ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

На глаза навернулись слезы. Она принялась усиленно моргать, чтобы отогнать их. Если она тогда сделала все правильно, то почему теперь не может его забыть, почему так щемит сердце?
Глава 13
В Ночь, на которую был назначен маскарад, наступила слишком быстро, что совсем не устраивало Бэкку. С наступлением сумерек начали съезжаться гости. Еще до наступления темноты подъездная аллея и дорожка, ведущая к конюшням, были забиты экипажами всех размеров и моделей. Бругэм и ландо, двуколки и фаэтоны, высоко– и низкопосаженные повозки, открытые и закрытые кареты выстроились вдоль ухоженного газона.
Сияющий роскошью большой бальный зал был украшен фестонами и гирляндами цветов из сада. Они напомнили Бэкке об изумительных цветах, которые она видела в астральной реальности. Почему все напоминало ей о Клаусе?
Несмотря на то что она отказалась примерить маскарадный костюм, чтобы его подогнали по фигуре, он сидел как влитой. В прямом смысле слова. Все взгляды были обращены на нее, когда она шествовала мимо гостей в ореоле греческой славы. Ее голова была украшена воздушным шелковым шарфом под стать платью, а в голове вертелась лишь одна мысль: бежать отсюда! Если все пойдет как задумано, к утру ее здесь уже не будет. Гильдерслив Грейндж останется далеко позади – на этот раз навсегда. К полуночи, когда будет объявлено о помолвке, гости уже изрядно наберутся. Некоторые джентльмены уже были подшофе, и их поведение говорило о предвкушении игры, которая должна начаться сразу после того, как будет объявлено о помолвке. В конце концов, это была долгая вечеринка – большинство гостей приглашены на весь уик-энд.
Как правило, такие же картежники, как и отец, поэтому рассчитывать, что будет кто-то из высшего общества, не приходилось. В большинстве своем это были выскочки, любимцы Фортуны, обзаведшиеся «новыми деньгами», как было принято называть среди дам выпавший им легкий куш. Такие деньги обычно делались в игорных домах путем выгодных вложений или наглого вымогательства. Все эти люди отчаянно стремились втереться в доверие к какому-нибудь толстосуму, чтобы за игральным столом выманить у него как можно больше денег и переложить их себе в карман.
Их жены и дочери, которых мужья и отцы выставляли напоказ, будут оставлены на попечение дуэньям. И они будут присматривать за молодыми девушками, в то время как мужчины займутся другим – стрельбой, боксом и всевозможными бездумными мужскими соревнованиями, которые неизбежно закончатся игрой в карты и кости, реками вина и «синей отравы», джина, которые подогревали их страсть к играм Его Величества Случая. Бэкка пережила уже не один такой уик-энд в Гильдерслив Грейндж. Она пообещала себе, что этот будет последним. Ворота были распахнуты навстречу бесконечной цепочке экипажей. Если все пойдет по плану, она проскользнет в ворота, как только представится удобный случай. Если все пойдет как надо, ее не хватятся до утра. А к тому времени она уже будет далеко отсюда, в гордом одиночестве.
Бэкка сразу узнала сэра Персиваля. Он нарядился набобом и смотрелся особенно нелепо на фоне толпы, которая поголовно одета была в плащи с капюшонами либо искусно выполненные маски из птичьих перьев. Третьего не дано. Некоторые мужчины вообще пришли в повседневном платье. В конце концов, это был не настоящий маскарад, а всего лишь повод поиграть в азартные игры. Но женщин нельзя было обвинить в недостаточном разнообразии нарядов. По периметру бального зала выстроились в ряд все, начиная от доярок и заканчивая неоклассическими королевами Нила, но большинство из них стояли в сторонке, покинутые своими мужчинами. Они топтались на месте в ритме народных танцев и новой французской кадрили, обмахивались веерами в тщетной попытке создать ветерок в душном, набитом людьми зале. Некоторые из их спутников все же догадались пригласить их на танец, но большая часть мужчин разбилась на группки: головы в капюшонах сдвинуты, бокалы, налитые и поднятые, издают мелодичный звон, усиленно составляются стратегии будущей игры.
Столовая ломилась от яств. Горячие и холодные блюда были выставлены на буфеты и обеденный стол в ожидании гостей, которые забредут сюда в течение вечера, чтобы перекусить. Два лакея в малиновых с золотом ливреях следили за тем, чтобы еды на столах было достаточно, а чаши, каждая величиной с чан, наполненные ромовым пуншем и миндальным ликером, и бокалы с красным вином на любой вкус не иссякали. Слуги сновали в надежде хоть краем глаза взглянуть на маскарадные костюмы, танцы и пышные украшения, которые вернули Грейндж к жизни. Где-то среди них была и Мод, Бэкка была в этом уверена. Она принялась расхаживать среди гостей в ожидании удобного момента, чтобы ускользнуть отсюда и исчезнуть.
Слава Богу, сэр Персиваль не был танцором. От одной только мысли, что придется приблизиться к этому человеку, Бэкке становилось дурно. К счастью, он держался на расстоянии, то и дело бросая на девушку робкие взгляды. Неужели ее возмущение в столовой возымело на него действие? После того случая он выглядел пристыженным и старался к ней не подходить. Скоро они с отцом будут заняты игрой, и она наконец-то вырвется на свободу.
Оркестр заиграл скандальный valsedutemps – очень новый, очень французский и очень шокирующий. Бэкка подозревала, что музыканты специально выбрали именно его, чтобы гости, разделившиеся на мужской и женский лагеря, проявили хоть какой-то интерес к танцам. Но их усилия были напрасны. На паркет вышло несколько пар, затем к ним присоединились еще танцоры, но Бэкка к их числу не относилась. Поражаясь тому, как мало гостей ей удалось узнать под масками, она прокралась в один из укромных альковов, который был заслонен горшками с пальмами, папоротниками и аспидистрами, стоящими на подставках.
Она знала очень немногих из местных джентри – только доктора и графа Састенбери с женой, остальные, как она предполагала, были игроками, как и отец. В целом, костюмы не обманули никого – довольно легко было догадаться, кто скрывается под пышным убранством и маской из перьев. Спрятав лица под масками, гости почувствовали большую свободу и вели себя развязно, зачастую преступая границы дозволенного.
Джентльмены, практически все навеселе, опускались до откровенных пошлостей: проводили рукой в непосредственной близости от декольте дамы, отпускали сальные шуточки о филейных частях, срывали поцелуи с губ, шептали на ушко непристойности. Маскарады всегда славились тем, что поощряли распутство. Учитывая, что мысли отца были заняты другим и в доме не было взрослой хозяйки, которая мигом навела бы порядок, этот бал не стал исключением – даже несмотря на то, что был приурочен к столь торжественному событию.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85