ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   принципы идеальной Конституции,   прогноз для России в 2020-х годах,   расчет возраста выхода на пенсию в России закон о последствиях любой катастрофы

 


Зачем же, друг Камилл, ты нас осиротил? Знамена якобинцев ты с древка приспустил. Ты Робеспьера предал, тебе милей Клермон, В цепях у Гименея тебе монарх — закон. Идешь судьбе навстречу, но твой неровен шаг. Но почему? Отвечу: король — твой бывший враг. Ты женушке подвластен, тебе милее знать, Ты хочешь хлеб посеять, а камни пожинать. Наш славный брат, мы верим, Ты к нам вернешься вновь. Ведь Родины доверье — Важнее, чем любовь.
В четверостишии, обращенном к Люсиль, он пишет:
Мадам, о, сжальтесь над страной и прекратите тризну. Негоже вам владеть одной тем, кто спасет Отчизну! Он стоит тысячи бойцов, врага сразит один, Защита матерей, отцов — наш юный гражданин. Дележ пусть будет справедлив: Вас ночь спалит огнем, Республика же в нем найдет поддержку ясным днем.
Через несколько дней более умеренные газеты повели на Демулена утонченно-коварные атаки. Одна из них, с длинным названием «Противоядие или Амулет против коварных резолюций, интриг, ошибок, лжи, клеветы, пагубных принципов, распространяемых ежедневными газетенками», утверждала, что после женитьбы Камилл безнадежно поглупел.В номере от 12 марта 1791 газета писала: «Посмеемся же над бедным Демуленом! С тех пор как он надумал жениться, отчаяние его так велико, что он совершенно потерял голову и не понимает ни что говорит, ни что пишет в своих статейках…»В следующем номере утверждалось, что у Люсиль такой бурный темперамент, что Камилл просто не в состоянии удовлетворить все ее требования.В номере от 15 марта «Противоядие» позволило себе шутки, слишком смелые даже для французов.Редактор сочинил письмо от имени Люсиль, сопроводив его ответом редакции.«Я возмущена, господа, той убежденностью, с которой вы позволили себе, в номере от 19 апреля, на страннице 298-й, утверждать, что „с тех пор как Камилл женился, он в отчаянии от того, что до сих пор не переварил свою женитьбу“, и я требую, чтобы вы взяли назад свои слова и перестали оскорблять темперамент моего мужа».Ответ звучал так:«Мадам,Когда мы помещали в нашей газете параграф, на который вы жалуетесь, мы имели в виду только его странный внешний вид, который, по правде говоря, сильно наводит на мысль о рогах. Мы были совершенно уверены в своей правоте, но ваше очарование так чудесно подействовало на нас, что мы поняли, что ошиблись. Поэтому мы изымаем из текста оскорбившие вас строки, а также все то, что могло вам не понравиться в номере 19. Мы не любим ссориться с грациями, а тем более сердить и оскорблять их. Не желая беспокоить ваш покой клеветой, мы сделаем все, чего бы вы от нас ни потребовали, даже если нам придется хвалить вашего мужа. Поверьте, мадам, в нашу искренность.Если бы нам было позволено устроить вам счастливую жизнь,Каждый из нас с радостью сделал бы это…»Да, это действительно было слишком даже для французов. * * * В апреле некоторые пасквилянты позволили себе сравнить излишества, которым предавался Мирабо якобы слишком, бурной семейной жизнью Камилла Демулена. Один из них написал следующие, вызывающие изумление слова: «Остерегайся, гражданин Демулен, не дай увлечь себя на опасные склоны чувственной любви. Посмотри, куда эти удовольствия завели нашего великого Мирабо-патриота. Пекись о своем здоровье. Поставь заслон желаниям гражданки Демулен. Потребуй от нее, чтобы она не расходовала для удовлетворения собственных желаний твои силы, которые ты должен беречь для спасения нации. Да и все остальные патриоты должны поступать так же. Кровать, в которой лежит супружеская пара, так же опасна для Родины, как все те аристократы, которых мы арестовали или повесили. Чтобы быть крепким телом и духом, каждый гражданин должен был бы на время отказаться от сластолюбивых желаний своей супруги или любовницы и даже спать в отдельной постели» О сладострастии как преступлении против нации (1791).

