ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Возможно, Брота задержит свой корабль в Касре, побоявшись потерять Тану.
Дневной свет все еще падал в иллюминатор, значит, он спал не долго. Жизнь проста в Мире – никаких телевизоров или кондиционеров, мебели, никаких книг и журналов. Все, что у них было в каюте, – это постель, одеяла и маленький сундучок с одеждой. Маленькая постелька Викси в углу.., немного самых необходимых вещей.
И она была рядом. Джия сидела скрестив ноги, глядя на него, дожидаясь его с бесконечным рабским терпением, – гладкая смуглая кожа, и две черные лямки через плечи, темные зовущие глаза, темные, уже отросшие волосы. Улыбка ее, наполненная покоем, говорила о таком, что не выразишь словами.
– Что мне теперь делать? – спросил он. Одним грациозным движением она вспорхнула, словно птичка, и легла рядом с ним. Положив холодную ладонь ему на лицо, заглянула в глаза.
– Что ты хочешь? Ты голоден? Тебя мучит жажда? – Она помолчала. – Одинок?
Он улыбнулся и попытался обнять ее, но она лежала на его здоровой руке, а больной он не смог этого сделать.
– Ни то, ни другое, ни третье, моя любовь… Нет.., у меня теперь армия, я – лорд-сеньор. Больше тысячи людей присягнули мне, поклялись умереть за меня. И что мне теперь делать?
Джия запустила пальцы в его волосы и притянула его голову к себе так, что их губы встретились, и подарила ему тихий сестринский поцелуи, се рука скользнула по его груди. Когда поцелуй кончился, она не отодвинулась от него и замерла в ожидании.
– Итак, – сказал он, – что мне делать?
– Не думаю, что лорд-сеньор должен спрашивать об этом у рабыни.
– А я вот спрашиваю.
Она серьезно посмотрела на него:
– Делай то, что считаешь нужным! Он получал огромное удовольствие от соприкосновения с ее гладкой, шелковистой кожей и чувствовал, что ему нужно только это.
Все остальное отступало на задний план.
– Мысль о войне пугает меня, моя любовь. Смерть и разрушения, слезы и кровь, разграбленные города… Богиня все еще хочет загнать колдунов опять в горы, разве не так? Разве не в этом моя миссия? Это Ее армия, Ее сбор. Ее воины. Она приказала мне. Что же мне делать?
Джия снова прижала свои губы к его, и поцелуй на этот раз был не таким уж сестринским. Руки ее подтверждали это. Непонятным образом у нее оторвалась одна из лямок лифчика.
– Давай обсудим это сначала, а то потом я не смогу соображать, – все-таки продолжил он, когда она позволила ему говорить. – Боги жестоки, Джия! Этот маленький принц… Несколько тысяч смертей не обеспокоят их. Они-то живут вечно. Что для них гибель смертных – такой пустяк.
Она нежно покачала головой, волосы ее защекотали ему бровь.
Предвидя следующий поцелуй, он отвернулся и сказал, обращаясь к стене:
– Я не могу так… Если бы я мог заставить воинов слушать.
– Делай то, что находишь правильным.
– А вдруг это не понравится богам и они остановят меня.
– Нет.
Он посмотрел на нее:
– Как ты можешь так говорить?
– Ты вправду спрашиваешь мнение своей рабыни?
– Да. Ты самая благоразумная во всем Мире, дорогая. Скажи мне. Объясни.
Она нахмурилась. Джия не очень любила общаться посредством речей.
– Богиня не отдала бы тебе Свой сбор, если бы не считала тебя самым подходящим для этого человеком. – Ее губы снова приблизились. – Поэтому ты должен.., делать.., то.., что.., считаешь.., правильным.
Поцелуи стали чаще, настойчивее, активнее; и руки ее тоже продолжали свое путешествие.
Он сопротивлялся, стараясь освободить здоровую руку.
– Да! Конечно! Мы скоро этим займемся. Но что я буду делать потом?
– Снова то же самое, – настойчиво прошептала она.
– Ну а потом? – Его здоровая рука была теперь свободна, и он оторвал ею вторую лямку.
– Еще!
– Ненасытная!
Она тихонько усмехнулась:
– Я должна услаждать своего хозяина. И тут ее действия достигли результата. Внезапно он ощутил, что все правильно.
И он действительно чувствовал себя хорошо.

* * *
Палуба серебрилась под дождем, РегиВул и далекий берег скрылись в тумане. Серые тучи плыли над опустевшими улицами Касра. Немного кораблей осталось вдоль торговой площади после того, как Богиня остановила призыв.
Томияно вынес вино, и вся семья собралась вокруг Лорда Шонсу, сеньора сбора. Были тосты и поздравления, все громко смеялись и разговаривали. Уолли был тронут больше, чем хотел это показать. Когда в большой комнате всю мебель составляют лишь два деревянных сундука, все, как правило, сидят на полу, на этот же раз все стояли, как на приеме с коктейлем. Неожиданно наступила пауза в разговоре, стал слышен дождь, барабанящий по палубе.
– Кого не хватает? – спросил Уолли, оглядываясь.
– Жреца, – предположил Ннанджи. Он покраснел. Для Ннанджи не характерно было перепивать, и покраснел он по другой причине. Тана уже давно настойчиво нашептывала ему что-то в уши. Возможно, скоро он согласится.
– Катан джи? Ннанджи мрачно кивнул:
– Он остался в городе. Что он может там делать в этот час?
Катанджи, как всегда, не упускал своей выгоды.
– Думаю, он покупает ложу и раздает ренту, – усмехнулся Уолли. Я знаю, кого не хватает – колдуна. Что вы сделали с ним?
– Заперли его в каюте, – сказал Ннанджи.
– Приведи его, если не трудно, брат. Ннанджи освободился от Таны и пошел за колдуном. Через несколько минутой вернулся, толкая перед собой обнаженным мечом Ротанкси. Руки старика были связаны, на ногах – колодки. Облачен он был по-прежнему в скверную одежду голубого цвета, в которой его представляли в ложе. Седые волосы колдуна были растрепаны, возможно, он спал – после «Грифона» «Сапфир» казался прибежищем покоя.
Беседа замерла. Моряки разглядывали своего пленника, все еще внушающего почтительный страх.
– Развяжи его, пожалуйста, Ннанджи, – попросил Уолли. – Мы празднуем, милорд. Пьют ли колдуны вино?
Колдун передернул плечами:
– Мне нечего праздновать.
– Нет, есть! Лорд Боарийи, возможно, самый скорый на руку человек. Тебе нужно праздновать мою победу.
Ротанкси никогда не отличался приятностью в обращении, но он всегда был справедлив и, как будет видно в дальнейшем, даже благороден.
– Тогда за победу моей гильдии и за твое поражение, Лорд Шонсу.
Уолли кивнул с сомнением. Иметь пленником Седьмого непростое занятие. Но ему был нужен этот старый ворчун.
– Ты поклянешься мне?
– Какой клятвой? – спросил Ротанкси подозрительно.
– Вашей, милорд. Я обещал тебе не применять пыток, и я повторяю это обещание. Все говорит о том, что я спас тебя от темницы. Я хотел бы держать тебя здесь. Твои друзья, возможно, захотят разыскать тебя, чтобы заставить молчать, так что «Сапфир» безопаснее темницы. Госпожа, разрешишь ли Лорду Ротанкси оставаться твоим гостем, если он не откажется?
Брота нахмурилась, но кивнула.
– Аргх! – выдохнул Ннанджи.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96