здесь, и там, жили особи того же самого вида.
Я услышал, как открылась дверь. Я взглянул и увидел входящего мужчину. Мужчину в сером, рослого и стройного, который прислонился к косяку двери.
- Хэлло, Форчун!
На нем было серое кашемировое пальто и серебристо-серые перчатки, а серые брюки с отутюженными складками спускались на блестящие черные туфли. Его серая шляпа сидела немного набекрень, а на моложавом лице проступали черты недоверия, которое он никак не мог скрыть. Из этого оставалось сделать только один вывод - это был человек, который жил своим умом и своей хитростью, для которого одежда, удовольствия и лучшие рестораны были не придачей к жизни, а самой жизнью. Одним словом-мошенник.
- Отчего вы так зарываетесь, Форчун?
- Искать Вайса означает зарываться?
- Спешить, я бы сказал.
- Вы Пол Барон?
У него была странная привычка пристально смотреть в одну точку на дальней стене. Он посмотрел туда и кивнул.
- Я Пол Барон. А вы на моем пути, Форчун.
- Этого достаточно, чтобы толкнуть под поезд?
Взгляд Барона переместился к потолку.
- Это безумие, согласен. Внезапный порыв. Вы наверняка знаете, как это бывает. Мгновенное движение души. . .
- К чему этот вздор? - спросил я и сделал несколько шагов к нему. Хотите заткнуть рот Сэмми, пока он не повесил на вас убийство Редфорда?
Думаю, я пошел на него, чтобы показать, что не испытываю страха. Если это было причиной, то получилось отлично, только не с тем результатом, которого я ожидал.
Барон бросил:
- Лео!
И в дверном проеме появился Лео. Коренастый широкоплечий здоровяк с огромными свисающими руками и крестцом как у буйвола. Он ввалился в комнату на коротких, прямых ногах, которые, казалось, были без коленей, и уставился на меня сосредоточенно, без выражения. Барон между тем заинтересовался каким-то пятном на противоположной стене.
- Теперь слушайте меня внимательно, Дэнни-бой, и сразу же опять забудьте то, что услышали. Один человек был должен мне деньги. Я очень уживчивый человек, но люблю получать то, что принадлежит мне. Этот человек не мог уплатить, но у него был дядя, который уплатить мог. Я послал Сэмми Вайса получить деньги. Вайс мои деньги получил, но я - нет. Я все ещё их не получил. Но очень хочу получить.
Барон умолк, как бы давая время утвердиться его мысли в моем сознании. Я же слышал лишь шумное дыхание буйвола Лео.
Я сказал:
- Знаете, это смешно, но мне трудно поверить, что у Вайса хватило нервов пытаться вас обмануть.
Барон вздохнул.
- Попробуем ещё раз, о'кей? Я послал Вайса получить мои деньги. Полагаю, что-то вышло не так, Сэмми испугался и убил Редфорда. Что мне совершенно безразлично. Но, видимо, Сэмми посчитал, что ему лучше всего скрыться с двадцатью пятью тысячами долларов. Это мне не безразлично. Что касается меня, вы можете спокойно защищать Вайса от обвинения в убийстве, но только когда я получу свои деньги. А в данный момент мне необходимо его выследить. Ясно?
- деньги эти служат частью доказательства в деле об убийстве, Барон.
- Верно. Потому я и хочу получить их прежде, чем кто-нибудь найдет Вайса. Я как раз делаю Сэмми одолжение-денег они при нем не найдут.
- Вы уверены, что деньги сейчас у него?
Он впервые посмотрел прямо на меня. Его глаза были такими же серыми, как и все остальное. Глаза варвара под внешним лоском.
- У вас слабая голова, Форчун. Упрямая слабая голова. Лео!
Прежде, чем я вообще мог о чем-то подумать, буйвол атаковал. Он оказался у меня за спиной, захватив одной рукой мою единственную руку, а другой зажав меня за шею. Шея у меня отнюдь не тонкая, но рука Лео держала её, как рукоятку трости.
Барон подошел поближе, доставая из кармана шприц для инъекций. Лео держал меня, как в смирительной рубашке. И брал Лео не только силой мускулов. Он держал меня так, что при малейшем движении моя рука, или даже шея, были бы сломаны.
Я смотрел на шприц и спрашивал себя, не пришел ли мой последний час. А последнего часа я не хотел. Ни теперь, ни когда нибудь. Но я ничего не мог поделать. У меня не было никаких шансов.
- Расслабься, Дэнни-бой, - сказал Барон.
Он закатал мой рукав и ввел иглу мне в вену. Ухмыльнулся в лицо и помассировал мою руку. Я ждал. Хватка Лео не ослабевала. Через некоторое время я почувствовал, как навалилась усталость. Я надеялся, что это была усталость.
Когда мои колени подогнулись, Лео поднял меня и положил на кровать. Я приподнялся и ударил по тени. Но ударил в воздух. Что-то швырнуло меня плашмя обратно на кровать. Лео стоял прямо надо мной. Потом отвесил мне оплеуху и ушел. Он не вымолвил ни слова. Возможно, не знал, как это делается.
Я надеялся, что это был сон.
Я лежал в тусклом свете на чем-то плоском. Высоко вверху, на серой стене я увидел окно. За окном было темно. За окном с решеткой. Я обнаружил умывальник и клозет. И только три стены. Четвертая состояла из вертикальных железных прутьев.
Я сел. Я встал. Мои ноги подкашивались. Мне очень хотелось знать, чем Барон меня накачал. Похоже, что это был морфий. Я не хотел думать о том, почему это должен быть морфий. Я снова сел, чтобы дать отдохнуть ногам и прояснить голову. Камера выглядела как в полицейском участке. Мне хотелось курить. У меня ничего не было. Люди в других камерах услышали, как я ворочаюсь.
- Эй, наркоман, мы тебя повесим.
За свою жизнь я привык расхаживать взад-вперед. Но пока я сопротивлялся. Ни при каких обстоятельствах не следует начинать метаться по камере. Каждая минута тогда покажется часом. Вместо этого нужно лечь и о чем-нибудь думать, думать со всеми мельчайшими подробностями, например, о пешей прогулке через город, шаг за шагом.
- Эй, дерьмо, наркоман, ты слышишь?
Каждый человек должен что-то или кого-то ненавидеть. Но обращение лишь доказывало, что меня нашли в постели Вайса со шприцем и всеми причиндалами. В одной из камер мужчина начал насвистывать, пронзительно и фальшиво.
- Заткни глотку! . . Прекрати, черт побери!
Где-то кто-то начал плакать. Я задал себе вопрос, насколько глубоко подставил меня Барон. Не убил меня он только потому, что слишком велик был риск. Столкнуть под поезд - это одно дело, а убийство в доме, где Барона знали, - совсем другое.
Свистун не замолкал. Участковый детектив Фридман оказался у двери моей камеры прежде, чем я услышал его приближение.
- Теперь это всерьез, Форчун.
- Я не наркоман. И вы это знаете. Меня подставили.
- Мы нашли вас с комплектом принадлежностей, и накачанным морфием по уши. Этого нам достаточно.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48