ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— А ты пробовал шоколад? — Уил с любопытством посмотрел на Ричарда.
— Пробовал и должен тебе сказать, что более неприятного и горького напитка мне еще отведывать не приходилось.
На мой взгляд, незачем было его сюда привозить.
Продолжая оживленно болтать с мальчуганом, Ричард не заметил, как они выехали из города и покатили по сельской местности. Мерное покачивание кареты убаюкало Уила, и он, склонив голову на плечо матери, закрыл глаза.
Ричард, убедившись, что мальчик уснул, повернулся к Элиссе и негромко сказал:
— У тебя удивительно умный адвокат.
Элисса настороженно посмотрела на мужа.
Блайт продолжал:
— Договор, который он составил, выше всяких похвал.
Остается только выяснить, чья это была идея подсунуть мне его непосредственно перед брачной церемонией, чтобы я не смог его прочитать?
Элиссу охватило негодование.
— В том, что ты не успел его прочитать, виноват один только король, — прошипела она. — Это он назначил время и место брачной церемонии и все время подгонял события, так ему не терпелось сесть за стол.
— Но ты могла послать договор для предварительного ознакомления мне на квартиру.
— Я не знала, где находится твоя квартира, и мистер Хардинг тоже этого не знал. — Элисса отвернулась к окну и стала смотреть на расстилавшийся вокруг ландшафт, давая понять, что разговор закончен.
Ричард наклонился к ней и прошептал:
— Уверен, при желании ты могла бы узнать мой адрес.
Тебе также не составило бы труда явиться в Уайтхолл чуть раньше или, на худой конец, переслать мне документ прямо в театр.
— Мистер Хардинг закончил его переписывать в ту самую минуту, когда нам подали карету, чтобы ехать в Уайтхолл!
— Так это он его писал, а не клерк Моллипонт?
— Да, он.
— Похоже, он принимает твои дела слишком близко к сердцу, — сказал Ричард.
Элисса посмотрела на него с презрением.
— Мне все ясно. Ты не в силах поверить, что мужчина способен относиться к женщине просто как к уважаемому клиенту. Так вот, он составил договор и переписал его набело лично — по той простой причине, что мистер Моллипонт пишет довольно медленно.
— Непонятно, почему в таком случае «железный» Хардинг не взял себе другого клерка?
— Может быть, уже хватит столь неуважительно отзываться о мистере Хардинге? Заявляю еще раз: он не питает ко мне никаких чувств, кроме дружеских, как, впрочем, и я к нему. Он был другом моего отца, и нет ничего удивительного в том, что теперь он относится по-дружески и к его дочери.
Если бы договор составил не он, кто знает, что могло бы со мной случиться в том случае, если…
Она покраснела и отвела от Ричарда взгляд. Грудь ее взволнованно поднималась и опускалась.
Блайт продолжал ее гипнотизировать.
— Дорогая, меня мало занимают твои с мистером Хардингом отношения, — сказал он.
Это была ложь. Мысль, что его жена, возможно, была любовницей адвоката, сводила его с ума.
— Мне важно знать, отдаешь ли ты себе отчет в том, что вы с адвокатом основательно меня надули? Разумеется, я приложу все усилия, чтобы такое впредь не повторилось, но ведь документ уже подписан, верно?
Ричард взял Элиссу за подбородок и заставил ее смотреть ему прямо в глаза.
— Как ты не понимаешь, что этот договор подрывает мой авторитет? — добавил он.
— Сомневаюсь, что кто-то или что-то может подорвать твой авторитет, — хмыкнула Элисса.
Ричард скривил рот в сардонической улыбке.
— Мне, конечно, лестно слышать такие слова, но в действительности, увы, мое положение выглядит отнюдь не блестяще. Хотя король сделал меня графом, в имущественном отношении я — ничто.
— Не понимаю, почему тебе в голову приходят такие мысли? Ты же хотел жить в своем прежнем поместье — так оно и будет.
— На самом деле я хотел быть в своем имении полным хозяином. Но король мне такого права не дал. Хуже того, теперь в соответствии с договором я не более чем твое…
В голосе Элиссы прозвучали нотки, которые можно было с полным правом назвать издевательскими.
— Движимое имущество? — высказала она предположение.
— Это вы мое движимое имущество, миледи! — взревел сэр Блайт. — И таковым останетесь, пусть даже имение принадлежит не мне, а вашему сыну.
Ричард тут же пожалел о своей горячности, поскольку издевательский тон в голосе жены уступил место ледяному холоду.
— Я отлично осведомлена о том, что гласит закон о роли и месте жены в супружеской жизни. Я знаю также, как поступают мужчины, чтобы закрепить унизительное положение женщины в семье.
— Я не Уильям Лонгберн!
— И об этом я тоже знаю, — бросила Элисса. — С другой стороны, если отмести в сторону выводы, которые я сделала на твой счет, мне известно о тебе не так уж много… — Неожиданно Элисса смутилась и замолчала, не закончив фразы.
— Ты говоришь о тех выводах, которые сделала на мой счет вчера ночью? — негромко спросил он, касаясь коленом ее ноги.
— Да — в каком-то смысле…
Все мысли о пресловутом брачном договоре покинули Элиссу, как только она увидела на губах Ричарда победную улыбку соблазнителя.
— Скажи, жена, ты пробовала когда-нибудь шоколад?
Вопрос Ричарда озадачил молодую женщину. Она искоса взглянула на мужа, затем отвела глаза и прошептала:
— Нет, не пробовала…
Ричард некоторое время поглаживал ее затянутые в перчатки руки: начал с пальцев, а потом переключился на ладони. Элисса дышала часто-часто, а потому голова Уила, которая покоилась у нее на груди, опускалась вверх-вниз, и со стороны можно было подумать, что во сне он кивает.
— К его вкусу надо привыкнуть. Впрочем, люди пьют его больше из-за пикантного аромата.
Ричард взял ее руку и положил себе на бедро. Потом его рука пустилась в путешествие вверх по ее руке.
— Говорят, он пробуждает сладострастие.
Элисса с шумом втянула в себя воздух. Поскольку у нее на груди покоилась голова сына, она не могла и шевельнуться, не то что отразить наступление, которое неожиданно для нее предпринял Ричард.
Конечно, она могла бы вспылить и наговорить ему кучу дерзостей, но, во-первых, ей не хотелось будить Уила, а во-вторых, ласки Ричарда настроили ее на весьма миролюбивый лад.
Прикосновения его рук возбуждали ее, рождая в теле сладостную истому. От них кружилась голова и перехватывало дыхание. Хотя все ее помыслы были сосредоточены на его ласках, один вопрос все-таки не давал ей покоя: почему Ричард вдруг заговорил с ней о шоколаде?
— Что пробуждает аромат шоколада? Какое это слово ты только что произнес?
— Сладострастие. Это то же самое, что желание. Шоколад подхлестывает желание — вот что я хотел сказать.
Элисса в эту минуту подумала, что ее желание ничем подхлестывать не надо. Оно и без шоколада жгло ее огнем. Если бы рядом не было Уила, кто знает, какие вольности мог бы позволить себе этот человек.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81