ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Ты ведь хочешь меня? — Это была констатация победы, а не вопрос.
— Да… нет… черт бы тебя побрал… — выдохнула она.
Голос у нее дрожал, когда он прикусил ее сосок и почувствовал, что вспыхнувший в ней гнев уступил место безудержному желанию. Не в силах отказать себе в удовольствии наблюдать за игрой чувств на ее лице, Кэм оторвался от ее груди. Ответом был всхлип.
— Спокойно, Хелен, — прошептал он, скользя рукой по ее животу. — Позволь мне просто любить тебя. Как мне и предначертано.
Рука скользнула еще ниже, лаская через ткань ночной рубашки треугольник нежных завитков. Кэм чувствовал себя бесстыдным, невероятно возбужденным от беспомощного желания на ее лице, в ее дыхании, в ее трепете. Она покраснела, отказываясь встретиться с ним взглядом, когда он касался ее, и ему захотелось прочесть мысли Хелен. Он ведь так близок к тому, чтобы овладеть ею.
Остановит ли она его? И сможет ли он сам остановиться? Нет. Слишком долго они были порознь. Ночь слишком быстро заканчивалась. Пульс отстукивал бешеный ритм, плоть трепетала, но Кэм все равно продолжал ласкать Хелен, скользя руками по ее телу, боготворя ее. И пытался не дать ей разбить ему сердце, сохранить какую-то небольшую часть себя, получив при этом то, чего он так отчаянно желал.
Но это бы у него просто не получилось. Кэм сразу это понял. Он восхищался ее реакцией на его прикосновения; словно у горячей кобылки, дрожь пробегала по ее телу, когда он пощипывал зубами кожу от шеи до груди, потом до живота и обратно.
Он вдруг заставил себя остановиться, сел на пятки. Шерстяная ткань брюк натянулась на сильных мускулах бедер и возбужденной плоти. Хелен дышала хрипло и прерывисто, ночная рубашка распахнулась, волосы разметались. Она уже не скрывала своего желания.
Кэму было так приятно видеть это. О да! Заставив себя дышать ровнее, он скользнул по ней взглядом и увидел, как она снова залилась краской стыда. Она безуспешно пыталась запахнуть ночную рубашку, но влажная ткань прилипала к набухшим соскам, создавая еще более чувственную картину.
— Боже, ты действительно прекрасна, Хелен! Такая изысканная красота! Такая необузданная страсть.
В ее глазах опять сверкнул гнев.
— Ты, значит, так думаешь обо мне, Кэм? — прошептала она. Ее боль и горечь пронзили его, словно острый нож. — Ведь я такая же, как моя мать, да? Ты не можешь просто насладиться женщиной, зная, что дорог ей? Что она хочет одного тебя?
Чтобы не слышать невыносимых для него слов, Кэм прижал ее руки к спинке кровати и вновь припал к ее губам в яростном поцелуе. Удерживая ее одной рукой, он дернул вверх подол ее ночной рубашки, но, коснувшись пальцами горячей влаги у нее между ног, обнаружил, что изумил тем самым не Хелен, а себя.
Она уже ждала его. Сладостный и мучительный запах ее желания наполнил его ноздри, едва не лишив остатков самообладания. Он хотел немедленно вонзиться в нее, просто отдать себя Хелен. Но он не мог.
Медленно, очень медленно он скользнул пальцами в ее лоно. Настолько тугое, что она словно втягивала его в себя. Пожалуй, этой чувственной метафорой нужно охарактеризовать все его отношения с Хелен.
Он поцеловал ее, и она снова застонала. Кэм отстранился, поднес к губам руку, влажную от ее желания, его понимающий взгляд встретился с ее взглядом. Хелен сделала какое-то неловкое движение и отвела глаза. Он схватил ее руку и прижал к своей плоти, донельзя возбужденной.
— Просто возьми меня, Хелен, — прошептал он. — Не надо больше никаких разговоров.
На этот раз она, не мигая, посмотрела на него.
— Ты хочешь, чтобы я была с тобой бесстыдной, Кэм? Хочешь просто взять меня… утолить наше желание без всякой интимности и честности? — Не услышав ответа, Хелен дернулась под ним, снова высвободила руки. — Ты хочешь только этого? Только это ты готов принять?
Ее боль и возмущение стали для Кэма последней каплей.
— Я не знаю, — признался он в темноте. — Знаю только, что ты нужна мне, Хелен. И чтобы получить тебя, я готов на все… — заплатить тебе, жениться на тебе или продать душу самому дьяволу.
— С дьяволом разбирайся на его условиях, Кэм. А вот мои условия. Можешь оставить себе и деньги, и кольцо, и душу! — Она подняла рубашку, обнажая бедра, живот, грудь, пока не оказалась совершенно нагой, пока Кэм не почувствовал, что не может ни дышать, ни думать.
Она дергала застежку на брюках, стягивала их, выпуская на свободу его плоть, и наконец упала на него.
— Думаю, ты боишься правды, — прошептала она. — Пусть я даже испорченная, но по крайней мере честна. Да, я хочу тебя. Да, я буду с тобой распущенной. У меня даже есть некоторое представление о том, как это делается, если ты помнишь.
Хелен обхватила рукой его плоть и склонилась над ней.
Кэм ахнул, невольно схватившись руками за столбик полога, когда она, сначала неловко, взяла его плоть в рот. Но постепенно ее губы становились все более жадными, втягивая плоть все глубже, длинные, темные волосы чувственно струились у нее по спине.
— О Хелен! — тихо выдохнул он, пытаясь не закричать в темноте. Она уже более уверенно прикасалась к нему, лаская его плоть то пальцами, то губами, пока он не почувствовал, что сейчас умрет от наслаждения. Когда его бедра напряглись, Хелен сильно толкнула его на сбившиеся простыни, но не остановилась, стремительно увлекая к рубежу, за которым его ждала яркая, ослепляющая вспышка.
Он хотел… ах, как он хотел… Его пальцы вцепились в простыню, голова запрокинулась, он был так близок… ах, как близок… к тому, чтобы потерять себя. Потерять рассудок. Потерять… контроль над собой.
Внезапно Хелен почувствовала, как он дернулся под ней, а через секунду уже перевернул ее на спину, пригвоздив к матрацу тяжестью своего огромного тела и пронзительным жаром глаз.
— О нет, Хелен. — Насмешливая улыбка тронула его губы. — Не так быстро.
Тут Хелен поняла, что ей не миновать неизбежного, однако все равно сопротивлялась, когда он со стоном попытался раздвинуть ей ноги коленом.
— Откройся для меня, дорогая.
Хелен упрямо покачала головой. Никогда еще она не испытывала такого ужаса и одновременно такого восторга. Но боялась она себя, а восторгалась им. Красотой его обнаженного тела. Остатки былой сдержанности и учтивости Кэма давно исчезли. Она снова покачала головой.
— Все зашло слишком далеко, Хелен, — настойчиво убеждал он, начиная ласкать ее. — Ты не можешь остановиться на этом. Откройся для меня. Ты увидишь, я кое-что умею.
Хелен дрожала, понимая, что не сможет долго противиться ему. Кэм желал отгородиться от ее любви, от глубины своих чувств, но она все равно хотела его и была готова отдаться на его условиях, пусть даже не устраивающих ее. Да! Она хотела его и молилась, чтобы он не понял, насколько велико это желание.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92