ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Вернее, даже не так: эти люди знали, как нужно убивать.
Все произошло в считанные мгновения. Тильво инстинктивно выделил самого слабого из нападавших. Несколько практически неуловимых для человеческого глаза движении, и вот поверженный враг хрипит в предсмертных муках на земле, а Тильво вовсю орудует вражеским мечом. Клинок Слуги Бездны в руках певца выписывал невероятные финты. Сыпались искры от столкновения с другими мечами.
Его враги бились ожесточённо. Но их глаза были нечеловечески спокойными. Для них враг даже не был человеком. а всего лишь досадным препятствием на их пути. Такие враги были наиболее опасными, поскольку в битве их не отвлекали никакие эмоции.
Но ни ловкость, ни умение Слуг Бездны всё-таки не смогли сравниться с вековым опытом бессмертного. Ещё один Слуга Бездны упал замертво. Тильво ожидал, что оставшийся в живых нападавший обратится в бегство. Но он по-прежнему продолжал неистово биться. И в его взгляде нельзя было прочесть ничего. Когда и он упал мёртвым, сражённый точно в сердце, Тильво тут же поспешил на помощь Рандису.
Он успел как раз вовремя. Один Слуга Бездны валялся убитым на земле, другой же наседал на Меча Неба, который, зажимая одной рукой рассечённое предплечье, отбивался из последних сил.
— Рандис, назад! — крикнул Тильво, вступая в схватку.
С этим Слугой Неба пришлось повозиться. Он оказался крепким орешком. Сражаясь с ним, Тильво не переставал удивляться тому, как Меч Неба вообще мог против него выстоять, хоть и знал, что Рандис был далеко не рядовым Мечом Неба.
Сложность поединка заключалась ещё и в том что Тильво хотелось лишь обезвредить противника, а потом допросить его. Но Слуга Бездны защищался настолько ожесточённо, что его можно было только убить.
Наконец Тильво удалось ранить его в живот. Слуга Бездны выронил меч и, согнувшись пополам, тщетно пытался удержать вываливающиеся из живота внутренности.
— Великая Мать ещё покарает вас, — прохрипел он из последних сил и упал замертво.
Когда всё закончилось, Тильво стал искать взглядом Лайлу. Девушка сидела, сжавшись в комок и закрыв лицо руками.
— С тобой все в порядке, Лайла? — склонился над ней Тильво. — Ты не ранена?
— Все в порядке! — прошептала Лайла. — Только я не могу говорить громко, что-то случилось, когда я пыталась запеть. Словно кто-то ударил меня в горло.
— Ничего. Всё пройдёт.
— А где Рандис? — спросила Лайла.
— Я здесь, — раздался сзади голос Меча Неба.
На Рандиса было страшно смотреть. Он был весь в крови и шатался. Трудно было представить, каких колоссальных усилии давалось ему удержаться на ногах. Но и его силы были не беспредельными.
— Я, кажется, умираю.
На лице у Меча Неба появилось какой-то виноватое выражение. Он пошатнулся и упал.
— Нет! Рандис! — прошептал Тильво. — Ты не можешь…
— Тильво, скорее подведи меня к нему. Да скорее же.
— Что ты можешь сделать, Лайла?
— Тильво! — девушка нахмурилась. — Скорее! Ещё мгновение, и будет поздно.
Тильво послушался и подвёл девушку к умирающему Мечу Неба. Она присела на корточки и стала водить руками над ним.
— Разорви на нём рубаху! — не терпящим возражений тоном приказала Лайла.
Тильво послушался. Рана действительно была очень глубокой, к тому же Меч Неба потерял много крови и уже был без сознания. Лайла начала водить руками над раной. При этом Тильво удивлялся тому, как девушка точно чувствует её расположение.
— Мне что-то мешает, Тильво, — озабоченно пробормотала Лайла.
— Что? — недоуменно спросил певец.
— Какая -то вещь.
— Вещь? — удивился Тильво.
Мгновенная догадка туг же пришла ему в голову, и он сорвал с шеи Меча Неба медальон.
— Теперь лучше, — улыбнулась Лайла.
Стало происходить что-то странное, и Тильво не сразу смог понять, что. Сначала в воздухе запахло цветами. Запах этот был настолько сильным, что перепутать его с каким-нибудь другим было просто невозможно. Откуда он мог появиться на городской улице, насквозь пропахшей помоями и крысами, было неясно.
Затем Тильво послышались странные звуки. Будто бы где-то совсем далеко запели птицы, потом к этому звуку прибавился шелест листвы и журчание ручья.
Тильво внимательно смотрел на Лайлу, стараясь внутренним взором бессмертного заметить что-нибудь необычное. И лишь на единственное мгновение он смог уловить что-то. Этому не было слов на языке людей, да и в языке бессмертных трудно было подобрать подходящие слова. Словно какая-то огромная непонятная Сила на миг промелькнула перед взглядом Тильво. Но это была не Сила света и не Сила тени. Что-то совсем другое, но в то же время очень знакомое. Но главное, что смог понять Тильво: эта Сила была враждебна Небу.
Тильво смотрел, как Лайла водит руками над раной Рандиса, и на миг ему почудилось, что он видит вокруг рук девушки слабое зеленоватое свечение.
— Все, Тильво!
Голос Лайлы вырвал певца из омута размышлений. Мгновенно куда-то исчезли и странные запахи, и звуки.
— Что все? — озадаченно спросил Тильво.
— Посмотри, — предложила девушка. — Я-то не вижу.
Тильво взглянул на рану и поразился. Её просто-напросто не было. В место глубокой раны на теле Меча Неба был только еле заметный рубец.
— Это ты сделала? — удивлённо спросил Тильво. И опять не знаешь как?
— Я снова почувствовала, что нужна моя помощь, и странная сила пробудилась во мне.
— Ладно. Оставим это, — махнул рукой Тильво. — Что с Рандисом?
— А что со мной может быть? — Рандис открыл глаза и улыбнулся.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила Лайла.
— Да вроде ничего. Хотя помнится мне, что ещё совсем недавно я умирал. Это твоя работа, певец? Ты меня с Неба вытащил?
— Благодари Лайлу, — буркнул Тильво.
После боя у него было ужасное настроение. Он переволновался за Лайлу и, как это ни странно, за Рандиса. И теперь, когда уже всё было позади, на него навалилась усталость и апатия.
Между тем Рандис поднялся с земли и критически осмотрел себя.
— Такое, пожалуй, и ренегатам не под силу. Человека буквально с Неба вернули.
— Я же сказал, благодари Лайлу.
Рандис наклонился к Лайле. Девушка по-прежнему сидела на земле. Её лицо сразу выражало множество эмоций. Это была и тень страха, и радость от того, что она смогла спасти Меча Неба от смерти. Было ещё что-то сродни тому, что Тильво почувствовал, когда Лайла лечила Рандиса.
Между тем Меч Неба помог девушке подняться с земли. Затем он взял в свои, испачканные кровью руки хрупкую ладонь девушки и поднёс к своим губам. Причём сделал он это так тонко и изящно, будто всё это происходило на пиру, а не на грязной улице, усеянной трупами и залитой кровью.
В полумраке было плохо видно, но Тильво готов был поклясться, что на щеках девушки проступил румянец. Ведь Рандис был первым, кто поцеловал ей руку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86