ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Он уговорил Лулу бросить работу машинистки на рыбоконсервном заводе и вновь взяться за живопись. Бен работал инженером звукозаписи на студии поп-музыки и, получая неплохие деньги, был готов помогать ей. Ему просто хотелось, чтобы Лулу была счастлива.
Через год, как раз накануне ее дня рождения, они поженились. Родители Лулу плакали от счастья, кота провожали их в свадебное путешествие на Ямайку. Еврей по национальности, Бен был на десять лет старше Лулу и имел хорошую работу. Через пять месяцев у них родился сын, которого назвали Вольфом.
А в следующем году стало похоже, что свадебные колокольчики вот-вот зазвонят в честь Дженни, — у нее был страстный роман с Чарли Боуманом, который необходимо было скрывать от его отца. Все удивлялись, почему это не случилось раньше, ведь они так подходили друг другу. Чарли просто не мог оторваться от грандиозных пропорций Дженни, обладание которыми доставляло ему истинное удовольствие, ибо возвышало его в собственных глазах. Они уверенно держали курс на законный брак, пока летом 1988 года отец Чарли не нашел в кармане его плаща одно из писем Дженни. После того как отец пригрозил ему всеми возможными карами и обвинил во всех смертных грехах, Чарли сообщил Дженни, что не может больше встречаться с ней. Дело было вовсе не в том, что отец не одобрил выбор Чарли, а в том, что он заставил Чарли пообещать ему, что тот не женится раньше, чем отец умрет.
— Заставил? Ты хотел сказать «подкупил», — горько проговорила Дженни.
Оскорбленная и разочарованная, она два года пребывала в подавленном настроении и скрывалась от друзей. Плам с Лулу безуспешно пытались вывести ее из этого состояния. Но их счастливая семейная жизнь заставляла Дженни еще острее воспринимать свое одиночество. И она опять закружилась в хороводе нерадостных и недолговечных романов.
В 1990 году у Дженни умерла бабушка, которая, как оказалось, оставила ей достаточно денег, чтобы купить на них солнечную квартиру в старом доме времен короля Эдуарда с видом на парк. Обосновавшись там, Дженни повеселела. Теперь у нее был свой дом, хотя его не с кем было делить.
Возвращаясь пешком в отель, Плам решила, что если не сможет дозвониться до Лулу, то свяжется с Дженни, чтобы выяснить, в чем дело.
В «Риджентс» Плам ждал еще один конверт. Она вскрыла его, ожидая увидеть сообщение от Лулу. Но, оказывается, был звонок от ее матери.
К лифту она неслась что есть мочи. Почему мать звонила и такую рань — было пять часов утра по британскому времени? Это могло означать только одно: что-то случилось с Тоби или Максом.
Нетерпеливо ожидая лифт, Плам перебирала в памяти прошлые происшествия: как Тоби упал с подъемника в горах и сломал ключицу, как Макс чуть не утонул в бассейне шведского колледжа, как Тоби выпросил сахарной глазури и устроил взрыв на кухне, как Макс выпал из окна второго этажа. Чем старше они становились, тем в более серьезные переделки попадали. Мать говорила, что так бывает со всеми детьми. Ты беспокоишься, а им хоть бы что. Та самая пуповина навечно связывает мать с детьми.
Добежав до двери номера, Плам трясущимися руками достала ключ, уронила его, подняла, но не так вставила в замок, и ключ не проворачивался. С трудом открыв дверь, она ворвалась в комнату, все еще трясущимися руками набрала номер телефона матери и стала считать гудки. Может быть, мать звонила откуда-то еще? Из какой-нибудь больницы!
Она уже собиралась положить трубку и перезвонить в портсмутскую полицию, когда мать ответила ей:
— Ты застала меня в туалете, дорогая, что случилось?.. Ох, и я тоже… Нет, с ребятами все в порядке… У меня было несварение желудка, и я не могла заснуть, поэтому дала оператору номер твоей карточки, как ты и говорила мне. Хотела преподнести тебе маленький сюрприз… Нет, не только из-за этого… Хотела сообщить тебе, что у жены Джима вчера утром родилась еще одна дочь — сестренка Мелодии и Гармонии. Весит шесть фунтов, мать и дочь отлично себя чувствуют. Разве это не здорово?
Миссис Филлипс старалась поддерживать связь с Джимом — отцом ее внуков. Это вообще считалось хорошим тоном. Лорд Сноудон и принцесса Маргарет были разведены, но королева всегда приглашала его на семейные мероприятия. Принцессе Маргарет оставалось лишь криво усмехаться и молча сносить его присутствие. Миссис Филлипс, следуя примеру ее высочества, регулярно болтала с Джимом по телефону, не подозревая, что тот раздраженно жалуется Плам, что ее чертова мамаша достала его своими звонками.
— И какое же имя Джим придумал на сей раз? — ядовито спросила Плам. — Рапсодия? Попурри?
— Норма. Было бы прекрасно, если бы мальчики прислали цветы своей маленькой сводной сестричке. Джим оценит эту идею.
Плам послушно записала адрес больницы. Она закажет кричащий букет: оранжево-розовые гладиолусы с малиновыми розами и желтыми лилиями. Джим оценит эту идею.
Затем в голову пришла более конструктивная мысль.
— Мам, тетя Гарриет все еще в Париже?.. У тебя есть номер ее телефона?
Глава 14

Суббота, 18 января 1992 года
В Париже подмораживало. Да так, что у Плам прихватило пальцы, когда она в аэропорту взялась за ручку дверцы такси. В такси пахло потом и парфюмерией. Она дрожала от холода, а Бриз отвез чемодан с ее зимними вещами назад в Англию. Надо было немедленно купить теплую одежду.
Закутанные в темные одеяния прохожие спешили по заснеженным улицам Парижа. Плам решила, что Париж на ее картине будет в серых тонах: от сизых и до угольно-темных. Ну и еще бледная синева здешнего неба. И, может быть, с примесью бледно-лиловых, розовато-сиреневых и пурпурных оттенков Эль Греко.
У магазина модной одежды она попросила таксиста подождать и бросилась внутрь. Быстро купила черную пастушью накидку до пят, две пары леггинсов и два свитера в тон им — кипарисово-зеленый и аметистовый. Тут же натянула на себя аметистовую пару, вернулась в такси и попросила ехать на Левый берег.
Тетя Гарриет жила в обшарпанном доме на Университетской улице, где у нее были две комнаты на верхнем этаже. К ним вела полуразвалившаяся лестница.
Прежде чем Плам успела вскарабкаться по ней, с верхней площадки свесилась крупная женщина с темными подстриженными под горшок волосами и прокричала:
— Привет, Плам! Ты единственная из моих родственничков, кто не воротит от меня свой носик. — Тетя Гарриет поддернула свою длинную лиловую юбку и зашлепала навстречу ей вниз по ступенькам. Вскоре ее ловкие руки подхватили самый большой чемодан. — Как понимать твой визит? Ты тоже сбежала? — Поднимаясь первой, она то и дело оборачивалась назад, устремляя на Плам смешливый взгляд своих карих глаз. — Надеюсь, ты не будешь против того, что придется поспать на раскладушке в кухне?
В ее небольшой квартирке было не продохнуть от жары и многочисленных книг.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118