ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

..
– Я знаю эту женщину! – торжествующе вскричал он, размахивая перед моим лицом листком с распечаткой «Аргуса». – Клянусь дьяволом, мы с ней встречались!
– Где? – Я забрала у него листок и тоже вгляделась в лицо. Молодая блондинка. Совсем-совсем юная, лет восемнадцати. Удивительное сочетание уже взрослого взгляда и все еще по-детски нежных черт лица. – Это одна из наших жертв?
– Нет. Я видел ее много лет назад. В Квонтико.
– Вы с ней были знакомы?!
Он нетерпеливо покачал головой:
– Да нет. Каждый год к нам на стажировку приезжают полицейские из городских управлений и управлений штатов. Но это не столько стажировка, сколько практические консультации. Как правило, у каждого визитера припрятано в рукаве одно-два дела, с которыми он никак не может справиться. Ограбление или убийство. Дело может быть старым, даже закрытым, но полицейский просто не в состоянии выкинуть его из головы и потому везет к нам. Очень часто речь идет о двух-трех убийствах, похожих на серию. Так вот один из полицейских показал мне эту женщину. Ее фотографию.
– Полицейский тоже приехал за консультацией или был из Нового Орлеана?
– То-то и оно, что приехал. И, кажется, из Нью-Йорка. Дело, о котором он рассказывал, очень старое.
Я прерывисто – от внезапного возбуждения – перевела дыхание.
– Насколько старое?
– Лет десять. Я вот думаю, неужели оно может быть связано с нашим нынешним расследованием?
– Десять лет? Господи, как же оно может быть связано?..
– Самым молодым из нашей четверки подозреваемых является Фрэнк Смит. Ему тридцать пять. Маньяки не становятся маньяками внезапно, уже во взрослом возрасте. Поэтому ребята Бакстера уже проверяли, не наследил ли кто-то из наших подозреваемых в прошлом. Детективы отправились в Вермонт, где вырос Уитон, и в округ Тербон, откуда в свое время сбежала Лаво. Но тут все оказалось просто. Сложность возникла с Нью-Йорком, откуда вышли Смит и Гейнс. А возможно, и сообщник неизвестного преступника. Кроме того, и у Уитона, и у Талии с Нью-Йорком было много связано. И вот тут мы завязли, и весьма крепко. Во всем Вермонте люди пропадают очень редко. В округе Тербон еще реже. В Нью-Йорке ежегодно пропадают сотни людей. Проверить, имел ли тот или иной подозреваемый хоть какое-то отношение к одному из преступлений, немыслимо тяжело. И чем дальше ты забираешься в прошлое, тем тяжелее становится. И все же я задаю себе вопрос: а если наша серия связана с какими-то давними нью-йоркскими похищениями?
– Как же обнаружить эту связь, если ты говоришь...
– Надо искать схожие признаки. Давай подумаем вместе, какие именно? Во-первых, похищают женщин. Похищают на автостоянках магазинов и лавочек. Похищают на аллеях во время утренних пробежек. Следов преступник не оставляет. Вообще. Ни следов, ни свидетелей – ничего. И сами жертвы между собой, как правило, никак не связаны.
– Так что вы нашли, когда проверяли Смита и Гейнса?
– Я разговаривал с нью-йоркскими полицейскими, просил их полистать старые дела...
– А ты связывался с тем полицейским, который показывал тебе в Квонтико фотографию этой женщины?
– Нет, он уже давно вышел в отставку.
– А те, с кем ты связывался?
– Пока молчат. Я ж говорю, искать что-либо в Нью-Йорке – неблагодарная работа.
– Вот эта женщина... Ты ее точно запомнил?
– Да, у меня хорошая память на лица. Чего уж там, красивая молодая блондинка... Такую трудно не запомнить. И того полицейского отлично помню. Она была его информатором. Поэтому он принял так близко к сердцу ее исчезновение. Слушай, Джордан, дай-ка телефон.
Я принесла его сотовый, он связался со штаб-квартирой ФБР и попросил соединить его с Бакстером.
– Это Джон. У меня кое-что появилось. Надо проверить. Пусть наши люди срочно свяжутся с полицейским управлением Нью-Йорка.
Я сидела на краешке постели и молча изучала снимок, выданный «Аргусом». Собственно, его трудно было назвать фотографией. Скорее это был подробный рисунок, к тому же созданный не рукой человека, а компьютером. И все же, встретив эту женщину на улице, я бы ее узнала. Я мысленно поблагодарила того фотографа, который однажды в курилке рассказал мне о существовании «Аргуса».
– Джордан! – Джон отключил телефон и бросил его на постель. – Ты понимаешь, чем это пахнет?
– Тем, что моя сестра на самом деле была не пятой жертвой по счету, – ответила я. – Человек, который похищает женщин в Новом Орлеане, занимался тем же самым много лет назад в Нью-Йорке.
Джон рывком сел и взял мою руку.
– Мы подбираемся к разгадке все ближе, Джордан. Я это чувствую.
23
Я лежала в ванне, и – спасибо надежной пластмассовой затычке – вода доходила мне до подбородка. Над головой был стеклянный потолок, небо розовело буквально на глазах. Занимался рассвет. Я бы не сказала, что чувствовала себя хорошо отдохнувшей. Но по крайней мере не слишком нервничала, а это уже неплохо.
Новая версия, высказанная Джоном, подняла с постели нескольких специальных агентов и детективов из штаб-квартиры ФБР и департамента полиции Нью-Йорка. Туда же оперативно переправили все снимки, сделанные «Аргусом». В течение нескольких часов в Нью-Йорке опознали шесть из восьми женщин. Подняли архивы, и все встало на свои места.
В период с 1979 по 1984 год в Нью-Йорке орудовал так и не найденный маньяк, на которого следователи повесили лишь трех жертв. Все они были проститутки и бездомные. Теперь стало ясно, что жертв гораздо больше... Но главным было не это, а то, что маньяк из Нового Орлеана, таинственный художник, создавший серию «Спящие женщины», совершил свое первое преступление не два года назад, а почти два десятилетия.
Но эйфория длилась недолго. Двадцать лет назад Фрэнку Смиту было всего пятнадцать. Конечно, теоретически даже в этом возрасте он мог уже похищать людей, но все понимали, что это маловероятно. Затем – ни одна из «спящих женщин» не была выставлена на рынке в период нью-йоркских похищений. И наконец – почему маньяк, убив восемь женщин, вдруг затаился на много лет? Это противоречило всему, что наука знала о маньяках. Обычно они не останавливаются. Считалось, что конец серийным преступлениям может положить только тюрьма или смерть маньяка. Ну хорошо, допустим он все же сумел заставить себя свернуть нью-йоркскую серию... А через пятнадцать лет возобновил ее уже в другом городе?! Не имел возможности «работать» все эти годы? Или отбывал срок?
Джон без остановки пил кофе, чтобы перебить действие болеутоляющих и снотворных, и выстраивал свою новую версию в мельчайших подробностях. Я была не в силах помогать ему, поэтому приняла ванну, выпила три ксанакса и легла спать.
Знать бы наперед, что принесет мне мой сон, я ни за что не сомкнула бы глаз. Ксанакс обычно вытеснял из мозга любой намек на сновидения.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133