ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ему удалось вычеркнуть из проекта только одно слово. Господа Вейцман и Коган хотели начать проект словами: «Признавая исторические права евреев на Палестину…», на что Керзон возразил: «С такой формулировкой я вижу Вейцмана приходящим ко мне каждый день с заявлением, что он имеет право делать в Палестине то одно, то другое, то третье! Я этого не могу допустить». Так «исторические права» превратились в «исторические связи» — тоже обман, но меньшего калибра; лорд Керзон был человеком образованным и разумеется не верил, что хазары из России имели какие-либо исторические связи с Аравийским полуостровом.
Пока вырабатывался проект резолюции, доктор Вейцман отравился в очередное международное турне для обеспечения «нового международного порядка», для чего ему нужно было, чтобы все члены Совета Лиги Наций проголосовали за «мандат». Его первый визит был к итальянскому министру иностранных дел, некоему синьору Шанцеру, который сказал ему, что Ватикан очень обеспокоен судьбой зала Тайной Вечери в Иерусалиме под властью сионистов. В тоне, обычном для его единоверцев, когда они говорят о чужих святынях, Вейцман небрежно ответил: «Мои познания в церковной истории видимо недостаточны; я не ожидал, чтобы итальянцам была так важна зала Тайной Вечери». В 1950 году сионисты открыли в нижнем этаже того же здания «Подвал Катастрофы» для еврейских паломников. Надпись у входа гласила: «Лицам со слабыми нервами вход воспрещён». Главный раввин Южной Африки писал после осмотра подвала: «Здесь делается всё, чтобы поощрять и развивать этот новый культ Сионской горы, создать суррогат Стены Плача и дать новый эмоциональный выход народным религиозным чувствам. Во всём этом есть что-то не-еврейское, относящееся скорее к суеверию, чем религиозному верованию… Я содрогаюсь при мысли о том, какое впечатление произведут эти совершенно недостоверные легенды (о чудесных исцелениях) на простых, благочестивых и суеверных евреев Йемена. Уж не собираются ли создать здесь еврейский Лурд? Надеюсь, что нет, но всё это внушает опасения».
Доктор Вейцман сумел успокоить синьора Шанцера и уехал с уверенностью в итальянской поддержке. Впоследствии это превратилось в рутину, и все «голосования» в Лиге Наций (а затем и в ООН) по важным вопросам подготовлялись заранее тем же методом предварительной обработки, закулисных встреч и уже знакомого нам «непреодолимого давления». Продолжая своё турне, Вейцман прибыл в Берлине, где он встретился с известным министром Веймарской республики, евреем д-ром Вальтером Ратенау, настроенным непримиримо враждебно по адресу сионизма. Он «критиковал все попытки превратить германских евреев в инородное тело на песках Бранденбурга: это было всё, что он мог увидеть в сионизме» (Вейцман). Впрочем, вскоре после этого Ратенау был убит, т. ч. дело эмансипированных евреев Запада лишилось ещё одного влиятельного защитника.
Своими поездками и визитами, Вейцман сумел заранее обеспечить себе для голосования на заседании Совета все голоса, кроме двух: Испании и Бразилии. Он явился в Лондоне к представлявшему Испанию знатному сановнику и заявил ему, что «теперь Испания имеет возможность частично выплатить евреям свой старый долг. Зло, в котором Ваши предки повинны по отношению к нам, может быть теперь частично искуплено».
Вейцман весьма дипломатично дважды употребил слово «частично». Его собеседник обязан был, разумеется, служить современной Испании, а не искупать грехи прошлого, но впал в тот же соблазн, что в своё время Бальфур, поверив в некий неопределимый «долг» Испании по отношению к евреям (причём его гость без всяких к тому полномочий изображал себя представителем всего еврейства), а также в то, что пренебрегая интересами и надеждами арабов в Палестине, он сможет (частично) этот «долг» покрыть. В свете нормальной человеческой логики, этот разговор походил на беседы тронувшихся персонажей из «Алисы в Стране Чудес». Как бы то ни было, испанский представитель обещал Вейцману испанский голос за его проект, а заодно, для полноты уплаты «долга», ещё и голос Бразилии , т. ч. ряды поддакивавших сионистам были успешно заполнены. Даже Вейцману (в его воспоминаниях) не было вполне ясно, был ли он обязан таким успехом своего визита собственному красноречию, или же скорее соответственному давлению на испанского представителя из Мадрида.
В Англии была в этот решающий момент сделана ещё одна, последняя, попытка помешать британскому участию в сионистском предприятии. Лорды Сайденхэм, Ислингтон и Раглан выступили в верхней Палате против «мандата», проведя значительным большинством голосов резолюцию за аннулирование декларации Бальфура . Однако, Палата лордов давно уже была лишена прежней власти и имела право только заявлять протест; Бальфур, вскоре также ставший лордом, тут же успокоил Вейцмана: «Какое значение может иметь резолюция нескольких глуповатых лордов?»
После описанной закулисной подготовки смогла быть разыграна сцена заседания в Лондоне, 24 июля 1922 года. Совета Лиги Наций, и «всё прошло совершенно гладко, когда Бальфур поставил на повестку дня вопрос о ратификации палестинского мандата». Без единого голоса против, Англии было выдано разрешение оставаться в Палестине и обеспечить вооружённую охрану прибывающим туда сионистам. Выданные одновременно «мандаты» Англии на Ирак и Трансиорданию, и Франции на Сирию вскоре прекратили своё действие после того, как эти территории стали независимыми государствами. Некоторые другие страны получили «мандаты» на территорию колоний и океанских островов, которые со временем фактически стали их собственностью. Эти прочие «мандаты» с самого начала были фикцией, имевшей целью обеспечить приличную компанию для иных, менее почтенных «мандатов». Во всём этом спектакле один только палестинский «мандат» продолжал действовать, пока достаточное число сионистов не было в изобилии снабжено оружием, после чего мандат был отменён, а страна передана вторгнувшимся в неё захватчикам, имевшим возможность держать её силой оружия. Впоследствии ООН, по понятным причинам, не воскресила понятия «мандата», заменив его для тех же целей словом «опека», служащим ширмой для передачи территорий из одних рук в другие при сохранении подобия законности в рамках «международного права».
Так в 1922 году Англии было навязано предприятие, никогда не ставшее предметом общественной дискуссии и взвалившее на неё в продолжении последовавших трёх десятилетий растущие государственные расходы. Вскоре и Америка оказалась вовлечённой в ту же историю, хотя и её общественность также не замечала этого в течение 30 лет, как не имела о том понятия и раньше.
После смерти президента Вильсона демократическая партия больше не была у власти.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 257 258 259 260 261 262 263 264 265 266 267 268 269 270 271 272 273 274 275 276 277 278 279 280 281