ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Вы рассердились… на меня, и, и хотя я не сделала… того, что вы… думали… я все же… обманывала вас.
Лорд Манвилл хотел что-то сказать, но она жестом попросила его дослушать. И рука, и, казалось, все ее тело дрожали.
– Нет, нет, я должна это сказать, – продолжала она. – Я долго думала об этом. Теперь мне ясно, что я… не должна была ехать в Лондон с майором Хупером, когда он попросил меня об этом… Мама этого не одобрила бы… Но в то время я думала лишь о Пегасе, а другого средства, чтобы не потерять его, не видела. Майор Хупер был добр ко мне, но я чувствовала… хотя и боялась признаться в этом даже себе… что было что-то странное в других… женщинах, ездивших на его лошадях. То же самое было у миссис Клинтон. Я была уверена, что маме она не понравилась бы, хотя она и была такой внимательной и заботливой. Но я была настолько глупа, что вообразила, будто она покупает мне все эти… платья как… подарок, потому что хочет… помочь мне. Я не знала, что… вы заплатите… за них.
– Кандида, – умоляющим голосом начал лорд Манвилл, но она снова подняла руку, прося его не перебивать, и он понял, что должен дать ей договорить. У него мелькнула мысль, что она, должно быть, не раз репетировала эту свою речь, готовя ее к тому дню, когда они встретятся.
– И когда вы увезли меня без… компаньонки – из тех, что сопровождают молодых девушек на светские мероприятия, – продолжала она, – и я стала жить в Манвилл-парке, где тоже не было женщин, я понимала… конечно, понимала… что это нехорошо. Внешне все выглядело вполне прилично, но меня не покидало ощущение, что мое поведение… достойно порицания, хотя я и чувствовала себя такой счастливой.
Голос ее задрожал, она запнулась на последнем слове, но затем, собрав все свое мужество, продолжала еще более жалобным голосом:
– Я не понимала, что… происходит, я знала лишь… что хочу быть… с вами. Затем, когда вы п-поцеловали меня, я поняла, что… люблю… вас, и мне… казалось, что… вы тоже… меня… любите.
– Я действительно люблю вас, – прошептал лорд Манвилл, пристально глядя ей в лицо, будто не в силах отвести взора.
– Н-но, – неуверенно произнесла Кандида, – из-за своей неотесанности и глупости я решила, будто это значит, что мы… п-поженимся и навсегда будем вместе.
– Так и должно было быть, – прервал ее лорд Манвилл.
Кандида покачала головой:
– Я увидела ваше… лицо в ту н-ночь, во время ужина, и поняла, что вы… этого не хотите… и что… что-то не в порядке.
– Это со мной было не все в порядке, Кандида.
Она отвернулась.
– Нет! Это потому, что я обманывала вас, – сказала она, и ему больно было слышать самообвинение, звучавшее в ее голосе. – Я спросила дедушку об Арджилльских комнатах, о Моттс и о заведении Кейт Хэмилтон, и он ответил, что леди не должны даже знать об этих местах, не то что посещать их. И я поняла… что вы… не считаете меня… леди.
– Кандида, не мучайте меня! – взмолился лорд Манвилл. – Это была ужасная ошибка.
Казалось, что Кандида не слышит его, потому что она продолжала:
– Если бы я, проявив честность, сказала вам правду, то, возможно, все было бы в порядке. Но я б-боялась, что вы п-прогоните меня, и мне придется расстаться с Пегасом. Поэтому я притворилась, будто собираюсь делать то, что вы хотите, но вместо этого я помогала Адриану писать стихи! А потом… приехали… эти женщины.
– С такими женщинами вы никогда не должны встречаться, вам не следовало бы даже знать о том, что они вообще существуют! – воскликнул лорд Манвилл.
– Чем больше я д-думала обо всем этом, тем яснее осознавала, что я… одна… из них, – сказала Кандида, и на ее бледных щеках выступил румянец. – Именно для этого… миссис Клинтон одела меня в это вульгарное… белое платье, а майор Хупер повел в Гайд-парк – для того, чтобы я стала одной из них. А вы или кто-то… вроде вас платил высокую цену за Пегаса и… за меня. Это я во всем виновата, и мне… стыдно.
Голос ее дрогнул, и из глаз по щекам полились слезы.
– Не надо, Кандида, умоляю вас, не плачьте.
– Остается еще… одно, – сказала Кандида все тем же низким, полным отчаяния голосом. – Я не говорила ни дедушке, ни бабушке, что была в Лондоне, что жила у вас в Манвилл-парке. Я не хотела больше… лгать, но думала, что это… причинит им боль, что они не поймут. И сейчас они пребывают в уверенности, что я поехала к ним сразу же после того, как… папа умер, а синяки и царапины у меня – из-за того, что я упала по дороге. Это была… ложь, но, наверное, не очень… страшная ложь.
Она просяще заглянула ему в глаза, будто желая увидеть в них согласие.
– Не только не страшная, но совершенно необходимая, – мягко сказал лорд Манвилл. – Вы поступили абсолютно правильно. О таких вещах, Кандида, только леди стала бы думать – очень порядочная леди.
Она повернулась к нему, и он увидел в ее глазах немой вопрос, а на темных ресницах – слезы, похожие на капли росы.
– Значит, вы… не презираете… меня? – спросила она. Он взял ее руки в свои. Чувствовалась дрожь ее пальцев, но рук она не убирала.
– Кандида, – нежно сказал он. – Не окажете ли вы мне честь стать моей женой? Я не могу жить без вас.
На мгновение она замерла, а затем сказала:
– Вы просите меня… выйти за вас замуж потому, что… чувствуете, что вам надо сделать это… так как я нашла… своих… родственников?
– Нет, это неправда, – резко сказал он и почти до боли сжал ее пальцы. – Я прошу вас об этом потому, что люблю вас, Кандида; потому, что уважаю и почитаю вас; потому что вы нужны мне, и потому, что без вас не могу. Все, что случилось, – целиком моя вина; не ваша – моя, потому что я был слеп и чудовищно глуп. Но вы должны попытаться простить меня… попытаться понять.
Он в отчаянии чувствовал, что его слова ее не убеждают.
– Я совершил, – продолжал он, – очень много плохого за последние годы, Кандида. И не стану скрывать, что вы были бы шокированы моим поведением, возможно, почувствовали бы даже отвращение. Мне нет оправдания, кроме того обстоятельства, что однажды кое-кто заставил меня страдать, и я этого так и не забыл. С тех пор я относился к женщинам с подозрением; я думал, что все они одинаковы: стремятся получить побольше, любят только тогда, когда за эту любовь будут вознаграждены деньгами или положением в обществе. Поэтому, встретив вас, моя дорогая, я не мог предположить, что вы так отличаетесь от них, что вы так… чисты.
– Боль вам причинила… женщина? – полуутверждающе спросила Кандида. – Я была уверена… в этом.
– Вы так думали? – удивился он.
– Да, – ответила Кандида. – Я была убеждена, что какая-то… женщина… нанесла вам душевную рану, и я оказалась… права.
– Вы всегда были правы, – сказал он. – Кандида, меньше всего мне хотелось бы, чтобы слова мои прозвучали драматично, но если вы откажете мне, то жизнь моя придет в упадок и станет такой бесцельной и никчемной, что мне останется только надеяться, что она долго не продлится.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58