ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Так они стояли, застыв на месте, а быстро приближающийся всадник увеличивался в размерах, и стало ясно, что это – Алиса.
Выстроившиеся в тонкую линию драгуны оставались на местах, когда она галопом скакала мимо них, но с беспокойством поглядывали на своего офицера, ожидая приказаний. В свою очередь лейтенант Вестон смотрел на Осборна, который явно пришел в замешательство, как и его люди, от таких перемен в его планах и, как по волшебству, ряд драгун расступился, пропуская Алису.
Она подъехала к Пруденс и остановила лошадь.
– Слава Богу, с тобой все в порядке! – воскликнула она, наклоняясь, чтобы обнять сестру.
– Какого черта вы затеяли эту игру, Гамильтон? – прорычал Осборн, пронзая Филиппа гневным взглядом.
Филипп сам не понимал, что происходит. Алису посвятили в подробности сюжета, но так как она сама представляла собой ценную добычу для совершения сделки, отец приказал ей оставаться в Стразерн-холле. И она согласилась. Однако, она была здесь. Почему?
Алиса еще раз обняла сестру, но продолжала что-то оживленно говорить, как догадался Филипп, успокаивала ее. Потом он заметил, что Пруденс исподтишка взглянула на Томаса, потом на лес. Филипп чуть не застонал. Очевидно, Алиса, решила, что Пруденс должна знать детали плана, чтобы должным образом исполнить свою часть, и потому рискнуть всем и поговорить лично с ней.
Боясь, что мысли Осборна были как две капли воды похожи на его собственные, Филипп приложил все усилия, чтобы отвлечь его. Он повернулся к лондонцу, недовольно поджав губы.
– Не ожидал увидеть здесь госпожу Алису, хотя я знаю, насколько она близка к своей сестре. Могу признать, что она была в отчаянии, и решила, во что бы то ни стало приехать.
Осборн, прищурясь, смотрел на Пруденс и Алису, все еще возбужденно беседовавших. Он покачал головой:
– Эти женщины-роялистки так же недисциплинированны, как и их мужчины. Нужна твердая рука, чтобы выбить из нее весь этот пыл, – он фыркнул, потом довольно злобно засмеялся. – А человеку, который собирается на ней жениться, придется как следует потрудиться, держу пари.
– Вы говорите о Цедрике Инграме? – холодно спросил Филипп.
Осборн кивнул:
– Ага, он страстно хочет ее заполучить. Поэтому не отпускает Пруденс Лайтон. Он боялся, что упустит свой шанс добиться ее сестры.
– Вряд ли он надеется, что лорд Стразерн позволит ему сейчас жениться на Алисе?
Осборн засмеялся:
– Скоро состояние лорда Стразерна вылетит в трубу, мой дорогой Гамильтон. Его сына, изменника, арестуют, потом казнят. Самого лорда Стразерна обвинят в государственной измене и осудят за попытку поднять восстание. Имение будет конфисковано, а его дочери с радостью примут любое предложение о браке.
Филипп ничего не сказал. Он не спускал глаз с Алисы и Пруденс, осторожно следя за любым движением, которое могло поставить их, а особенно Алису, в опасное положение.
Пруденс заплакала, когда Алиса отъехала от нее. Она сказала что-то и показала в сторону Томаса, который пожал плечами: ему было явно не по себе. Она обезумела оттого, что ее свободу меняли на его арест. Поддержка старшей сестры мало повлияла на Пруденс. Томас, нахмурившись, смотрел на Осборна и Филиппа. Очевидно он не ожидал, что Алиса так скоро отпустит Пруденс.
Осборн выругался.
– Осторожно, – язвительно предупредил Филипп. – Вы ведь не хотите, чтобы до лорда протектора дошло, что вы пользуетесь таким языком.
Осборн засмеялся:
– Когда был жив старый Железнобокий, я бы никогда громко не выругался. Его сын… – он пожал плечами, и без объяснений было ясно, что он имел в виду. Ричард Кромвель значительно уступал своему отцу. Даже те, кто поддерживал его, знали это.
– Поехали, – закричал Осборн. – Я хочу закончить с этим фарсом. Госпожа Лайтон, проезжайте!
Пруденс прикусила губу. Она обернулась и посмотрела на солдат. Они вновь сомкнулись в шеренгу, создав надежный защитный барьер между Лайтонами и свободой. Наездники не двигались, но их лошади нетерпеливо играли удилами, мотали головой и били копытами. Это говорило о том, что наездники тоже были неспокойны. Пруденс что-то сказала Алисе, которая тоже смотрела на солдат.
Беспокойство Осборна переросло в зловещее раздражение. Он поднял руку, и одним взмахом разрушил тщательно разработанный план Филиппа.
Отряд солдат пришел в движение, которого одни ждали, другие боялись. Развернувшись веером и непоколебимо продвигаясь вперед, они приближались к Лайтону сдержанным и твердым шагом.
Филипп сердито повернулся к Осборну:
– Что все это значит?
Осборн пожал плечами:
– Очевидно, эти роялисты собираются нарушить наше соглашение. Я просто подстраховываюсь, чтобы не потерять Томаса из-за его сестер, которые что-то замышляют.
– Прикажите своим людям остановиться, – сердито сказал Филипп. – Позвольте мне поговорить с дамами и объяснить им кое-что.
Осборн изумился:
– Я сомневаюсь, что это возможно, но хорошо, можете попытаться.
Хотя его план был серьезно скомпрометирован, Филипп остался доволен таким развитием событий, так как это позволит ему подъехать к Алисе и Пруденс и защитить их, когда Томас бросится в лес. Он только собрался пришпорить коня, как вдалеке показался еще один всадник, несущийся стремительным галопом. Опять все замерли.
На этот раз наездником оказался Цедрик Инграм. Он раскраснелся, и озверело уставился на них.
– Остановите их! – закричал он, приблизившись. – Не позволяйте им уйти.
Осборн вздохнул:
– Все должно было произойти так просто. Что случилось?
Желание ввязаться в драку было нестерпимым, но Филипп заставил себя остаться спокойным. Когда в деле замешан Цедрик Инграм, быстрая сообразительность важнее грубой силы.
Инграм, задыхаясь, подъехал к Осборну и Филиппу:
– В Стразерн-холле нет никого из Лайтонов. Никого! Это пахнет предательством! Арестуйте немедленно Томаса Лайтона. И дам тоже.
– Отличная идея, – подчеркнуто медленно произнес Осборн. Он поднял руку, чтобы подать один из своих опасных молчаливых сигналов.
Филипп, отчаявшись сбить его с толку, злобно сказал:
– У вас навязчивая идея предательства, Инграм. Вы настолько сами увлеклись предательством друзей, что вам чудится это в действиях других.
Цедрик отмахнулся от его замечания с такой легкостью, как отмахиваются от назойливой мухи:
– Где же еще быть семье Лайтон, как не здесь, чтобы помочь их любимому Томасу удрать целым и невредимым? Сэр Эдгар, я вас умоляю, послушайте меня! Затевается побег Томаса Лайтона. Вы должны действовать немедленно!
– Вы действительно предатель, – презрительно сказал Филипп. – Вы думаете, что золота, которым вас награждает Осборн, хватит, чтобы оплатить потерю дома и уважения окружающих?
Цедрик изумленно посмотрел на Филиппа и засмеялся:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79