ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Она респектабельная замужняя женщина, беременная от мужа! И все же мысленно приказывала Лайонелу поднять глаза.
И он поднял.
И даже отступил немного, чтобы лучше разглядеть спальню Пиппы. Потом вскинул руку, и она махнула ему в ответ.
– Вижу, вы ранняя пташка, мистер Аштон, – окликнула она.
Лайонелу показалось, что Пиппа слишком далеко высунулась из окна. Его святая обязанность позаботиться о ее безопасности, прежде чем эта женщина и дитя испанского короля свалятся на камни у его ног.
Он сложил ладони ковшиком у рта и, не повышая голоса, спокойно ответил:
– Как и вы, мадам. Если хотите прогуляться на утреннем ветерке, я буду вас ждать.
Пиппа согласно кивнула и отошла от подоконника. Прилив энергии, казалось, расцветил мир новыми красками. Как приятно пройтись рано утром, пока воздух еще свеж, а сад не наводнили громко болтающие, сплетничающие, надоедливые придворные!
Она потянулась к колокольчику, чтобы позвать Марту, но решила, что это займет слишком много времени. Девчонка, должно быть, еще спит. Конечно, шнуровать корсаж нелегко, но зачем возиться с лишними предметами туалета? И к чему ей фижмы? Все равно так рано, что ее никто не увидит. А если увидят… наверняка будут возмущены и скандализованы. Но Пиппе отчего-то было все равно, и сознание собственной беспечности наполняло ее радостью впервые за последние недели.
Она нашла простое шелковое платье очень идущего ей оттенка топаза, которое обычно носила только в уединении своего будуара или в деревне, в присутствии ближайших родственников. Оно надевалось на простую белую полотняную рубашку. Она решила идти без чулок и сунула ноги в лайковые туфельки. Потом провела гребнем по гриве цвета корицы и, откинув волосы назад, наскоро связала белым шарфом. Быстрый взгляд в зеркало полированного серебра заставил ее поколебаться. Не слишком ли неприлично появляться на людях в таком дезабилье?
Но Пиппа тут же напомнила себе, что никогда не заботилась о мнении посторонних. Злые языки всегда найдут пищу для сплетен!
Выйдя из спальни, она поспешила пройти лабиринтом длинных коридоров к лестнице и через маленькую дверцу выбралась на террасу.
Лайонел по-прежнему стоял там, где она в прошлый раз его видела. Он по своей привычке словно отделял себя от окружающего мира, и Пиппа внезапно пожалела о своем порыве. Ей казалось невозможным потревожить его. В отличие от Пиппы он облачился в придворный костюм: с плеч свисал короткий алый плащ, черный камзол и шоссы были украшены разрезами с такой же алой подкладкой. Заломленное поле черной шляпы было украшено сверкающим рубином.
Пиппа колебалась, решая, не стоит ли бежать назад, позвать Марту и одеться как подобает, когда Лайонел повернул к ней голову. Она заметила, что сам он не пошевелился, но будто ощутил ее присутствие, знал, что она переминается под каменной аркой узкого дверного проема.
Увидев Пиппу, Лайонел улыбнулся и направился к ней.
– Вы обладаете безошибочным чувством того, что подходит вам в любом определенном случае, – заметил он, поднося к губам ее пальцы и кланяясь.
Пиппа просияла от удовольствия.
– Мне показалось, что иногда полезно избегать формальностей, – пояснила она.
– Жаль, что та же самая мысль не пришла в голову мне.
Он взял ее под руку и повернулся к реке.
– А что бы надели вы, дабы достичь такого же эффекта? – с искренним интересом осведомилась Пиппа.
– Рубашку и шоссы, – немедленно ответил он. Пиппа даже задохнулась. Почему этот образ кажется таким опасным? Риторический вопрос…
Лайонел тоже сообразил, что ступил на тонкий лед. Он собирался быть поосторожнее, но она так притягивала его своим легкомысленным нарядом, улыбкой, уверенностью, что с плеч скинуто некое бремя. Он будто видел истинную Пиппу, а не ту измученную, грустную, сконфуженную женщину, которую доверили его попечению.
– Сегодня утром вам не было плохо? – намеренно прозаично спросил он.
– Нет! – радостно объявила Пиппа. – У меня сегодня ожидается удачный день, я в этом уверена.
Она отняла руку, быстро ступила на берег и не задумываясь сбросила туфельки и зарылась ногами в росистую траву.
– О, это напоминает мне о детстве! Я всегда бегала босиком, когда удавалось.
Она подступила к краю воды. Движение на реке становилось все оживленнее, а у дворцового причала теснились королевские барки.
– Через ту долину, где расположен Мэллори-Холл, тоже протекает речка, и мы с Пен любили возиться в грязи. Вы когда-нибудь давили пальцами грязь, Лайонел?
Она впервые назвала его по имени. Лайонел заметил это. В отличие от Пиппы.
– Уже не помню, – отозвался он. – Почему бы вам не попробовать сейчас?
Она рассмеялась, поглядывая на него через плечо.
– Не могу!
– Интересно, а год назад вы бы тоже так сказали? – поинтересовался Лайонел, проницательно глядя на нее.
Пиппа покачала головой:
– Нет. Но с тех пор я побыла в Тауэре, обнаружила, что мой муж… обнаружила, что ношу ребенка своего мужа. Приходит время, мистер Аштон, когда нужно взрослеть. – Она снова зарылась пальцами во влажную траву. – Родные, возможно, посмеялись бы надо мной, услышав это.
Ему хотелось закутать ее в свой плащ. Обнять. Поцеловать в макушку. Провести ладонями по спине. Обхватить пальцами ее талию, отыскать женственные изгибы под свободным платьем.
– Для того чтобы взрослеть, вовсе не обязательно забывать о смехе и веселье, – пробормотал он, остро ощущая кислый привкус собственного вероломства, связавший язык, обжигавший горло.
Пиппа снова повернулась к нему.
– Наверное, вы правы, – вздохнула она и, подобрав туфли, с гримаской сунула в них ноги. – Я должна возвращаться. Не стоит, чтобы весь мир видел меня в таком дезабилье. Но я благодарю вас за то, что составили компанию. – Она вдруг заговорила сухо и невыразительно. Совершенно не похоже на ее обычный тон!
– А я благодарю вас, – кивнул Лайонел, предлагая ей руку.
Пиппа поколебалась.
– Наверное, вам стоит идти одному, сэр. Слишком много людей уже успели пробудиться. Со стороны может показаться, что… – Она вымученно улыбнулась.
– И тут вы правы, – согласился он, еще раз касаясь ее щеки. – Но мне почти хочется, чтобы эти домыслы оказались правдой, Пиппа.
Пиппа отважно встретила его взгляд. Несколько мгновений они молча взирали друг на друга. Наконец Лайонел очнулся.
– Простите меня, – прошептал он и ушел, поцеловав ей руку.
Пиппа долго смотрела ему вслед. Он высказал вслух то, что сама она изо всех сил старалась игнорировать.
Шарф, стягивавший волосы, развязался, и она завела за спину руки, чтобы вновь подтянуть узел. И при этом продолжала твердить себе, что многие люди оказываются в подобном положении. Сколько браков совершается по расчету, и всегда существует возможность того, что нежеланное, но бурное чувство может захватить замужнюю особу, вполне довольную своей жизнью… впрочем, и женатого мужчину тоже.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103