ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Я слышала о болезни мозга, которая проявляется у животных именно так, – предположила Дориген. – И видела страдающего ею волка. Очень похоже. – Она кивнула девушке: – Если увидишь пену у его рта, нужно будет убить белку немедленно.
Даника настороженно и непонимающе повернулась к Дориген, и колдунья, заметив этот взгляд, удивилась, что такого она сказала, чтобы спровоцировать столь сильную реакцию.
– Персиваль друг Кэддерли, – повторила Даника. – Возможно, самый близкий его друг. Если ты думаешь, что у него бешенство, то столкнешься с бешенством Кэддерли, когда он узнает, что мы убили зверька.
Дориген поняла. Даника взглянула прямо на Персиваля и велела ему возвращаться к деревьям.
Затем спутницы повернулись к двери, и Даника громко постучала. Персиваль запрыгал по сучьям, направляясь туда, откуда он мог бы перескочить на водосток у нижнего края крыши. Зверек оказался бы как раз над дверями, он намеревался прыгнуть на Данику и остановить ее, но к тому времени, как Персиваль добрался до намеченной точки, Даника и Дориген устали ждать ответа на стук. Даника толкнула незапертую дверь и вошла в холл.
Там было темно и тихо. Даника осмотрелась и увидела тяжелое одеяло, занавешивающее маленькие оконца над дверью.
– Что это? – спросила Дориген.
Она никогда не была в Библиотеке, но догадывалась, что подобная атмосфера не вполне естественна для этого места. Где все жрецы? И почему волосы у нее на затылке приподнимаются?
– Ни разу не видела, чтобы тут было так, – ответила Даника.
Однако воительница не испытала ни подозрений, ни тревоги Дориген. Последние несколько лет она провела в Библиотеке Назиданий, это место стало для нее домом.
– Возможно, проходит какая-то церемония, – предположила она, – из тех, что я не понимаю.
Ничего не подозревающая Даника и вообразить не могла, насколько ее утверждение близко к истине.
– Фу-у!
Пайкел зажал свой короткий нос и затряс головой от жуткого смрада. Он резко повернулся и оглушительно чихнул, обильно обрызгав своего сурового брата.
Ничуть не удивленный (после стольких-то десятков лет, проведенных рядом с Пайкелом!), Айвэн не произнес ни слова.
– Так воняют тролли, – отметил Кэддерли.
– Паленые тролли, – отозвался Айвэн, утираясь.
Кэддерли кивнул и осторожно двинулся дальше по тропе. От Библиотеки их отделяли только три дня, и они шли по тому же пути, которым воспользовались Даника и остальные. Дорожка немного приподнялась, обогнула какие-то сучковатые кривые кусты и вывела на полянку, послужившую женщинам местом для лагеря.
Сердце Кэддерли неистово забилось, когда он подошел поближе. Он был уверен, что Даника останавливалась здесь, и, кажется, здесь же она столкнулась с гнусными троллями.
Зловоние чуть не лишило молодого жреца сознания, когда он, выдравшись из цепких кустов, споткнулся на краю прогалины перед омерзительными следами сражения.
Три гигантские туши, три глыбы, почерневшей, обугленной плоти лежали, загромоздив собой почти всю маленькую поляну.
– Похоже, они с ними справились, – заметил Айвэн уже увереннее, останавливаясь за спиной Кэддерли.
Пайкел завел свое «о-о-ой!», но неожиданно снова чихнул – как раз когда Айвэн опять повернулся к нему лицом. Айвэн ответил, стукнув Пайкела кулаком по носу, на что Пайкел отозвался, загнав конец своей дубинки между коленей брата и рванув в сторону, сбивая Айвэна с ног. Через секунду они вдвоем уже катались по земле, волтузя друг дружку.
Кэддерли, опустившись на четвереньки, рыскал по поляне, желая точно определить, что тут произошло, и не обращая никакого внимания на двух дерущихся дворфов. За последние несколько недель они устроили дюжину потасовок, но всякий раз выходили из них целехонькими.
Молодой жрец исследовал ближайшего тролля, быстро определив, что Шейли вонзила в него немало стрел, прежде чем его уничтожило пламя. Следующий тролль лежал поперек тропинки, далеко от кострища, и на его полусгоревшем теле не видно было никаких признаков ударов или ран. Кэддерли искал очень внимательно, даже перевернул обугленный труп на бок. Однако головни он не обнаружил, да и не похоже было, что в тролля бросили факел.
Он поднялся и вернулся к кострищу из камней, в котором разводили костер, надеясь разузнать, сильный ли горел огонь, когда напали тролли.
Айвэн и Пайкел прокатились как раз по золе, раскидав камни, слишком поглощенные борьбой, чтобы замечать юного жреца. Они врезались в тело третьего тролля, и покрытая волдырями ожогов кожа лопнула, выпустив наружу поток растопленного жира твари.
– Ёк! – взвизгнул Пайкел, вскакивая на ноги.
Айвэн последовал его примеру. Он схватил брата за грудки и пихнул Пайкела головой в куст, затем присел на мускулистых ногах и прыгнул следом, рухнув на брата, пресекая тем самым попытки Пайкела подняться.
Кэддерли, беспокоящийся за отсутствующих друзей и старающийся решить что-то важное, быстро устал от возни дворфов, но ничего не сказал. Он просто склонился над разметанным очагом и начал исследовать угли.
Юноша подозревал, что во время атаки языки костра не могли подниматься высоко, иначе тролли, испугавшись огня, переждали бы в засаде. Он также знал, что его друзья не остались тут после битвы – слишком уж сильно здесь воняло. А Даника и особенно Шейли, боготворящая природу, никогда не оставили бы горящий костер.
Как Кэддерли и ожидал, он не нашел ни одного крупного полена. Пламя было низким. Молодой жрец оглянулся на погибшего тролля и кивнул, уверяясь в справедливости своих догадок.
– Убери свои пальцы с моей шеи! – взвыл Айвэн, привлекая, наконец, внимание Кэддерли.
Пайкел стоял на краю поляны спиной к юноше, глядя, как рыжебородый Айвэн выпутывается из зарослей кустов.
– А ну убери пальцы! – прорычал он снова, хотя и смотрел прямо на Пайкела, застывшего с широко разведенными руками – в одной ничего не было, другая сжимала дубинку.
Айвэн, наконец, сообразив, что зря катит бочку на брата, остановился и задумчиво почесал бороду.
– Ну, если это не ты… – пробормотал он с подозрением.
Дворф подпрыгнул и развернулся, ожидая встретить в кусте за своей спиной врага. Да, неприятель действительно схватил Айвэна за шею, но при повороте дворфа последовал за ним, не попавшись Айвэну на глаза.
Зато Кэддерли с трудом сглотнул и невольно вскинул руку, прикрывая глаза.
– Ик, – вырвалось у Пайкела.
Рука тролля, отсеченная по локоть, но все еще живая, крепко вцепилась в Айвэна, кривые когти впились в шею дворфа.
– Что? – спросил Айвэн, готовый крутануться снова.
И побелел, заметив несущуюся к нему по дуге дубинку Пайкела. Все, что он мог сделать, – это зажмуриться и ждать сокрушительного удара по макушке, но Пайкел прицелился точно.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67