ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Выскочив из камеры, Кристина бросилась бежать по мрачным коридорам тюрьмы, но неистовые вопли заключенного преследовали е.е. Слезы горячими потоками стекали по щекам. Страшные слова неотступно звучали в ушах, и казалось, от них не было спасения.
Джереми догнал ее и, подхватив на руки, вынес из здания тюрьмы. Кристина прижалась к нему, заливаясь слезами.
Почему Дамиан возненавидел ее? Чем она заслужила его проклятия? Кристина сделала все, чтобы спасти его. Отчего он так переменился к ней? Вопросы требовали ответов, но девушка не могла произнести ни слова. Она рыдала до тех пор, пока Джереми не передал ее в заботливые руки миссис Дуглас.
Проплакав всю ночь напролет, Кристина так и не сомкнула глаз. Она с ужасом смотрела, как занимается заря, давая начало новому дню, дню казни Дамиана.
Глава 21
После смерти миссис Мактавиш служанки перекрасили прекрасные новые платья Кристины в черный цвет. Наиболее смелые шелковые и атласные наряды были убраны в сундук, а платья из льняного батиста и полосатого муслина превратились в траурные.
В тот день Кристина надела одно из них. Она сидела в темной гостиной, сложив на коленях руки и погрузившись в оцепенение. С той минуты, как за окнами забрезжил рассвет, девушка ждала подтверждения того, что Дамиан нашел небольшой кинжал, спрятанный в ридикюле. Но надежды постепенно таяли. Кристина знала, что дядя и Джереми сделают то, что нужно, когда все будет кончено. Она не хотела точнее определить это «все».
Никогда в жизни Кристина не видела публичных казней, хотя в Англии это было обычным наказанием для воров. Она смутно представляла себе процесс четвертования по рассказам, которые слышала еще в пансионе. Но тогда все это казалось неправдоподобным. Как люди могли смотреть на это? Лишь дикари способны созерцать такое. Она не выдержала бы такого чудовищного зрелища.
Однако услужливая фантазия рисовала ужасные картины. Кристина словно воочию видела, как Дамиан поднимается на эшафот. Этот образ посещал ее с тех пор, как он впервые упомянул о своей возможной судьбе.
Сейчас, сидя в гостиной, она напряженно ждала, когда раздастся стук и дребезжание колес кареты. Это означало бы, что дядя вернулся. Кристина истово молилась о том, чтобы Дамиан успел лишить себя жизни, воспользовавшись оставленным ею кинжалом. Иначе его выволокут из камеры и потащат на эшафот. Она даже не собиралась расспрашивать о нем мужчин. Дамиан уже мертв, но его ребенок живет в ней.
Войдя в тускло освещенную комнату, мужчины увидели Кристину. Все трое были в черных камзолах. Треуголки они сразу сняли, конечно, из уважения к ее горю. Все трое молчали.
– Значит, его больше нет? – прошептала Кристина, не поднимая глаз.
Сделав шаг вперед, Томас Аддерли взял руку племянницы.
– Ты должна вернуться вместе со мной в Корнуолл. Мы приведем в порядок родовое поместье и снова заживем в нем. Твоя мать сказала, что ты любишь море. Там ты отдохнешь и окрепнешь.
Кристина высвободила руку.
– Бен, могу ли я продать дом за площадью Сент-Джеймс? Я никогда не видела его и не знаю, сколько он стоит… – Она посмотрела на адвоката.
– Вы вольны распоряжаться им по своему усмотрению, мисс Мактавиш. Это очень ценная недвижимость. Если вы не останетесь в Лондоне… это весьма разумное решение.
Серые глаза внимательно смотрели на нее из-за толстых стекол очков. Кристина с искренней теплотой ответила на его взгляд. Этот человек тоже любил Дамиана и искренне желал ей добра.
– Не могли бы вы заняться продажей дома? – спросила Кристина. – У меня есть небольшие сбережения из тех денег, что давал мне Дамиан, но боюсь, этого будет недостаточно.
– Не стоит так спешить, Кристина, – перебил девушку барон. – По-моему, эти деньги надо раздать бедным. Тебе больше не придется беспокоиться о средствах.
Кристина пожала дяде руку, но тут заметила устремленный на нее нерешительный взгляд Джереми. Видимо, ему хотелось дать совет, но он считал себя не вправе делать это.
– Благодарю вас, дядя, но я должна сама принять решение. Бен, так вы продадите дом?
– Конечно, мисс Мактавиш. Однако мне кажется, вам следует прислушаться к советам дяди. Он позаботится о ваших интересах не хуже, чем я.
– Не сомневаюсь. Однако есть и другие дела, не терпящие отлагательства. Надо известить немедленно родных Дамиана о том, что произошло.
– Я уже сообщил семье о том, как развивались события до суда, – ответил Бен. – В связи с войной корреспонденция проходит строжайшую цензуру, однако письмо подобного рода, полагаю, никто не задержал.
Адвокат опустился на стул рядом с креслом Кристины. Зная эту девушку, он догадывался о том, что она задумала.
– Скажите, трудно ли добраться туда? – спросила она Бена. Мистер Аддерли и Джереми смотрели на них, не понимая, о чем идет речь.
– Трудно, но возможно, – ответил адвокат. – Вы имеете в виду кого-то конкретно?
– Себя. Если продажа дома покроет дорогу и другие расходы, связанные с отъездом…
Джереми открыл, было, рот, но барон опередил его:
– Кристина! Это безумие! Ты не ведаешь, что творишь! Позволь мне позвать миссис Дуглас. Она уложит тебя в постель, а утром ты увидишь все в ином свете. Мистер Томас, прошу вас…
Однако адвокат сосредоточил внимание только на девушке.
– Вы хотите отправиться в колонии, чтобы лично сообщить семье Дамиана о его смерти? – спокойно осведомился он.
– Я решила отправиться в колонии, чтобы начать там новую жизнь. Но конечно, воспользуюсь возможностью сообщить семье Дамиана о постигшей его судьбе, если вы дадите мне рекомендательное письмо.
– Нет, Кристина! Вы не понимаете, о чем говорите! – воскликнул Джереми. – В таком состоянии нельзя принимать серьезные решения. Отправляйтесь вместе с дядей в Корнуолл. Или совершите поездку по континенту. Со временем все забудется. Здесь у вас есть друзья, Кристина, родные и те, кто любит вас… Кристина, пожалуйста, не совершайте опрометчивых поступков. Вам нечего делать в этой дикой стране. Вы не можете отправиться туда одна. Скажите, что все это шутка.
– Нет, Джереми, я не шучу. Я отправлюсь туда и сделаю все, что задумала. Мое решение окончательно и бесповоротно. Я всегда буду помнить вас, но вам следует забыть обо мне. Это ваш дом, а мне надо создать свой.
Томас Аддерли и Бен заговорили одновременно, но Кристина услышала лишь отчаянный возглас Джереми: «Но почему?»
– Дамиан хотел, чтобы его ребенок рос и воспитывался в Америке, – с достоинством сказала Кристина, обращаясь только к нему.
Девушка внезапно осознала, что впервые стала полновластной хозяйкой своей жизни, и не собиралась отказываться от этого. Возможно, она совершала опрометчивый поступок, и ей следовало подавить свои чувства, как советовали все. Но Кристина никогда еще не была так уверена в правильности своего выбора.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94