ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– На какой-то миг он надул губы, затем, как бы смиряясь с неизбежным, вздохнул. – Разумеется, эта работа не произведет такой сенсации, как открытие Шампольона, ибо первенство, конечно, принадлежит ему. И все же я впервые могу ответить на ваш вопрос.
При одной только мысли о своих исследованиях ощутив, видимо, прилив энергии, Андраде вскочил с кресла, быстро подошел к столу, а затем, повернувшись, взгромоздился на него.
Скрести Хоуард под собой ноги, он явил бы нашему взору сидящего Будду. Опершись на руки, Андраде откинулся назад, и дубовая столешница протестующе заскрипела, но стол был достаточно прочен, чтобы выдержать такую тяжесть. Глаза Андраде подернулись поволокой, он как будто снова переживал всю сладость долгих лет работы.
– Впервые интерес ученых, включая и меня, возбудил храм Абу Симбел. Он находится в ста милях южнее Карнака и является величайшим монолитным сооружением в мире. Храм вырублен в прочном утесе из песчаника. Перед его фасадом стоят огромные статуи Рамзеса Второго. В святилище храма находится еще одна статуя, а под ней надписи, которые до сих пор не поддавались переводу. Томас Янг предположил, что это еще одна, иная форма иероглифического письма, и предположение это, которое, впрочем, я целиком и полностью разделяю, было подтверждено найденными золотыми таблицами. Подобных таблиц очень мало. Вероятно, их давно уже переплавили побывавшие в гробницах грабители. Однако с наступлением современной эпохи и они уразумели, что за эти таблицы можно выручить гораздо большие деньги, если продать их музею или богатому коллекционеру. Три такие таблицы находятся в Египетском музее, я видел их копии. Самих оригиналов, к сожалению, увидеть так и не довелось. Сначала мне пришлось работать исключительно с надписями в Абу Симбеле. Развив некоторые идеи Томаса Янга, я сумел расшифровать тайные письмена. Но я отчаянно нуждался в подтверждении своих открытий. Специалистам хорошо известно, что незадолго до своей смерти в начале этого столетия Джованни Бальцони, итальянскому археологу и искателю приключений, удалось раздобыть еще две золотые таблички. Он вывез их из Египта – тогда с этим не было никаких трудностей, – но затем они куда-то исчезли и обнаружились только через пятьдесят лет: их купил замечательный немецкий коллекционер Маннхайм. Оказалось, что это единственные золотые таблички за пределами Египта. Маннхайм поднял много шума по поводу своего приобретения, с тем, однако, результатом, что таблички у него украли…
– Но какое отношение эти древние таблички имеют к вашему открытию? – спросил я, не в силах долее сдерживать свое любопытство. На мое счастье, Андраде, казалось, обрадовался этому вопросу.
– Мне нужны были твердые доказательства, доктор Ватсон. Я перевел Рамзесовы надписи вместе с копиями всех табличек, какие только можно было достать, но для дальнейшей работы материала не хватало.
Он махнул ручищей в сторону Вейкфилда Орлова.
– Тогда-то мне и пришел на помощь этот джентльмен.
Холмс взглянул на тайного агента с явным удивлением.
– Неужели за такое короткое время вы смогли разыскать украденные таблицы Маннхайма?
Орлов отложил сигару в сторону, но Андраде не выпустил нить разговора.
– Он сделал для меня нечто столь же ценное, мистер Холмс, – раздобыл фотографии.
Андраде соскользнул со стола и расстелил на его поверхности огромные фотографии.
– Вот, джентльмены, фотографии табличек Маннхайма, которые я перевел как окончательное доказательство того, что тайна египетских письмен разгадана.
Все тотчас сгрудились вокруг стола. На фотографиях были запечатлены надписи, снятые под разными углами. Мне они представлялись лишь витиеватой резьбой, не имеющей никакого отношения к письменности, но Холмс весьма заинтересовался, и Андраде явно преисполнился гордости, указывая на различные строчки древнего текста.
Холмс перевел взгляд на Вейкфилда Орлова.
– Неплохая работа, – кивнул он, показывая на фото. – Как вы сумели их заполучить?
На бесстрастном лице Орлова проскользнуло некое подобие самодовольства.
