ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Думаю, кроме того, у одной из них были эти дела, – сказал я, совершенно входя в роль.
– Ты хочешь сказать, что их было больше чем одна?
– Это же была первая ночь, – сказал я.
И даже после этого она не ушла. Вернулся ансамбль, и мы продолжали болтать, понимаете, как теперь вычистить мой дом, и все становилось безумно сложным. Наконец зазвучала медленная песня. Я перегнулся через перила и сказал, только представьте:
– Хорошая песенка.
Классно, да?
И она ответила:
– Да.
Потом я сказал:
– Хорошо потанцевать под такую музыку.
– Да, – сказала она.
– Но я не люблю приглашать девушек на танец. Мой намек был очевиден.
Она сделала последний маленький глоток и поставила стакан на пол у перил.
– Я потанцую с тобой, – сказала она.
Так что мы спустились вниз по ступенькам и вышли на танцплощадку, и она положила руку мне на плечо, а я положил руку ей на спину, я мог чувствовать пот, просочившийся сквозь ее рубашку, и запах ее духов, это не были какие-то классные духи, вроде какие-то дешевенькие, как сказала бы моя мама, но мне он все равно понравился.
И когда танец закончился, она чуть-чуть отступила назад, словно бы собиралась сказать мне, что ей нужно пойти найти сестру, вы понимаете, но мне не хотелось, чтобы все кончилось так, чтобы она бросила меня посреди танцев, учитывая, что она немного узнала меня. Так что по-настоящему быстро, прежде чем она успела что-то сказать, я произнес: «Благодарю за танец» – и потом крутанулся и отошел. Я хочу сказать, может быть, я выглядел как сумасшедший, но мне не хотелось чувствовать себя лузером. Не в тот момент, когда все пошло так хорошо. Пусть немножко помучается догадками, думал я. Потому что это вечно парни мучаются догадками. Кроме того, теперь, когда она увидит меня в следующую субботу, она будет знать, что я в порядке и что это классно сказать мне «привет». В общем, я не собирался вцепляться в нее как траханая минога на весь остаток вечера.
Я поспешил наружу. По патио слонялся Харпер.
– Давай смываться, – сказал я.
Но он ответил:
– Нет, пока нет.
Мы немного постояли там, ворча на публику. Я убедился, что мне не стоит возвращаться внутрь. Это был довольно хороший способ проститься, и мне не хотелось разбавлять его чем-то другим.
Через некоторое время Харпер огляделся, облизал губы и сказал:
– Ну что ж, может быть, нам стоит сделать что-то вроде oubliez la, – что было его способом сказать «пошли».
Когда мы приплыли к пристани и привязали лодку, было приблизительно полдвенадцатого. Харпер вроде бы посмеивался над тем, какой дерьмовый вечерок это оказался, а я говорил, ну, какого черта. Потом мы оба вышли из лодочного домика. Прошли по болоту, луна над нами была желтая и круглая, потом под звездами по полю и двинулись к дому. В гостиной горел свет, нам видно было с поля, и от этого местечко выглядело таким уютным. Просто чтобы разволновать себя, я представил, что я – путник, что я не знаю людей, живущих в доме, просто вроде как бреду здесь, в самой середине ничего. И вы знаете, что бы я сделал? Стал бы я стучать в чью-то дверь или продолжил бы путь в город? Я настолько погрузился в мысли о том, каким одиноким бы я был здесь, что едва не выпрыгнул из штанов, когда Харпер заговорил со мной.
– Ты заметил, что старушка схоронила все ружья? – сказал он, сунув в рот травинку.
Я уставился на него.
– Что?
– Спрятала все ружья в подвале.
– Ради чего?
– Доктор сказал ей это сделать.
– Чей доктор?
– Доктор старика.
– Господи Иисусе.
– Здорово, да?
– И где она их прячет?
– Под лестницей, маленькое местечко в задней части дома, все записанное мышами. Между прочим, предполагается, что ты об этом не знаешь. Это секрет.
– Что он сказал?
– Сказал, что собирается застрелиться.
– Правда?
– Он был в траханом состоянии, я думаю.
– Доктор был в траханом состоянии?
– Нет, старик был в траханом состоянии, когда сказал маме, и она сказала доктору. Ради Христа, Саймон, ты что, не можешь следить за мыслью?
– Ты думаешь, он действительно бы это сделал?
– Ни фига. Должен быть настоящий повод, чтобы сунуть пушку себе в рот.
– Полагаю, ты прав.
– Твой голос звучит чересчур разочарованно, Саймон. Не забудь, что он – твой отец.
– Может, ты считаешь, что нужно запирать дверь в подвал? Или нарисовать круг в спальне, чтобы он никогда больше не спустился вниз?
Харпер в изумлении расхохотался.
– Отличная речь, Саймон. Ты говоришь как настоящий псих. Член этой семьи, я имею в виду. Иногда я думаю, что они перепутали ребенка в роддоме. Все здесь кажутся такими воинственными. Не думаю, что стану счастливым, пока мне не исполнится пятьдесят. Я всегда так думал. Даже когда был мальчишкой. – На мгновение он замолчал. – Интересно, почему Анни Кинсайд сегодня не было?
Мы вошли в дом. Харпер поднялся в спальню, улегся на кровать, включил радио и принялся слушать бейсбольный матч.
Я спустился вниз, сделал себе сандвич с ветчиной. Потом прошел через заднюю дверь и прихлопнул несколько оленьих мух в гараже. Они были огромные, словно шурупы. Приходилось по-настоящему постараться, чтобы отогнать их от окна. Иногда я давил их ботинком, они ползали по полу, совершенно трахнутые. Звук был такой, словно наступаешь на маленькие электрические лампочки.
Потом я вышел на подъездную дорожку и бросил пару камней в овраг; через долину было слышно, как лает собака на ферме Барридеров. На горизонте по маленькой дороге проехал автомобиль. Снаружи было очень одиноко, и я вернулся в дом и поднялся наверх. Заглянул в комнату Харпера, но он был не слишком разговорчив. Лежал на кровати, закинув руки за голову, глядя в потолок. Бейсбольный матч из маленького красно-коричневого радиоприемника то рвался вперед, то останавливался.
– Как ты думаешь, что случается со всеми этими мячиками для гольфа в овраге? Я хочу сказать, не думаешь же ты, что они просто расщепляются на составные элементы? – спросил я.
– Мне нужно послушать это, – ответил он. – Я поговорю с тобой позже.
Я прошел по коридору к себе в комнату, улегся в кровать и раскрыл книгу. Роман про Джеймса Бонда, не помню уже который, но я перевернул изрядное количество страниц, чтобы убедиться, что их осталось достаточно для бодрого вечера.
Должно быть, было около часа ночи, когда зазвонил телефон. Я промчался по коридору и вниз по деревянной лестнице в носках. Взял трубку на кухне.
– Алло, – сказал я.
– Надеюсь, я тебя не разбудила.
– Скарлет?
– Господи Иисусе, у тебя хорошая память. Что делаешь?
– Только что вернулся с танцев.
– Правда? – сказала она.
– Да.
– Встретил кого-нибудь интересного?
– Да. Хотя на самом деле нет. Ты знаешь, обычные дела. Что у тебя нового?
– Предки уехали.
– Правда? На выходные?
– Нет, они в Лос-Анджелесе.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53