ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Темная ночь, лестница с доской, кирпичный сводчатый сток, два, нет,
лучше четыре бочонка, по сто фунтов каждый, в сток под ворота, фитиль и
смелый человек, который его подожжет, - со всем этим да еще с божьим
благословением в придачу многое можно сделать, - задумчиво, словно про
себя, произнесла Эмлин.
Все наконец поняли, к чему она клонит.
- Да они все услышат, как кошка слышит скребущуюся мышь, - сказал
Болл.
- Кажется, ветер поднялся, - ответила она, - слышно, как зашумели
деревья. Думаю, что скоро начнется буря. К тому же у задней стены
аббатства, где заделанная брешь, можно собрать людей, которые будут ходить
взад и вперед с фонарями и кричать, словно в этом месте подготовляется
штурм. Это отвлечет осажденных. А мы с Джефри Стоуксом тем временем
попытаем счастья с лестницей и пороховыми бочонками - он их подкатит, а я
подожгу, когда придет время. Вы же слышали, что я ведьма, - значит, сера
мне нипочем [по средневековому поверью, сера, как и другие
воспламеняющиеся материалы, считалась обязательной принадлежностью ада,
чертей и ведьм].
Через десять минут план был выработан. А спустя два часа, под вой
бури, скрытые непроглядной тьмой и дополнительным заслоном - торчащим над
стеной поднятым настилом моста, - Эмлин и силач Джефри перекатили бочонки
с порохом по переброшенным через ров доскам в жерло большой сточной трубы
и в глубь ее футов на двадцать, пока они не оказались как раз под башнями
главных ворот. Затем, лежа в зловонной грязи, Эмлин и Джефри вынули втулки
из отверстий, заблаговременно просверленных в бочонках, и заложили туда
фитили. Джефри выбил из кремня искру, раздул подложенный трут и передал
его Эмлин.
- Теперь ты уходи, - сказала она, - а я за тобой. На это дело двух
человек не нужно.
Через минуту она присоединилась к нему на противоположном краю рва.
- Беги! - сказала она. - Беги, не то погибнешь. За нами - смерть.
Он повиновался, но Эмлин обернулась и принялась кричать так громко,
что стража на стенах услышала ее и, зажигая фонари, бросилась к башням
посмотреть, что случилось.
- Штурм! Штурм! - кричала она. - Ставьте лестницы! За короля и
Харфлита! Штурм! Штурм!
Затем она тоже пустилась наутек.

18. ИЗ ТЬМЫ К СВЕТУ
Внезапно среди мрака ночи, освещая все вокруг, подобно молнии,
поднялась багряная пелена пламени. Покрывая вой бури, прокатился глухой
тяжкий гул, словно отдаленный грохот грома. Потом все затихло, и через
мгновение с неба посыпался град камней, а с ними - разорванные на части
человеческие тела.
- Ворота взорваны! - прокричал мощный голос; то был Томас Болл. -
Кидай лестницы!
Люди, стоявшие наготове, бросились вперед и перекинули через мост
четыре лестницы. По доскам, привязанным к перекладинам, осаждающие
перебежали на другую сторону рва и, перебравшись через нагромождение
камней, устремились во двор, где их никто не ждал, так как все сторожившие
здесь были убиты или покалечены.
- Зажигай фонари! - снова закричал Болл. - Там, внутри, будет темно!
Появился Джефри с мечом в одной и фонарем в другой руке, а с ним
Эмлин, у которой тоже был меч, взятый у одного из убитых; Эмлин, вся еще в
грязи, так и оставшейся на ней после клоаки и рва.
- Я не могу, - пробормотал Томас Болл. - Я ищу Мэлдона. - Веди нас в
подземелье! - крикнула ему Эмлин. - Или я тебя заколю! Я слышала, как они
велели убить Харфлита.
Тогда он вырвал фонарь из рук Джефри и с криком "За мной!" помчался
по коридору; так добежали они до открытой двери, за которой находилась
лестница. Они быстро сошли вниз, миновали еще другие переходы и лестницы,
спускались все нище, пока, повернув направо, не очутились в небольшом
сводчатом помещении. Два факела пылали в железных гнездах, вделанных в
стену, освещая картину необычайную и страшную. В глубине этого помещения
была широко открыта тяжелая, утыканная гвоздями дверь, за которой
виднелась камера или, вернее, маленький погреб, - любопытные еще и в наши
дни могут его увидеть. К стене этой подземной темницы прикован был
человек, который держал в руке трехногий табурет и рвался на цепи, как
взбесившийся зверь. Впереди, заслоняя его и защищая проход, стоял высокий
худой монах; полы его рясы были приподняты и подоткнуты за пояс. Он был
ранен, ибо с его бритой головы стекала кровь, и, сжимая обеими руками
рукоять тяжелого меча, яростно отбивался от четырех воинов, старавшихся
повалить его на землю.
Когда появился Болл во главе своего маленького отряда, один из этих
людей только что пал, сраженный монахом, но другой встал на его место,
крича:
- Прочь с дороги, изменник! Мы хотим прикончить Харфлита, а не тебя.
- Вместе мы умрем или отобьемся, убийца, - ответил монах хриплым,
прерывающимся голосом.
В это мгновение один из нападающих, тот, что говорил, услышал
приближающиеся шаги освободителей и обернулся. Тут же он обратился в
бегство, метнувшись мимо них, словно заяц. Однако свет фонаря упал на его
лицо, и Эмлин узнала аббата. Она ударила его мечом, но сталь только
скользнула по кольчуге. Он тоже ударил, но попал по фонарю, свалив его на
пол.
- Хватай его, - закричала Эмлин, - хватай Мэлдона, Джефри!
Стоукс бросился догонять аббата, но тотчас же вернулся, потеряв его в
темных переходах. Тогда Болл, рыча, обрушился на двух оставшихся солдат, и
вскоре под ударами топора и меча, которыми у них с тыла орудовал монах,
они пали наземь и умерли, сражаясь до последней секунды, так как знали,
что им не будет пощады.
Все было кончено, и кругом воцарилась тишина, безмолвие смерти,
прерываемое лишь тяжелым дыханием тех, кто остался в живых. Раненый монах
прислонился к дверной притолоке, выпустив из рук обагренный кровью меч.
Харфлит, пошатываясь от изнеможения, все еще держа в руке поднятый
табурет, до отказа натягивал свою цепь и изумленно глядел вперед. А на
полу лежали трое убитых, один из которых еще судорожно подергивался.
Сайсели проскользнула вперед, прошла между убитыми, мимо монаха и
наконец оказалась лицом к лицу с пленником.
- Подойди только ближе, и я размозжу тебе голову, - хрипло проговорил
он, ибо слабый свет факела падал на нее сзади, и он думал, что перед ним
находится один из убийц.
Наконец Сайсели обрела голос.
- Кристофер, - крикнула она, - Кристофер!
Он услышал, и табурет выпал из его руки.
- Опять тот же голос, - пробормотал он. - Что ж, пора. Погоди
немножко, жена, сейчас я приду к тебе. - И, откинувшись на стену, он
закрыл глаза.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83