ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Ник сидела посередине гостиной, скрестив ноги, в окружении докладов, фотографий и папок. Обеими руками она держала кружку и маленькими глотками пила крепкий кофе.
Она взяла выходной – первый за две недели, – чтобы немного отдохнуть, и даже совершила утреннюю прогулку, которую стала частенько пропускать. Но как ни старалась Ник расслабиться и забыть про дела, ей это не удавалось. Все мысли ее были о Дрю Таннер. Жена, мать, дочь. Женщина, которую любили и в которой нуждались.
«Прости меня, Дрю. Прости за то, что случилось с тобой, Прости за то, что не можем спасти тебя. Прости за тот ад, в который ты попала».
Когда зазвонил домашний телефон, Ник не взяла трубку. Ее мать уже звонила сегодня дважды. Ник знала, чего она хочет. Она хотела, чтобы Ник уговорила Чарлза Дэвида навестить ее. Но мать сама была виновата в том, что не видела собственного сына уже три года.
«Я люблю тебя, мама, но не могу сейчас решать твои проблемы».
Ник встала, перешагнула через бумаги, разбросанные по полу, и отнесла чашку на кухню, укоряя себя за то, что желала услышать вместо звонка домашнего телефона звонок своего сотового, на который обычно звонил ей Грифф, Грифф не звонил уже две недели – с тех самых пор как она начала свою кампанию в Шарлотте.
Тем лучше. Она и не хочет, чтобы Грифф звонил.
Ложь.
Ей нужно было поделиться с ним своими идеями. Как ни абсурдно это звучало, у них с Гриффом получалось думать в унисон. Ни с кем другим у Ник этого не происходило, разве что с Чарлзом Дэвидом, когда они были детьми.
Грифф оказался верен своему слову. Он ни во что не вмешивался, не преподносил ей сюрпризов своим внезапным появлением, даже не звонил.
«Ну признайся, Ник, ты скучаешь по нему».
Неправда. Скучать по Гриффу то же самое, что скучать по лихорадке. Просто ей необходимо сделать перерыв: принять душ, одеться, прогуляться, разглядывая витрины, пригласить на ужин друга.
Друга? А разве у нее еще остались друзья? Кроме людей, с которыми она работала, времени ни на кого больше не хватало. Не то что в прошлом. До смерти Грега.
Ник набрала в кружку свежую воду, залила в автомат, поставила новый фильтр и добавила молотый кофе. Нажала на кнопку, вышла из комнаты, села на пол и стала собирать фотографии Эмбер Керби с места происшествия.
Всего пару дней назад Ник разговаривала с миссис Ландерс о ее шестилетней внучке Мэдди, которая обнаружила тело Эмбер.
– Она до сих пор произнесла всего несколько слов, и ее преследуют ночные кошмары, – сказала миссис Ландерс. – Правда, ее психолог говорит, что со временем все наладится.
Ник застонала. Боже, даже взрослый не сразу восстановится от такого ужаса. Что же говорить о ребенке!
Убийство обычно производит волновой эффект, как и каждое событие в жизни. Как любое слово, действие, умозаключение.
Ник часто думала: могли ли какие-то ее слова повлиять на Грега? Сказала ли она тем утром что-то такое, чего не стоило говорить? Может, все дело в том, что она с такой преданностью отдавалась работе? Достаточно ли сильно она любила мужа?
Она очень любила его, когда они только поженились. Они были молоды и энергичны, оба делали карьеру на государственной службе. Грег принадлежал к тому типу мужчин, которые ей нравились: в меру чувствительный, добрый и всегда готовый поддержать и в то же время яркий и амбициозный. Все было замечательно в их первый год. Ссорились они очень редко.
Когда все начало меняться?
Ник нe могла определить точное время. Ни один день в ее памяти не всплывал как день начала катастрофы ее семейной жизни. Она даже не догадывалась, что что-то идет не так, а призраки проблем рассматривала как последствие переутомления на работе. Когда она призналась себе в том, что их семейная жизнь оказалась на грани провала, что они нуждаются в помощи, было уже поздно. «О, Грег! Прости меня! Я так виновата! Если бы только…» Сейчас она ничего не могла сделать для Грега, но у нее еще есть семь дней, чтобы спасти Дрю Таннер.
Хватая ртом воздух, Дрю согнулась пополам, и боль на минуту отпустила ее. Но она не позволила себе задержаться ни на одну лишнюю секунду. Если он поймает ее раньше, чем через четыре часа, то накажет.
Дрю не знала, как долго она была узницей психопата. Возможно, пару недель, хотя ей казалось, что годы. Дни в одиночестве, среди деревьев, тянулись бесконечно долго. Она бежала, пряталась, затем снова бежала. Ночи были еще ужаснее, но ночами она хотя бы могла несколько часов отдохнуть, далее иногда поспать. Он не позволял ей спать всю ночь и будил, когда истекали четыре часа ее сна.
С рассветом он выводил ее из подвала, давал еду и питье. С каждым днем все меньше и меньше. Затем отвозил в лес и отпускал.
– Я вернусь позже, – говорил он. – Не позволяй мне поймать себя слишком рано. Если ты не будешь играть со мной так, чтоб нам было весело, я накажу тебя.
В первый день она решила, что у нее есть шанс. Даже с наручниками на запястьях она может бежать. Она так и делала – бежала как сумасшедшая. Не разбирая направления. Но он вернулся и поймал ее.
– Очень хорошо, – сказал он. – Ты способна бежать от меня во время охоты больше, чем один час. Завтра я дам тебе два часа.
Каждый день он увеличивал время охоты. Он награждал ее едой, питьем или ванной, если ей удавалось прятаться положенное время. Но если он ловил ее раньше, то наказывал.
«Не думай об этом. Не думай. Просто беги».
Она слышала рев его мотоцикла.
«Нет, нет! Он совсем близко!
Бежать, бежать, бежать!»
В полдень Гриффин и Иветта прогуливались по берегу озера. Теплый сентябрьский бриз ласкал иссиня-черные волосы Иветты, которые удивительно переливались в солнечном свете. Грифф снова и снова думал о том, какже невероятно красива эта женщина – доктор Иветта Мэнг. Маленькая. Стройная. Сексуальная. Хрупкая фарфоровая куколка.
Она заплатила высокую цену за свою редкую красоту. Йорк выбирал только лучших. Самых лучших. Он прочесал весь мир в поисках такой женщины, как Иветта. Но он недооценил маленькую китайскую куколку, приняв ее мягкость за покорность.
Ошибка Йорка показала Гриффииу – внешность бывает обманчива.
– Убийц королев красоты было двое. – Гриффин сказал это, не взглянув на Иветту и продолжая идти. – Специальный агент Бакстер и я, изучив доклад баллистиков, предоставили свой доклад, сложили кусочки картины воедино и поняли, что в Кэри Мейгардена стреляли два разных стрелка. Я не стал убеждать в этом кого бы то ни было из-за Линдси и Джадда. А Ник пыталась предложить коллегам из ФБР копнуть глубже, но когда со смертью Мейгардена убийства прекратились, не стало оснований считать, что убийц было двое.
– А теперь основания появились?
– Он позвонил нам, – сказал Грифф. – Он затеял новую игру и решил разделить ее с нами.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73