ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Но сейчас уже так поздно. Если они поедут к Винни, то вряд ли вернутся до темноты. И отец не слишком обрадуется, особенно потому, что его заранее не предупредили.
– Мы вернемся очень поздно, – произнесла она, но Дэвид только расхохотался.
Новое приобретение сделало его более беспечным, словно он немного выпил и мог завоевать весь мир. Дэвид небрежно похлопал рукой по спинке кожаного сиденья, приглашая ее сесть рядом с ним.
– На машине это всего полчаса, – весело сказал он, и Летти, неспособная больше сопротивляться, неуверенно открыла дверцу и скользнула на сиденье. А в Дэвида словно дьявол вселился. – Интересно, какое лицо будет у Альберта!
– Стемнеет раньше, чем мы вернемся.
Лицо Летти помрачнело. Должна ли она сказать о поездке отцу? Уехать, не предупредив его, оставив одного дома. Потом несколько дней будут испорчены его ворчанием и упреками. О, как она ненавидела эти дни!
– Сейчас середина лета, дорогая. Еще не скоро стемнеет. Сейчас только семь часов.
– Отцу время ужинать.
По лицу Дэвида Летти сразу поняла, что этого не следовало говорить. Но он быстро взял себя в руки. Ничто не могло испортить ему настроения.
– Если хочешь, мы можем взять его с собой, – сказал он без особого энтузиазма. В этот вечер он хотел видеть только ее. – Мы вернемся до темноты.
Полчаса туда. Час у них. Полчаса обратно. Но если ты предпочитаешь…
Летти бросила на него быстрый взгляд. Она прекрасно поняла, о чем он думает. Его радость быстро угасла при мысли, что нужно пригласить отца поехать с ними, а он, конечно, откажется, и она будет чувствовать себя несчастной.
Летти видела, что Дэвид изо всех сил старается сохранить бодрый вид, и она сама воспряла духом и мгновенно приняла решение.
– Необязательно, Дэвид. Он прекрасно пробудет несколько часов один. – Она уже вылезала из машины. – Подожди меня, я только надену шляпку.
Как всегда, когда она волновалась, в ее речи стал слышен акцент. Дэвид, довольный ее решением, улыбнулся ей.
Она нашла отца на кухне. В рубашке без воротника и со свисающими на бедра подтяжками, он перед зеркалом над раковиной подстригал свои усы. Ножницы замерли в его руках, он повернулся. Два алых пятнышка симметрично пылали на щеках Летти, от радостного блеска глаза казались еще более зелеными. Все было ясно без слов.
– Дэвид внизу.
Казалось, что у нее за спиной выросли крылья, и она вот-вот взлетит.
Она уже готова уехать со своим бесценным Дэвидом Бейроном, с горечью подумал Артур Банкрофт. Странно, что она вообще потрудилась сказать ему об этом. Его благодушное настроение моментально испарилось. Сегодня вечером он будет предоставлен самому себе, зная, что все ее внимание отдано Дэвиду Бейрону, и плевать, каково ему здесь одному.
– И угадай, папа, что он сделал! Он купил машину. Пойди посмотри. Она великолепна!
Отец хмыкнул, повернулся к ней спиной и принялся подстригать торчащие над верхней губой волосы. В маленьком, забрызганном водой зеркале отражались его выцветшие, полные ревности голубые глаза.
– Я полагаю, ты собираешься с ним уехать?
– Он хочет, чтобы мы съездили навестить Винни и…
– Лавинию! – прервал он ее, продолжая заниматься своими усами.
– Лавинию, – кротко повторила она. Сейчас было не время спорить. – Дэвид спрашивает, не хочешь ли ты поехать с нами? Тебе ведь будет приятно навестить Вин… Лавинию. Доставь себе удовольствие в выходные.
С таким же успехом она могла разговаривать с глухим.
– Я уже говорил раньше и скажу еще раз: никто не заставит меня сесть в этот вонючий громыхающий тарантас.
Краем глаза он увидел, как она напряглась, ее подбородок дерзко задрался. Он пожал плечами и продолжал приводить в порядок усы.
– Полагаю, тебе все равно, поеду я с вами или нет. Ты все равно поедешь. Хоть на всю ночь.
– Я никогда не уезжала на всю ночь, – ответила она обиженно. – Я всегда возвращалась до того, как ты пойдешь спать. По крайней мере, если ты шел спать в обычное время. Так ты едешь или нет?
Она знала его ответ.
Он коротко покачал головой.
– Я не собираюсь сидеть сзади вас, как третий лишний. Ты же не хочешь, чтобы я ехал с вами. И он не хочет, я это знаю.
– Ну… – она запнулась и поджала губы. – Он только спросил.
Она гордо подняла голову, повернулась на каблуках и решительно пошла в спальню, принадлежавшую раньше ее сестрам.
Через мгновение она появилась в кремовой шляпке, которая неплохо шла к голубому, цвета морской волны платью. Дэвид купил ей его на день рождения. Очень модное, узкое, достаточно короткое, чтобы были видны ее щиколотки. Летти была без ума от этого подарка.
Отец старался сделать вид, что не замечает ее, но она выглядела так привлекательно, ее фигура была так изящна, а щеки так пылали, что волна любви захлестнула его.
– Я ухожу, папа. – Ее резкий голос охладил на мгновение вспыхнувшую нежность.
Он хмыкнул и уставился в зеркало, наблюдая, как она выходит из комнаты. Ее каблуки сердито застучали по ступенькам.
– И не позволяй ему ничего делать с собой в его распрекрасной машине! – крикнул он ей вслед. Он услышал, как в магазине звякнул дверной звонок и как хлопнула дверь.
– Не позволяй ему, – пробормотал он тихо, словно опавшие листья прошелестели по тротуару. – Не позволяй ему забрать тебя у меня. Что я буду делать, если ты уйдешь?
Мгновение он смотрел на свое отражение в зеркале, потом отвернулся и уныло бросил ножницы на перевернутый медный поднос.
Мысленно он отправился за ними. Он видел горящие лица влюбленных, слышал их смех, его дочь уже не девушка, а женщина, которая после шести лет знакомства должна знать мужчину, который за ней ухаживает, каждый его дюйм. А знает ли она каждый его дюйм?
Он постарался не думать об этом, но мысли не слушались. На лице мужчины за рулем, должно быть, блуждала улыбка; он смотрел на дорогу. Женщина откинула голову на спинку сиденья, ее волосы выбивались из-под шляпки. Или нет, она, наверное, сняла шляпку, и ее волосы развевались на ветру.
У Лавинии они, вероятно, смеялись, болтая за чашкой чая, играли с его внуками, которых он сам редко видел, потому что его старшая дочь не часто приезжала к нему. До него никому нет дела. Чертова семейка! Проклятия проносились в его голове. Ты растишь их, заботишься о них, работаешь, потеешь, чтобы они были чуть лучше одеты, чуть лучше накормлены. И что получаешь взамен? Они превращаются в бесчувственных кукол, которые и знать не хотят дом, в котором выросли. Они слишком заняты, чтобы приехать туда, где родились и где живет их отец.
Затем, распрощавшись с Лавинией и Альбертом, они покинут их шикарный дом, сядут в автомобиль, медленно поедут в темноте… Артур Банкрофт отдернул на окне в гостиной толстую кружевную занавеску, белоснежную после недавней стирки и жесткую от крахмала.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91