ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Большие голубые глаза обрадовано распахнулись.
– О да, пожалуйста.
В тот же вечер и в последующие дни Глория начала учить девочку. Проводя с ней наедине часы, она могла полностью изучить ее и вскоре чрезвычайно полюбила дочку Джефа. Узнав свою наставницу поближе, Элис так привязалась к ней, что не отходила ни на шаг. И Глории доставляло удовольствие слышать ее звонкий смех, видеть счастливые глаза и чувствовать, как ребенок становится все роднее.
Очевидно, и отец был доволен. Однажды ночью, когда дети уже легли спать, Глория сидела в библиотеке с Джефом и читала. Вернее, он читал, поскольку ей было трудно сосредоточиться на тексте рядом с небезразличным ей мужчиной, беззаботно развалившимся в кресле всего в нескольких ярдах. Наконец Джеф отложил газету и повернулся к женщине.
– Ты очень добра к Элис, спасибо тебе.
Глория удивленно воззрилась на собеседника.
– Не нужно благодарить, мне доставляет удовольствие учить ее.
– Я знаю, но дело не в шахматах, ты очень внимательна к ней. Скажи, ты так хорошо относишься ко всем детям?
– Мне практически не приходилось заниматься ими, за исключением Брайана.
Заметив его смущение, Глория постаралась объяснить свое отношение к детям.
– Я испытываю одинаковые чувства к Элис и Брайану – они оба потеряли одного из родителей. – Она взглянула на Джефа и быстро поправила себя: – Я знаю, что Брайан нашел тебя, но он достаточно долго чувствовал себя обделенным отцовским вниманием, воспитываясь только мною. По себе знаю, что значит расти без родителей.
Глория закусила губу.
– Ты никогда не пыталась найти их? – поинтересовался Джеф.
Она безрадостно посмотрела на него.
– Я спрашивала о них только один раз. Моей воспитательнице доставило удовольствие сказать, что меня подбросили в картонной коробке возле полицейского участка.
– Мерзавка, – услышала она и поразилась, увидев, как гневно сверкнули зелено-голубые глаза.
– Ты не возражаешь, если мы больше не будем говорить об этом? – спросила Глория.
– Конечно. – Он потянулся к кофейнику. – Еще кофе?
– Да, пожалуйста.
Кофе, который хозяин обычно готовил сам, отличался крепостью и ароматом. Глория взяла чашечку с серебряной каемкой. На какое-то мгновение воцарилось молчание. Джеф сделал глоток и взглянул на собеседницу из-под густых темных бровей.
– Ты очень хорошо выглядишь сегодня, – нежно сказал он.
Краска залила щеки Глории. Она еще больше смутилась, когда он поинтересовался, что заставило ее сегодня надеть самое простое из привезенной одежды.
Они провели весь день на пляже, устроив пикник. Придя домой и приняв душ, Глория была полна желания приодеться, чтобы выглядеть привлекательней, но женский инстинкт подсказывал, что этого не следует делать. И вот теперь она должна ответить Джефу, пристально смотрящему на нее.
Вот ты и не добилась своего, безвкусно одевшись, дразнил внутренний голос. Этот прилипчивый сластолюбец все равно уставился на тебя, прямо-таки раздевая глазами.
Светлое платье оголяло плечи и подчеркивало бронзовый цвет загоревшей кожи. В противоположность плотному лифу, юбка платья из тонкого шифона была короткой, плиссированной. Прозрачный материал не скрывал очертаний бедер.
Внезапно женщина встала.
– Уже поздно. Я иду спать.
Джеф тоже встал, и ее сердце остановилось.
– И я, – послышался тихий голос.
Во рту Глории пересохло от волнения. Все вечера он еще долго сидел в библиотеке после того, как она уходила спать. Теперь же отправился следом.
Около двери ее спальни Джеф остановился.
– Знаешь, Глория, – сказал он низким ласковым голосом, – ты не должна надевать это платье. – Пальцы коснулись края ее подбородка. – Оно вызывает желание поцеловать тебя.
Глория подняла глаза, сожалея, что все не так, как хотелось. Дружеские отношения не устояли перед бурной вспышкой чувственности.
– Нет, – тихо ответила Глория, боясь выдать себя. – Я не хочу, чтобы ты целовал меня, – солгала она и, стараясь сохранить присутствие духа, добавила: – Не волнуйся, я учту твое замечание и надену что-нибудь более подходящее завтра вечером.
– Не думаю, что такая одежда у тебя есть, да и не в ней дело, – сухо сказал Джеф и пошел в свою комнату. – Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, – пробурчала она, открывая дверь и пытаясь представить, что могло бы случиться, если бы он все-таки поцеловал ее. Это стало бы прелюдией сладостного погружения в рай. Опасный рай…
Глория нервничала в течение всего следующего дня, переменив по крайней мере три платья, стараясь выглядеть как можно приличнее и скромнее. Сегодня к ним должны пожаловать мистер Маллоун-старший с супругой.
– Ты нервничаешь, – заметил Джеф, когда она наконец спустилась вниз в строгом темном платье, которое надела в первый раз.
– А как ты думаешь? – согласилась Глория, взяв стакан вина, предложенный хозяином и с удовольствием сделав глоток. – Я даже не знаю, что ты рассказывал родителям обо мне.
– Все.
– Что все?
– Им известно, что мы встретились и расстались, что у меня есть сын.
– И что они сказали? Родители, должно быть, думают…
Джеф перебил ее.
– У этих людей нет предрассудков, моя дорогая. И, конечно, они не осмелились судить тебя, не видя ни разу. – За окном послышался шум подъехавшего автомобиля. – Похоже, это они…
Глория ожидала увидеть маску холодной вежливости на лице элегантно одетой женщины, которая подошла к ней, но, к ее удивлению, это была сама доброжелательность.
Первым представился отец Джефа. Высокий, удивительно моложавый в свои шестьдесят лет мужчина, с такими же четкими чертами лица, которые унаследовал его сын, и с такими же зелено-голубыми глазами, улыбнулся гостье и пожал руку так крепко, что ее пальцы чуть не хрустнули. Она вспомнила, как воспитательница в приюте говорила, что нужно всегда доверять человеку, который сильно пожимает руку. И Джеф такой же…
От матери-итальянки он унаследовал гладкую смуглую кожу, волосы, брови и ресницы цвета черного дерева. Глория заметила, что и у Брайана есть что-то от бабушки, и какая-то надежда зашевелилась внутри. Она представила, что у ее сына есть шанс обрести то, чего сама была лишена всю свою жизнь – семью, с которой ребенок связан кровными узами.
– Рада вас увидеть, Глория. – Миссис Маллоун протянула красивую, с перламутровым маникюром руку, назвав гостью по имени, что сразу же обезоружило и тронуло.
– Очень приятно познакомиться с вами, миссис Маллоун, – улыбаясь, сказала она.
– Нет, нет, зови меня Джулией, я настаиваю, – с улыбкой ответила женщина. – Джеф, – продолжала она с певучим итальянским акцентом, – много рассказывал о вас.
Глория и представить себе не могла, что он мог наговорить. Глаза Джулии изучали ее лицо, и молодая женщина почувствовала, как постепенно бледнеет.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31