.Надо ли говорить, что никто не принял этой идеи — двух республиканских кроватей…Анонимный автор этого памфлета забыл — а может быть, и не знал никогда, — что вот уже тысячу лет никто во Франции не совершал ни одного важного дела, не переспав сначала с хорошенькой девушкой…После смерти Мирабо Двор лишился союзника, и Людовик XVI решил, что им пора покинуть Париж. Берлина, изготовленная Жаном-Луи, была готова уже 12 марта Это была огромная, зеленая, чрезвычайно роскошная карета, снабженная всеми удобствами. «Подушки, на которых сидели путешественники, прикрывали различные удобства и ночные вазы полированной меди. Там была большая плита и поставец на 8 бутылок вина. Кучер сидел на ящике с инструментами, которые могли понадобиться в дороге в случае аварии». После ареста в Варение эту берлину несколько лет использовали как дилижанс. Потом она сгорела.

. Ферзен перегнал ее во двор своего дома, находившегося на углу авеню Матиньон и предместья Сент-Оноре.Потом карету переправили к Кроуфорду на улицу Клиши, и госпожа Салливан разложила в ней необходимое. Но план побега не был еще готов.Подталкиваемый Марией-Антуанеттой, Аксель написал (симпатическими чернилами) королю Швеции и Мерси-Аржанто, чтобы в честь приезда короля Людовика XVI к границе был организован небольшой военный парад; он написал Буйе, что в Меце необходимо созвать парламент, который объявит незаконным Национальное собрание; Шуазеля он предупреждал, что вдоль дороги и на границе необходимо собрать войска.Когда все было готово, он начал тщательно изучать маршрут. Мо, Монмирай, Шалон, Сен-Менеу, Варенн, Дун, Стене, Монмеди… Предложил этот маршрут Буйе.Потом Ферзен отправился к королю и получил разрешение, которое расценил как величайшую милость: он должен был стать кучером берлины, которая повезет его дорогую Марию-Антуанетту. * * * Им нужно было урегулировать еще много деталей, но ситуация с каждым днем ухудшалась, и было решено ехать. 22 апреля Ферзен написал барону Таубе: «Их Величества подвергаются сейчас страшной опасности, о них говорят ужасные вещи; их больше не уважают, их жизням публично и безнаказанно угрожают…»Наконец отъезд, который десять раз откладывали, был назначен на полночь 20 июня.Увы! В последний момент шведа постигло горькое разочарование! Людовик XVI объявил ему, что он должен будет покинуть карету после поста Бонди. Удивительное решение, особенно если учесть, что Ферзен, досконально изучивший все этапы маршрута, был способен лучше, чем другие, благополучно довезти беглецов до места. Но, как пишет Андре Кастело, «возможно, что муж Марии-Антуанетты считал неприличным путешествовать под покровительством любовника своей жены… во всяком случае, этого человека, которого все окружающие именно так воспринимали» Андре Кастело. Трагедия Варенна. Ср. Воспоминания герцога де Леви: «Было во многих отношениях неприлично, чтобы господин де Ферзен занимал в этом опасном предприятии место, которое по праву должно было принадлежать знатнейшему французскому дворянину».

.Как бы там ни было, скорее всего именно это устранение и стало первопричиной провала, вызвавшего крушение монархии.20 июня, в десять часов вечера, Ферзен, переодетый кучером, приехал в наемном экипаже за дофином, переодетым девочкой, госпожой Руаяль и гувернанткой двух принцев. Медленно, как будто он вывез пассажиров на прогулку, Ферзен направился к Сене, пересек площадь Людовика XV, поехал по улице Сент-Оноре, потом по улице Эшель и остановился на углу небольшой площади, возле Пти Каруссель, где их должны были ждать король, королева и госпожа Элизабет Сейчас это угол улицы Эшель и Риволи.

