ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

у него чудесные рожки, которыми он может забодать любого обидчика, кроваво-красные глазки, стройные копытца, элегантно завитой хвостик, крупные ушки, в которые так приятно нашептывать слова любви, и прекрасное тело атлета.
Да! Это он – генерал Такангор Топотан, самый молодой из минотавров-полководцев, прославивший свое имя на весь Ниакрох.
Одна птичка-сплетница нашептала нам, что он еще не только не женат, но и не имеет дамы сердца. Если вы пришлете в нашу газету письмо для Такангора, то тетя Керасима передаст его вашему избраннику за совершенно символическую плату в одну золотую рупезу. Кто знает, может, именно вам улыбнется счастье?
А улыбнется ли оно и что для этого нужно сделать, тетя Керасима подскажет вам отдельным письмом за вторую – совершенно символическую золотую рупезу.
Присылайте нам письма с пометкой: «Девичье счастье» и «Свет мой зеркальце, скажи». Денежку спокойно вкладывайте в письмо. Мы всецело доверяем нашей почте.
Да, и пару слов о главном! Мы победили и теперь уж точно выйдем замуж!
– Ну куда ему жениться? – рассвирепела Мунемея. – У него же еще молоко на губах не обсохло. Ох, только не хватало, чтобы ему вскружила голову какая-нибудь вертихвостка. Он же наивный, как пухнапейчик. Весь в отца. Мерзавки! Уффх!
– Почему сразу – мерзавки? – заволновался лично заинтересованный Милталкон. – А вдруг хорошая попадется? Добрая, хозяйственная?
– Не морочь мне голову. Что бы ему там ни попалось, оно мне уже не нравится!
– Да не волнуйтесь вы так, мама. Его же насильно не женят. Вон он какого врага победил, что ж – с девушкой не справится? Для женитьбы, между прочим, нужна не только невеста, но еще и жених.
И минотавр с победным видом поглядел на Мунемею. Железная логика, что ей можно противопоставить?
Для женитьбы нужны двое – одинокая девушка и озабоченная мать.
– М-да, ребенок есть ребенок, – задумчиво молвила мадам Горгарога. – Смотрю и завидую: юность, доверчивость, наивность, чистота. Кто захочет, тот тебя и обведет вокруг пальца.
– Вот-вот, – сказала Мунемея чуть спокойнее, – слушай мадам Горгарогу и мотай на хвост. Пригодится. Ну что, зови сестер, идем праздновать. Действительно, есть что.
– А газеты будем зачитывать за столом, – сказала горгулья. – Я в экстазе! Да, я таки забыла сообщить вам: от вас жаждут услышать речь на тему «Практические советы тому, кто хочет воспитать из своего ребенка мировую знаменитость и спасителя Ниакроха». Вот, я на крыле записала, чтобы ничего не перепутать, только прочитать забыла.
Помните, кто-то нагло всунул нос в наше повествование, чтобы сообщить, что «в действительности все обстоит не так, как на самом деле»? Обидно не то, что всунул. Обидно, что прав.
Пока в Малых Пегасиках, как, впрочем, и по всей Тиронге, праздновали победу над Бэхитехвальдом и его королем, в самой Кассарии творилось нечто несусветное.
Никогда не бывает так плохо, как мы опасаемся, и так хорошо, как бы нам хотелось.
Ханс фон Сект
С одной стороны, все не могли нарадоваться, что Такангор сумел одолеть Галеаса Генсена в поединке. Это было трудно осмыслить и осознать, но приходилось верить собственным глазам. У всех отлегло от сердца, как только повелитель Бэхитехвальда провалился в свое иномирье, перерубленный топором минотавра почти пополам.
С другой стороны, было совершенно очевидно, что Генсен не убит, а, как и в прошлый раз, сбежал, чтобы однажды снова вернуться в Кассарию вопреки судьбе и Закону («Кстати, – спросил Зелг, – мне кто-нибудь когда-нибудь объяснит, что это за Закон?»). Сбежал – и слава Тотису, никто вовсе не хотел, чтобы он остался тут погостить еще на недельку-другую. Но ощущение, что дело не доведено до конца, терзало всех победителей; хотя первые полчаса их вообще ничего не терзало: они устали так, что чувствовали не больше, чем прозаическое бревно.
Конфликт с Булли-Толли был исчерпан, если и не раз навсегда, то хотя бы на весь срок царствования Юлейна, что тоже немало, если учесть прекрасную наследственность, благодаря которой все Гахагуны – что по линии монархов Тиронги, что по некромантской – жили до самого преклонного возраста.
Правда, возлюбивший кузена Зелга пуще прочих своих родственников и очаровавшийся кассарийским замком, как дитя, король жалобно попросил остаться погостить, и отказать ему мог только черствый и жестокий человек, каковым герцог да Кассар отнюдь не являлся. Само собою, с его величеством остались и дворецкий Гегава, и граф да Унара, и маркиз Гизонга, а Думгар от себя лично пригласил еще генерала да Галармона, соблазнив его тремя пухлыми томами фамильных рецептов и славной кухней, и господина главного бурмасингера Фафута. Так что можно смело утверждать, что армия и ополчение вкупе с булли-толлийскими стражниками отправились в столицу сиротками, оставив на попечение недавнего врага всю правящую верхушку страны.
В целях государственной безопасности и во избежание новых беспорядков хитрый Узандаф Ламальва да Кассар наложил заклятие на князя Люфгорна, отчего тот внезапно и страстно полюбил коллекционировать окаменевшие какашки редких и исчезающих животных и скоропостижно отправился в кругосветное странствие на их поиски, даже не дослушав сестрицу Кукамуну, призывающую его «сделать хоть что-нибудь».
В результате на лысине библиотечного эльфа появилась заметка о пользе малюсеньких и забавных заклятий и их роли в истории и развитии могущественных государств; а ее величество Кукамуна простояла с открытым ртом, совершенно молча минут десять, что вполне можно засчитать как личный рекорд.
Обратная сторона этой медали выглядела так: под стенами и у ворот кассарийского замка топтались десятки лакеев, герольдов, глашатаев и офицеров по особым поручениям с призывами, мольбами, приказами, увещеваниями и требованиями ее величества, которая жаждала лицезреть супруга во дворце. Вопиющее неповиновение венценосного мужа ее крайне возмущало, а невозможность учинить ему грандиозную семейную сцену в трех действиях с рыданиями, диким хохотом, заламыванием рук и обмороками в качестве пролога и эпилога делало Кукамуну несчастнейшей из женщин Тиронги.
На помощь «доце» срочно прибыл экспедиционный корпус в лице королевской тещи, княгини Люфгорн. Однако на сей раз от владетельной дамы было мало проку: получив от любимого сыночка – надежды и гордости всего рода, предполагаемого основателя династии – задание разыскать и за любые деньги купить «прекрасно сформированные колбаски» реликтового двуглазого циклопа, она перестала владеть собой и впала в состояние прострации.
Кукамуна Тиронгийская и Анафефа Люфгорн – это сочетание, которое способен вынести далеко не всякий искушенный царедворец, даже когда дамы пребывают в добром расположении духа.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102