ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

При каждом удобном случае я доставала банкноты из кармана и пересчитывала их. В 1974 году это было целое состояние.
Услышав шум мотоцикла, я посмотрела на дорогу, вьющуюся среди рододендронов и высоких деревьев. С холма спускался Дэви Тэкери. Его сестра Мэри Мэй Тэкери по прозвищу Липучка сидела сзади, и ее темно-каштановые кудри словно сумасшедшие бесновались на ветру. Некоторым семействам никогда не удаетсд сохранять благопристойность. Тэкери относились именно к таким семьям, хотя у большинства из них был хороший легкий характер, и они много работали, чтобы лишний раз подтвердить свою принадлежность к среднему классу. Они славились тем, что сколотили свое состояние на нелегальной продаже алкоголя, а также склонностью к быстрой езде по горным дорогам. В конце концов, официальная история профессиональных гонок началась именно на проселочных дорогах Юга между 1940 и 1950 годами, когда бутлегеры в нагруженных ящиками с виски седанах уходили от федеральных агентов. В этом смысле Тэкери были легендой округа. Ни одного из них в те времена не взяли в горах Чочино, во всяком случае — живым.
Дэви улыбнулся мне из-под девичьих кудрей, и мое сердце забилось быстрее. Ему было всего тринадцать, на год больше, чем мне. Он был высоким и гибким, готовым ударить любого, кто ему докучал. Но его синие глаза смотрели ласково, когда они останавливались на мне. А я отчаянно хотела любить кого-нибудь после смерти отца, и мне хотелось, чтобы любили меня. Отец Дэви и Мэри Мэй тоже умер молодым, гоняя грузовики по проселочным дорогам, а мать их бросила. С тех пор Мэри Мэй старалась всем понравиться, угодить, потому ее и прозвали Липучкой. А Дэви потерял покой и срывался по любому поводу. Их воспитывала болезненная бабушка, жили они в городе. Пожилая женщина не могла контролировать Дэви. Зато я могла. Во всяком случае, я так думала.
— Привет, красавица! — весело поздоровался Дэви. — Чем это ты тут занимаешься?
Я покраснела. Он назвал меня красавицей. Его треп был единственной моей слабостью.
— Это мотоцикл мистера Джеттерса, — заметила я, не отвечая на вопрос. — Ты его что, украл?
Дэви махнул рукой:
— Тупой ублюдок не хватится его еще пару часов.
Мэри Мэй тут же спрыгнула с седла.
— Ты же мне сказал, что мистер Джеттерс одолжил тебе его!
Дэви потрепал сестру за подбородок.
— Видишь ли, сестренка, я тебя обманул. — Он сел боком на кожаном сиденье и принялся разглядывать мои пакеты и ящики. — Твоя мама послала нас посмотреть, что здесь у тебя происходит. Кто-то сказал ей, что ты торгуешь яблоками, как цыганка. Она испугалась, что на тебя кто-нибудь наедет или стукнет по голове. Я пообещал ей, что присмотрю за тобой. Я вытащила из кармана деньги.
— Спасибо за заботу, но у меня все отлично. Мэри Мэй открыла рот от изумления. Ее глаза засверкали.
— Как бы мне тоже хотелось разбогатеть.
— Моя мама сможет купить продукты на эти деньги, — гордо объявила я.
Мэри Мэй принялась изучать мой плакат.
— Я бы не стала писать о червяках и пятнах. Это только отпугнет людей.
— Я потом его переделаю.
— Разреши мне, Хаш, пожалуйста! Я нарисую для тебя новый плакат и украшу его завитушками по углам.
— Ладно, спасибо. — Мэри Мэй хорошо рисовала, и к тому же она немало времени провела, обдумывая, что может понравиться людям. Мне было ее жаль, а кроме того, почему не использовать ее талант к рекламе? Я посмотрела на них с Дэви. — Если вы поможете мне продать яблоки, я заплачу вам каждому по два доллара за день работы.
— Я согласна! — воскликнула Мэри Мэй.
Но Дэви посмотрел на меня сверху вниз своими тревожащими небесно-голубыми глазами.
— Я помогу тебе только потому, что ты меня попросила. Но я не намерен лизать задницу этим типам из Атланты. Они все евреи, ниггеры и богатые засранцы.
Это был один из тех моментов, когда умные девочки вдруг становятся глупыми, глухими и слепыми. Мне бы следовало повнимательнее посмотреть на него и кое-что понять. Мне бы следовало признать, что в его взгляде на мир слишком много агрессии и гнева, но я уже была влюблена в него, поэтому никак не прореагировала. Правда, я уже тогда сознавала, что слова — не пустой звук. Идеи тоже имеют значение. Как и репутация. Моя мать была на четверть индианкой, и я слышала, как люди обзывали ее и говорили, что папе не следовало на ней жениться. Даже мой проклятый дядюшка Аарон и его детишки. Мои двоюродные братья и сестры.
— Ты позволишь людям обзывать меня всякими нехорошими словами, которыми ты так и сыплешь? — мрачно спросила я у Дэви.
Он рассердился.
— Если кто-то обзовет тебя нехорошим словом при мне, я надеру ему задницу.
— Тогда прошу тебя, Дэви, не говори так сам! — взмолилась я. — Ты такой замечательный… Обещай мне.
— Ладно, ладно. Если тебе не нравится, я не стану ругаться.
— Хорошо.
— Но только когда ты сможешь меня услышать.
Я рассвирепела и собралась уже обругать его в ответ, но тут на дороге появился желтый «Фольксваген».
— Ты должен выглядеть дружелюбным! — приказала я.
Мэри Мэй, Дэви и я выстроились на обочине. Мэри Мэй махала рукой, я подняла повыше плакат. Автомобиль остановился. Из него вышел мужчина с двумя длиннофокусными фотоаппаратами.
— Господи, — воскликнул он, — это самое красивое место в горах! Здесь веришь в то, что можно вернуться назад к природе. Райский сад на земле. Я чувствую его ци, чувствую! Хорошая энергия. Bay!
У него были усы и длинные волосы. Мы смотрели на него во все глаза. Мужчины в округе Чочино никогда не забывали побриться и носили короткую стрижку.
К своей внешности они относились с почти религиозным благоговением.
— Этот мужчина хиппи, — прошептала Мэри Мэй.
— Он покупатель, — парировала я.
Дэви выступил вперед, заслоняя меня и свою сестру. Он сжал кулаки. Но я выпрыгнула из-за его спины и повыше подняла плакат.
— Добро пожаловать на ферму Хаш, сэр! Парковка бесплатная, если вы покупаете яблоки. Но если вы хотите сделать фотографии, то с вас двадцать пять центов.
— Договорились, красавица. — Мужчина с улыбкой протянул мне четвертак, и я спрятала его в карман. — Значит, я могу заснять и тебя тоже?
— Черт возьми, только не это! — насупился Дэви.
— Это для газеты, которая выходит в Атланте.
— Большая газета? — поинтересовалась я.
— Очень большая. Я там работаю фотографом.
— Это поможет продавать яблоки, — шепнула мне на ухо Мэри Мэй.
Я тут же закивала головой:
— Конечно, сэр, вы можете меня сфотографировать, но только вместе с моими друзьями.
Мэри Мэй взвизгнула от восторга. Дэви нахмурился, когда я просунула руку ему под локоть. Свободной рукой я продолжала держать плакат, но Мэри Мэй взяла его у меня.
— Я подержу плакат, а ты продемонстрируй наличные, — подсказала она шепотом.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85