ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Я лично верю этому так же, как и тому, что улицы Бардули вымощены золотом… – буркнул претор, выбрав для примера самый заштатный городишко во всей Италии.
– И я тоже, – вставил Сулла.
– Я могу тебе чем-нибудь помочь? – спросил Помпей Руф, беря из рук кабатчика заказанные вино и воду, и тут же поднял на того возмущенный взгляд. – И то, и другое просто отрава! Ах ты змея!
– Попробуйте найти на Виа Нова что-нибудь получше! – парировал хозяин и поспешил ретироваться туда, где ему были бы не слышны протесты посетителя.
– Нет, я сам со всем управлюсь, – ответил между тем Сулла, по виду которого никак нельзя было сказать, чтобы он переживал.
– Я назначил слушание через три дня у пруда Куртия. К счастью, теперь действует закон Ливия, так что половина судей будут сенаторы. Это гораздо лучше, чем быть судимым одними всадниками. Им ненавистен сенатор, которому удалось разбогатеть за счет других. Для себя же они оставляют это право! – с отвращением промолвил Помпей Руф.
– Но почему слушание будет в суде по делам о государственной измене, а не в суде, занимающемся делами о мздоимстве? – спросил Скавр. – Ведь он обвиняет Суллу в получении взятки?
– Ценсорин утверждает, что взятка эта была дана за раскрытие намерений и действий Рима на Востоке, – отозвался претор.
– Я вернулся оттуда с договором… – сообщил Сулла вновь пришедшему.
– Это правда. И с каким! – горячо подхватил Скавр.
– Сенат ратифицирует его? – осведомился Луций Корнелий.
– Обязательно. Это тебе обещает Эмилий Скавр!
– Я слышал, тебе удалось заставить парфянцев и царя Армении глядеть на тебя снизу вверх, – усмехнулся городской претор. – Молодец, Луций Корнелий! Так им и надо, этим заносчивым восточным правителям!
– Думаю, Луций Корнелий намерен пойти по стопам Попиллия Ленаса: в следующий раз он очертит круг, через который те не посмеют переступить… – улыбка на губах принцепса сената вдруг сменилась жесткой складкой. – Что меня действительно интересует – так это откуда у этого Ценсорина сведения о событиях, происшедших за тысячи миль отсюда, на берегах Евфрата.
– Полагаю, он действует по подсказке одного из восточных правителей… – осторожно заметил Сулла, не зная, придерживается ли принцепс сената по-прежнему того мнения, что царь Понта опасности для Рима не представляет.
– Митридата Понтийского? – тут же отреагировал Скавр.
– Если бы это было так, ты бы огорчился? – усмехнулся Сулла.
– Я привык верить в чужую добропорядочность, Луций Корнелий, но я не слепой… – Скавр поднялся из-за стола, кинул подошедшему трактирщику несколько денариев и приказал: – Поднеси-ка этим еще из твоих запасов.
Клоатий хотел было ответить шуткой, но Скавр уже отвернулся и пошел прочь, чертя пальцем что-то в воздухе.
– Чудной старикан! – весело проговорил хозяин, ставя на стол новую емкость с вином. – Что бы мы без него делали?
Сулла и Помпей Руф уселись поудобнее и продолжали беседу.
– У тебя разве сегодня свободный день? – спросил Сулла.
– Я оставил заниматься делами в трибунале молодого Фанния. Ему пойдет на пользу общение со склочным римским людом, который приходит ко мне на прием.
Некоторое время они в молчании потягивали вино, которое, всем было известно, здесь было не таким уж плохим. Неловкости в общении, несмотря на уход Скавра, они не чувствовали. Первым нарушил задумчивое молчание Помпей Руф:
– Луций Корнелий, ты собираешься выдвигать свою кандидатуру в консулы в конце года?
– Вряд ли, – посерьезнев, отозвался Сулла. – Я хотел это сделать, надеясь, что заключенный мною выгодный для Рима договор с парфянами произведет здесь фурор. Но вместо этого форум даже не шелохнулся при этом известии, не говоря уже об этом болоте, сенате. Так что теперь у меня остается единственная возможность: подкуп избирателей. Однако, на мой взгляд это было бы пустой тратой денег. Рутилий Лупус и подобные ему в состоянии предложить им за их голоса вдесятеро больше…
– Я тоже хотел бы стать консулом, – так же серьезно проговорил городской претор, – но сомневаюсь, что мое происхождение мне это позволит. Я ведь родом из Пицена.
– Но ведь выбрали же тебя претором, – широко раскрыл глаза от удивления Сулла. – Это что-нибудь да значит!
– Тебя выбрали на тот же пост два года назад, однако ты считаешь свои шансы невысокими… – возразил Помпей Руф. – А коль уж бывший претор, патриций из рода Корнелиев не верит в свой успех на выборах, то на что надеяться мне, хотя и не совсем безродному, но провинциалу?
– Верно я из рода Корнелиев. Но моя фамилия не Сципион, и Эмилий Паулл не приходится мне дедом. К тому же я никогда не был хорошим оратором, и до того, как я стал городским претором, завсегдатаи форума не отличили бы меня от какого-нибудь евнуха. Все свои надежды я возлагал на этот исторический пакт с парфянами и на то, что мне первым среди римских полководцев удалось побывать к востоку от Евфрата. Однако, все взгляды сосредоточены не на мне, а на Друзе и его деяниях.
– Если он решит баллотироваться в консулы, то пройдет.
– Если против него выставят кандидатуру Сципиона Африканского и Сципиона Эмилиана, то успех Друза неизбежен. И, признаюсь, Квинт Помпей, я и сам восхищен тем, что он делает.
– И я тоже, Луций Корнелий.
– Ты полагаешь, он прав?
– Да.
– Верно. Я тоже так думаю.
За столом снова воцарилось молчание. Остальные посетители таверны с почтительным любопытством пялились на двух государственных мужей в парадных тогах.
– А как ты посмотришь на то, – вновь заговорил Помпей Руф, вертя в руках пустой кубок, – чтобы подождать еще пару лет и баллотироваться вместе со мной? Мы с тобой оба городские преторы, оба военные и имеем хороший послужной список, оба немолоды и оба располагаем кое-какими средствами. Избирателям такой союз наверняка придется по нраву, так как обещает хорошее взаимодействие между консулом и заместителем. Вместе, думаю, шансы у нас окажутся выше, чем поодиночке. Что ты на это скажешь, Луций Корнелий?
Взгляд Суллы остановился на багровом лице Помпея Руфа, его ярко-голубых глазах, неправильных, чуть кельтских чертах, копне вьющихся рыжих волос. После короткой паузы Луций Корнелий произнес:
– Я скажу, что это была бы превосходная пара! Двое рыжих с разных флангов сената: любо-дорого посмотреть! Такой союз способен завоевать симпатии нашего придирчивого, капризного электората. Они любители поострить – а что может быть лучшей мишенью для острот, чем двое консулов одной масти и статей, но из разных конюшен? – Сулла протянул собеседнику руку. – Так мы и сделаем! К счастью, седины или лысины, которые испортили бы весь эффект, ни у одного из нас нет, друг.
– Значит, договорились, Луций Корнелий! – стиснул Помпей Руф протянутую ему руку и просиял.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137