.В полночь все были на месте. Людовик XVI был в сером сюртуке и круглой шляпе, Мария-Антуанетта прятала лицо за густой вуалью.Ферзен усадил монархов в карету и снова взял вожжи в руки. Он поехал к воротам Сен-Мартен, где была спрятана большая берлина.Вся королевская семья молча пересела из одной кареты в другую, а швед занял место между двумя кучерами.В половине третьего коляска отправилась в путь «с курьерской скоростью». Через полчаса они были уже в Бонди. С тяжелым сердцем Ферзен спрыгнул с козел. Он подошел к дверце, снял шляпу и сказал с дрожью в голосе:— Прощайте, госпожа де Корф!Берлина тронулась…Но уже на рассвете маленькая процессия, лишившаяся умелого руководителя, замедлила скорость. Бегство превратилось в прогулку; король вышел из экипажа, заговорил с крестьянами, потом они остановились, чтобы выпить вина, дофин начал собирать цветы…А 21-го, в половине первого ночи, королевскую семью догнали в Варение люди Лафайетта…Несмотря на все свои усилия, Ферзен не смог спасти женщину, которую так любил…Монархов оскорбляли, почти силой заставив сесть в карету. Толпа вокруг них кричала:— В Париж! В Париж, там мы их расстреляем!Все увидели, как побледнела Мария-Антуанетта, и некоторые подумали, что ей страшно.Но она наклонилась к герцогу де Шуазелю и спросила:— Как вы думаете, господин де Ферзен спасся?..В момент, когда рушилась вся ее жизнь, она думала о судьбе Ферзена… ГОСПОЖА ДЮПЛЕ ПОГИБАЕТ ОТ ЛЮБВИ К РОБЕСПЬЕРУ Никогда не поздно накинуть петлю на шею. Этюд о женитьбе Жюль ТЬЕБО После возвращения из Варенна Людовик XVI был отстранен от власти и помещен под стражу. Ни один король Франции никогда еще не был в подобном положении. Эта ситуация была затруднительна для всех: она раздражала монархов, но и депутаты оказались перед проблемой — лишение короля власти «не устранило ни одной трудности».Как пишет Пьер Гаксот, депутаты не могли решить, «будет ли король лишен власти навсегда? Кто тогда станет его преемником? Если маленький дофин, то кому быть регентом? Нужно ли, независимо от того, кто станет следующим монархом, следовать конституции или лучше будет провозгласить республику? Какую республику? Народную, на базе плебисцита, или республику, где трибун, как Цезарь, получит почти диктаторские полномочия?.. С другой стороны, было совершенно очевидно (и многие вынуждены были это признать, хотя бы в душе), что король не хочет покидать Францию. Иначе он не бежал бы к дальней, восточной границе. Он выбрал бы более короткий путь, на север, через Лилль или Мобеж, как это сделал до него граф Прованский, бежавший ночью, при подобных же обстоятельствах. Наконец, без короля рушились все планы Учредительного собрания… Поэтому было решено объявить раз навсегда, что короля похищали. Благодаря этой выдумке декретами от 15 и 16 июля король восстанавливался во всех своих правах. Для большего правдоподобия было даже открыто следствие против Буйе и его сообщников, объявленных виновниками похищения».Такое решение совершенно не устраивало кордельеров и якобинцев: они хотели полного отрешения короля от власти и замены королевской власти «конституционными методами». Они составили петицию, призывавшую Собрание считать короля отрекшимся от престола. 17 июля они отнесли этот документ на «алтарь Родины», на Марсово поле, чтобы собрать там подписи. Пропаганда была хорошо организована — там собралась порядочная толпа.Национальное собрание, чрезвычайно обеспокоенное этим сборищем, приказало Лафайетту, командующему национальной гвардией, и Бани, мэру Парижа, разогнать толпу. Войска окружили Марсово поле. К полудню собравшиеся там люди обнаружили под алтарем двух странных субъектов — какого-то инвалида и цирюльника, «которых нездоровое любопытство загнало в это странное место, откуда они разглядывали икры собравшихся гражданок». Их немедленно обвинили в попытке взорвать помост и растерзали, возбужденная толпа требовала смерти короля и всех членов Национального собрания. Потерявший терпение Лафайетт попытался восстановить порядок. Именно в этот момент какой-то хулиган — никто так никогда и не узнал его имени — выстрелил из пистолета. Немедленно вступил в силу закон военного положения, и гвардейцы разрядили ружья в толпу. На скамьях остались лежать пятьдесят два убитых.В тот момент, когда на Марсовом поле происходили эти кровавые события, Робеспьер и его друзья бурно спорили в Клубе якобинцев. В восемь часов, узнав о побоище, они немедленно разошлись.— За мою голову уже наверняка объявлена награда, — сказал с перекошенным лицом Робеспьер.Один храбрый столяр, гражданин Морис Дюпле ходивший на все заседания клуба, подошел к нему:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   циклы национализма и патриотизма и  пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и 
загрузка...