ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Положенную при таком визите охрану я не взял. Незачем им знать, о чём мы будем говорить. Да и опасаться вас, думаю, мне не придётся. Заключённый изобразил лёгкий поклон – мол, понял и оценил. Какие вы умные да смелые. Наместник же, стараясь не не наступать на совсем уж подозрительные пятна, подошёл к лежанке и с заметным облегчением присел на краешек.
– Притомился я что-то, идучи сюда. Хотя, в общем, какие мои годы… В войну тоже приходилось спать на ходу и есть на бегу. Пока ещё всё устроишь и людям указания раздашь, да проверить надо за каждым. Не уследишь если – народишко-то разный попадается, а мне с ним работать – могут и совсем дело спохабить. Мотался по всему краю, даж в пустыню заносило. Зато у меня порядок, потому и держат здесь.
– А вы помощников толковых себе подберите, пусть и вкалывают.
– Ну да, придумал тоже. С помощника какой спрос? Своя голова дороже.
– Неужто верные люди в Асмарале перевелись? Наместник пожевал губы, обдумывая ответ.
– Да не перевелись, только выше своего потолка не прыгнут. Так они плели нить пустяшного разговора, а сами поглядывали друг на друга с хитринкой – кто первый на дело перейдёт? Ярл в чёрных брюках и сапожках, в белоснежной рубашке с кружевными манжетами, стоял перед гостем. Правда руки на груди скрестил. Наместник в своём официальном парчовом платье, с резным посохом и цепью империи на груди сидел на нарах так же чинно, как на приёме.
– Ладно, ярл. До утра байки сказывать не будем. Задал ты мне задачку своей выходкой…
– Да не было ничего такого, ваше степенство. Да и не видел никто ничего, а целительница пусть злостью своей подавится.
– Будет тебе, будет. И ты, и я знаем, что на пустыре у южных ворот что-то ты замыслил и сделал. Так вот я хочу знать – что? Ярл ненадолго задумался, а потом махнул на всё рукой.
– Купца Хурума знаете?
– Кто ж не знает про купца Хурума? На подрядах в армию он хорошо поднялся, да и про беду его слыхал.
– Ну так вот, поднял я на ноги его Марико. Наместник надолго ушёл в себя, перебирая в голове одному ему известные мысли.
– Вот оно что…выходит, не всё байки про силу вашу. Ответь мне тогда – как тогда сочетается это с душегубским мастерством некромантовским? И – будут ли какие последствия, следы? Или как у вас называется – отдача? Только ответы должны быть…убедительными. Ярл вздохнул.
– На второй вопрос отвечу сразу – магической отдачи не будет. Я провёл не полный обряд, а скользящее касание. И силы у Хозяина Тьмы не занимал. Да и ночь была очень подходящей. Он задумался, глядя куда-то сквозь стену и не обращая ровным счётом никакого внимания на первого человека в этих краях.
– Что касается несоответствия…долго это обьяснять, да и специальные знания нужны, чтобы разобраться. Наместник внимал с видом кажущегося безразличия и расслабленности. На самом деле он изрядно поднаторел в рассмотрении всяких запутанных и щекотливых вопросов и слушал крайне внимательно.
– А ты попробуй подоходчивей. Я хоть к магии не имею отношение, всё-таки человек образованный.
– Ну хорошо, я попробую, ваше-ство. С этими словами ярл пальцем провёл в воздухе вертикальную линию, которая тотчас же загорелась ровным зеленоватым светом.
– Обычно люди считают так: здесь живое, – он показал по одну сторону от линии, – а здесь неживое. По одну сторону звери, птицы, растения, а по другую
– камни, вода, огонь и так далее. Наместник слегка прищурился, – Ну, даже я понимаю, что это слишком, так сказать, упрощённо. Ты хочешь зказать, что надо две полосы? Тут живое, там неживое, а посредине – ни то, ни сё? Ярл тут же изменил свой рисунок в воздухе так, чтобы он соответствовал словам собеседника и критически осмотрел его.
– Официальная магическая наука придерживается именно такой точки зрения. Если живое существо впало в кому или заснуло, оно из категории живых попадает в категорю «ни то, ни сё», – чуть язвительно продолжил он.
– Сюда же относятся и одушевлённые предметы, а также зомби, бродячие скелеты и прочие милые заморочки некромантии. Суть в том, что среднее состояние неестественно и всё, что попадает в него, неустойчиво. Временно. Преходяще. Казалось бы, что и живое состояние временно – перейдёт рано или поздно в категорию «неживое», однако жизнь кипит и продолжается уже не первое тысячелетие. И надеюсь, не последнее.
– В общих чертах понятно, но как это относится к нашей теме?
– Представьте себе аналогию, что воздух – это живое, вода в реке – ни то, ни сё, а дно – неживое. Если пузырь, надутый воздухом, грубо принять как живое существо, он не опустится на дно, пока не истечёт срок, отмерянный богами и случаем. Мало того, если его пытаться притопить в воде, он всплывёт на поверхность. Но! В реке он может за что-нибудь зацепиться – за водоросли, например, и всплывать медленно. И такой случай мы называем болезнью.
– Ты хочешь сказать, что если болезнь зацепила человека и не отпускает, то, чтобы дать ему всплыть, надо сначала подать немного вниз, к неживому? Чтобы отцепилось?
– Примерно так. А поскольку некромантия как раз и занимается теми тонкими, но могучими силами, которые в вашем понимании отделяют живое от неживого, то такая работа только чёрному магу и под силу. Наместник пожал плечами.
– Тогда выходит, что магия исцеления – это часть некромантии, только, так сказать, с обратным знаком? Ярл удивлённо-уважительно посмотрел на собеседника.
– Вы удивительно точно сформулировали принцип, которым я воспользовался. Общепризнанная официальная наука не приветствует такой подход – слишком явно проводится параллель между благородной работой целителей и грязным ремеслом чёрного мага.
– Тогда почему ты так на ножах с нашей Селестиной, главой гильдии Целителей? Ярл на миг задумался и сплюнул на грязный пол, – Стерва она. Наместник еле заметно улыбнулся в прокуренные усы.
– Она сделала для нашего края не меньше, чем войска или мастеровые гильдии. Хотя, между нами говоря, отчасти ты прав – характер у неё тяжёлый. Он вздохнул.
– Ну ладно, ярл Valle. С Селестиной я переговорю, в бумагах отмечу, что случай тут особый, под общую трактовку Закона не подходит. Скажи мне вот что: помнишь ли ты сотника Карла фон Болленхейма? Ярл недолго вглядывался в черты наместника, затем хлопнул себя по лбу и жизнерадостно захохотал, отчего по углам зашныряли перепуганные тени, да стражники за углом покрылись липким потом.
– Так вот кого ваше лицо мне напомнило! Помню ли я вашего сына Карла? По прозвищу Крысобой? Ещё бы мне не помнить его – ему долго не давался маневр перестройки сотни в каре за время в десять мигов. Наместник нахмурился.
– Я никогда не слышал за ним такого прозвища.
– Ничего такого, граф Болленхейм, ничего такого. Может ли кто из ваших играть копьём так, чтобы нанизывать на остриё быстро шныряющих крыс?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111