ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Мистер Нэст сказал, что она планирует нанять там карету до Лонсестона.
– Одна, ночью? И Роб не мог остановить ее, поехать за ней?
– Очевидно, нет, милорд. Похороны задержали его, поэтому он и послал меня за вами. Он очень обеспокоен, милорд. Он велел передать вам, что независимо от ваших чувств к миледи вам обоим не нужно, чтобы она взяла грех на душу. Прошу прощения, что он этим хотел сказать, милорд?
– Не бери в голову! – огрызнулся Саймон. – Приведи мою лошадь и следуй за мной. Нам кое-что надо сделать до темноты.
– О нет, миледи, я и слушать не стану! – Барстоу, облаченный в полный костюм кучера с красным шерстяным шарфом и пальто с пелериной, мял в руках шапку. Стоя у каретного сарая на почтовой станции в Ньюкуэе, он смело смотрел на Дженну. На его возгласы оборачивались, но он не унимался. – Я свое место знаю, – продолжал он в ответ на ее возмущенное бормотание, – но я знаю также и свой долг. Вы не поедете в Лонсестон темной ночью одна. Да хозяин меня убьет, если я вам это позволю. Он с меня шкуру спустит, если я отпущу вас ночью одну. Вы не раз ездили верхом в Корнуолле, миледи, и знаете, как быстро темнеет на побережье. Видите небо? Через час оно будет черным как смоль.
Дженна сердито топнула ногой. Ей не нужна карета Саймона, его конюх, все, что ему принадлежит. Все должно кончиться здесь, на почтовой станции Ньюкуэя. Ее разбитому сердцу не нужны никакие напоминания.
– Ты, кажется, не понял, – сказала она, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Я не вернусь, Барстоу. Я уезжаю домой навсегда.
– Это касается вас и хозяина, – пожал плечами кучер. – А что касается меня, то я хочу ночью спать спокойно, а не волноваться о том, что с вами стало. Я отвезу вас в Лонсестон, и делу конец. Старое ружье при мне, заряжено и в полной готовности. И я воспользуюсь им, если понадобится, чтобы в безопасности доставить вас туда, куда вам нужно. Дорога до Лонсестона неблизкая и довольно скверная. Я бы никогда здесь не остановился, если бы знал ваши планы, миледи.
– Барстоу, пожалуйста, – умоляла Дженна. – Я знаю, что ты желаешь мне добра, и благодарна за это, но я действительно хочу продолжить путь одна.
– У вас есть враги, миледи, вы не можете этого отрицать, я своими глазами это видел, – спорил кучер. Скрестив руки, он упрямо вскинул бороду. – Можете нанять себе экипаж, если хотите, тут я вам помешать не могу. Но вы напрасно тратите время, поскольку я все равно поеду за вами. Так что вы с таким же успехом можете ехать и в этой карете.
Как ни разбита была Дженна, она почти улыбнулась. Барстоу имел дар располагать к себе, она поняла это еще при первой встрече. Его поведение говорило, что он от своего слова не отступится. Рассматривая ситуацию с его точки зрения, Дженна признала, что его присутствие, как и его проверенное кремневое ружье, успокаивает. Сумерки быстро сгущались. Скоро совсем стемнеет. Больше откладывать отъезд нельзя. Сникнув, она хрипло вздохнула.
– Что ж, Барстоу, твоя взяла, – сдалась она.
– Отдайте мне свои ценности, – сказал он, открыв заскорузлую ладонь.
– Что? – не поняла Дженна.
– Ну сережки, кольца, миледи, – сказал кучер. – Я вам не лгу, дороги тут кишат бандитами. И если вы не хотите пожертвовать эти побрякушки первому же встречному негодяю, то лучше отдайте их мне, я их спрячу.
Дженна взглянула на свои руки. Она хотела оставить драгоценности с подарками Саймона, но уезжала в такой спешке, что совсем забыла об этом. Она сняла серьги, красивое кольцо с рубинами и бриллиантами, которое Саймон надел ей на палец, сделав предложение, и не моргнув глазом положила в ладонь Барстоу. Взявшись за обручальное кольцо, она заколебалась, но, сдернув с пальца, отдала и его.
– Лучше отдайте мне и то, что находится в вашей сумочке, – торопил кучер.
Дженна протянула ему кошелек.
– Нет, миледи, – отмахнулся он, – оставьте пару фунтов и мелочь, а остальное отдайте мне. Если бандиты нас остановят, ваш пустой кошелек наведет их на подозрения, и дело может обернуться скверно. На мой взгляд, лучше отдать им немногое, чем подвергнуться обыску, поскольку они решат, что вы все спрятали на себе, миледи.
Проглотив ком в горле, Дженна вручила ему банкноты. Саймон опускался до этого в своих набегах? Она содрогнулась при этой мысли, но от картины, услужливо нарисованной воображением, наряду с презрением возникла ревность.
– Под сиденьем есть двойное дно, – объяснил Барстоу. – Хозяин встроил его во все свои кареты. Ваши деньги и безделушки под моим задом, простите за выражение, будут в полной безопасности.
Дженна не ответила. Кровь вдруг отхлынула от ее лица. Конечно, Барстоу прав. Все это походило на ночной кошмар, и она молилась о том, чтобы проснуться рядом с мужем в просторной кровати из красного дерева. Чтобы на его плече не было раны, не было, костюма разбойника в башне и теплых, пахнущих порохом пистолетов. Но кошмар был реальностью. Дженна уселась в карету и в отчаянии вжалась в кожаные подушки. Кучер щелкнул кнутом, подгоняя лошадей.
Вскоре стемнело, и Барстоу зажег фонари. Облака скрыли луну, напомнив Дженне другую ночь, темную и тихую. Холодок пробежал у нее по спине. Она не могла не думать о предостережениях кучера. Она слишком расстроена, а он чересчур осторожен? Ей хотелось в это верить, но она жалела, что под рукой нет пистолета из коллекции отца. Сквозь слюдяные окна кареты ничего не было видно. Высокие дубы и старые каштаны тянулись вдоль дороги, закрывая лунный свет, время от времени появлявшийся сквозь разрывы в тучах. Нигде ни огонька, дорога впереди и сзади пуста.
Изредка Барстоу скрипучим голосом окликал ее, дорожные вехи невидимо мелькали в темноте. Теперь Дженна была рада, что вопреки своим намерениям уступила преданному кучеру. Она чувствовала себя с ним в безопасности и под ритмичный стук копыт и покачивание кареты начала засыпать. Наконец она провалилась в сон.
Вскоре в ее сон ворвались странные звуки: щелканье кнутов, резкие окрики, ржание лошадей, которые вдруг понесли. Внезапно ей показалось, будто она не в карете, а, судя по крену, в раскачивающейся лодке. Вблизи раздались выстрелы. Дженна, очнувшись от кошмара, оказалась в жуткой реальности и, слетев с сиденья, упала на пол, когда карета со скрипом остановилась в темноте.
– Кошелек или жизнь! – пророкотал у окна грубый голос.
Едкий запах пороха ударил в ее ноздри. Барстоу что-то ответил, но она не могла разобрать из-за фырканья и ржания нервничающих лошадей. Не успела Дженна подняться и сесть на сиденье, как рука в черной перчатке, рванув дверцу, вытащила ее из кареты.
– Отпустите меня! – сопротивляясь, пронзительно закричала Дженна, но разбойник, встряхнув, заставил ее замолчать.
– Не сопротивляйтесь, миледи! – предупредил ее с козел Барстоу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75