ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Раздевайся, — тоном врача сказал он, — я хочу посмотреть, насколько серьезны твои раны.
Внутренний голос предостерегал ее против этого, но руки взялись за шнурки корсета и развязали их. Разум требовал от нее соблюдать приличия, а тело взывало к утешению. Отбросив корсет, она сняла панталоны и легла на полку. Риви опустился рядом с ней на колени и с серьезным видом принялся смазывать царапины тряпкой, смоченной в лекарстве.
— Господи, — выдохнул он, когда Мэгги вздрогнула от боли, — у тебя такой вид, будто тебя протащила по земле взбесившаяся лошадь.
Мэгги чувствовала к себе особенную жалость еще до того, как Риви начал возиться с ней, теперь же глаза ее наполнились слезами, а каждая царапина казалась зияющей раной и каждый синяк — переломом.
— Перевернись на живот, — сказал Риви, который, казалось, не замечал ни ее слез, ни обнаженной груди, так открыто и призывно тянущейся к нему.
Мэгги послушно перевернулась, ожидая более нежного отношения и внимания. Вместо этого ее звонко шлепнули по голой попке, и она услышала веселое:
— Здесь никаких повреждений!
Она снова перевернулась, чувствуя себя такой уязвимой, как никогда прежде.
— Останься со мной, — прошептала она.
Риви покачал головой и поднялся.
— Не сегодня, Янки, тебе и так уже порядком досталось. Тебе пора отдохнуть. — С этими словами он открыл сумку Мэгги и вынул первую попавшуюся ночную рубашку. — Вот, — сказал он, бросив ее Мэгги. Что-то металлическое шлепнулось на пол. — Надень это.
Мэгги замерла, прижимая к груди ночную рубашку и беспомощно глядя, как Риви наклонился и поднял с пола то, что упало, — «значок попрошайки», такой же, как и его.
Выражение его глаз было ужасным, когда он поднял взгляд от медальона, запачканного кровью, который лежал у него на ладони. Сине-зеленые глаза злобно уставились на Мэгги.
— Джеми… — выдохнул он. — Твой защитник — это был Джеми.
Мэгги уселась на колени, по-прежнему прижимая к груди рубашку. Сердце бешено заколотилось, а дыхание сделалось частым и прерывистым. Она медленно кивнула.
— И ты не собиралась рассказать мне? — Эти слова были произнесены так, что подействовали на Мэгги, как шипение змеи. Она почувствовала, что в глазах закипают слезы отчаяния. Все царапины и ссадины были забыты.
— Он взял с меня обещание…
По щеке Мэгги покатилась слеза.
Риви внезапно подошел к Мэгги и схватил ее подбородок.
— Что сделал?
— Он взял с меня обещание, что я не расскажу тебе, что видела его.
Риви поднял испачканный кровью «значок попрошайки».
— Это он дал тебе это? Или ты сняла это с него, когда Кирк с ним покончил?
Он считал ее сообщницей Дункана, и это ранило Мэгги намного больше, чем все остальное, что он мог бы сказать или сделать.
— Ты не понимаешь, — прошептала она, напрасно пытаясь вырваться из рук Риви. — Джеми не умер… это кровь Дункана, а не его…
В сине-зеленых глазах промелькнуло облегчение, но не жалость и не прощение.
— Ты унесла бы в могилу свою тайну и не сказала бы мне, что видела брата, — изумился он, — когда тебе известно, как долго и упорно я ищу его!
Мэгги не пыталась защищаться. Что еще могла она сказать, кроме того, что Джеми взял с нее обещание держать в тайне их встречу?
— О-он сказал, что т-тебе грозит опасность, е-если ты узнаешь…
Риви отпустил Мэгги так резко, что она испугалась. А потом, бросив на нее еще один испепеляющий, полный презрения взгляд, вышел из купе, хлопнув дверью.
Глава 15
Мэгги уже была готова к тому, что ее оставят на вокзале в Сиднее, бросят на произвол судьбы — так холодно вел себя Риви с того момента, когда неожиданно нашел медальон Джеми на полу купе. Но вместо этого ее впихнули в карету и повезли в дом, выходящий окнами на залив. В прихожей своего огромного дома Риви заговорил с Мэгги впервые с той минуты, как вышел из ее купе.
— Экономка присмотрит, чтобы ты хорошо устроилась, — сухо сказал он, стараясь не встречаться с ней взглядом. — Завтра утром зайди в театр «Виктория».
Филип Бригз расскажет тебе, что делать.
Мэгги буквально остолбенела.
— Мне… мне придется работать с Филипом? Но я думала, ты выставил его…
Теперь сине-зеленые глаза остановились на Мэгги, пришпилив ее к элегантным обоям.
— Нанял его опять, — последовал краткий ответ. — А что касается работы с Бригзом… Нищим, как говорится, выбирать не приходится, мисс Чемберлен.
Его тон больно задел ее, ведь они были так близки. Но у нее оставалась гордость, если ничего больше не было, и она ответила ему таким же злым взглядом.
— Очень хорошо, мистер Маккена, — холодно сказала Мэгги, поворачиваясь, чтобы подняться по широкой лестнице, держа в руке свою убогую сумку.
Риви остановил ее, схватив за локоть. Она вздрогнула — кожа там была такой нежной, — и он слегка разжал пальцы, хотя и не отпустил ее.
— В комнаты прислуги ходят по черной лестнице, — сказал он.
Комнаты прислуги… У Мэгги было такое чувство, будто ей дали пощечину, и щеки ее залила краска унижения. Все явно начало принимать другой оборот, подумала она про себя. Не больше сорока восьми часов назад Риви просил ее стать хозяйкой в его доме. А теперь ее отсылали в комнаты прислуги, несомненно, тесное, непроветриваемое помещение на самом верхнем этаже.
— Конечно, — весело ответила она, решив не плакать: для этого времени будет предостаточно.
Она собралась идти, но он по-прежнему держал ее руку.
— Должно быть, у Дункана для тебя были более роскошные апартаменты, — злым шепотом сказал он.
Внутри у Мэгги все бурлило, но внешне она сохраняла холодное спокойствие.
— На что же вы намекаете? — надменно спросила она.
— Ни на что, — ответил Риви, резким движением отпустив ее локоть. — Я буду какое-то время в море, — сказал он. — Если тебе что-нибудь понадобится, спросишь у Филипа.
Комната Мэгги располагалась на чердаке. Она была маленькой и жаркой, а потолки ее повторяли изгибы крыши. Там было только одно маленькое окошко, выходившее на задний сад, наглухо запертое.
Пол был дощатый, со множеством щелей. Никакого шкафа в комнате не было, только несколько крючков на внутренней стороне двери. У Мэгги не было сил распаковывать сумку, и она повалилась на узкую койку, втиснутую между стенкой и покатой крышей, и зарылась лицом в подушку, на которой не было наволочки. Выплакавшись — ей никогда не удавалось сдерживать слезы больше нескольких минут, — Мэгги теперь просто неподвижно лежала, жалея о том, что покинула Англию ради этого Богом забытого места, где красивые птицы не поют песен, а пышные цветы не благоухают. На какое-то время она отдалась своему горю, когда услышала, как дверь со скрипом отворилась. Мэгги замерла, боясь взглянуть. Но в сердце ее была надежда на то, что Риви смягчился и простил ее.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88