– Выручила память. Я вспомнил, что Маннхайм – большой любитель картин, чаще всего с его собственным изображением, и газетных фотографий. При этом он не слишком разборчив в средствах. Его берлинский фотограф Верделин, очевидно, под влиянием своего выдающегося патрона, тоже занялся коллекционированием. Мне как-то раз пришлось иметь дело с этим джентльменом и я узнал, что он непременно делает копии всех самых интересных фотографий, а затем складывает их в папку.
– И вы поехали в Берлин и взяли из папки копии? – осведомился Холмс.
– Он был в долгу передо мной, – улыбнувшись в ответ, сказал тайный агент.
– Во всяком случае, получив эти фотографии, я наконец увидел свет в конце тоннеля, – продолжил Андраде. – Я работал тридцать шесть часов подряд, джентльмены. Мой бедный ассистент три часа назад сдался и сейчас отсыпается в моей комнате, свалившись с ног от усталости. Что до меня, то я, честно сказать, не чувствую ни малейшего утомления.
– Адреналин победы, – машинально констатировал я.
Поскольку египтолог был всецело поглощен рассказом о расшифровке надписей и имел перед собой благодарную аудиторию в лице Холмса и Орлова, я отошел в сторону. А затем приблизился к эркеру, который еще ранее привлек к себе мое внимание.
По каналу Сан-Канчиано плыла бесконечная процессия лодок и гондол, и в стороне Кампо Сан-Марко я увидел разноцветные вспышки ракет. Одновременно послышались громкие хлопки, что-то сродни отдаленной канонаде. Взирая на фейерверк, я невольно улыбнулся и сделал вывод о том, что сегодня праздник. Венеция, кстати сказать, славится своими праздниками. Но стоило мне перевести взгляд на небольшой канал, перпендикулярный Сан-Канчиано, как я оторопел от изумления.
– Послушайте, – воскликнул я, – из окна этого дома свисает что-то вроде веревки из связанных простыней!
Мои слова возымели эффект разорвавшейся бомбы. Холмс с Орловым обменялись быстрыми взглядами и сыщик тотчас бросился вверх по витой лестнице. Я следовал за ним по пятам. Оглянувшись, я краешком глаза заметил удивительное явление. Орлов и не подумал бежать в сторону лестницы, ас необыкновенной легкостью вскочил на прочный стол, чуточку пригнулся, затем его ноги, как две стальные пружины, выпрямились, и он буквально взлетел в воздух с поднятыми над головой руками. Его прыжку мог бы позавидовать любой танцовщик! Проворными пальцами он ухватился за верхние перила балкона, пользуясь своей необычайной силой, потянулся и оказался на балконе, с кошачьей ловкостью опередив нас с Холмсом.
Орлов не позволил себе ни мгновения передышки: словно могучий таран, он в тот же миг вышиб плечом дверь спальни. Внутри что-то сверкнуло, послышался грохот выстрела. Но Орлов уже бросился на пол и несколько раз перекатился в целях безопасности. С верхних ступеней лестницы мы с Холмсом заглянули внутрь. У открытого окна мелькнула чья-то фигура; вот человек уже перекинул ногу через подоконник… в правой руке у него расцвели еще три огненных цветка. Скрываясь за большим креслом, Орлов потянулся рукой к замшевым ножнам за спиной. Стремительный взмах, блеск толедской стали, и испанский метательный нож вонзился в оконную раму, ибо к этому времени человек уже успел выпрыгнуть.
Подойдя к двери, я услышал где-то внизу за окном глухой всплеск. Откинув кресло, словно игрушечное, Орлов устремился вслед за своим ножом. И только тут наступила минутная передышка в непрерывной цепи его движений. Скользя, словно ртуть, к окну, он наткнулся на маленький табурет, невидимый в тусклом свете, но и это его не остановило. Поистине он обладал сверхчеловеческими рефлексами, ибо, перевернувшись в воздухе и коснувшись пола своими могучими плечами, он в следующий же миг оказался на ногах, возле окна.
Его действия отличались такой невообразимой быстротой, что трудно было даже уловить глазами, а грациозность движений создавала иллюзию того, будто он плывет по воздуху: впечатление это усугублялось отсутствием каких бы то ни было лишних перемещений. В минуты опасности Орлов действовал необыкновенно расчетливо, всегда на шаг опережая события.
Он жестом остановил Холмса и, естественно, меня, идущего следом.
– Они втащили его в гондолу, – сказал тайный агент таким же спокойным голосом, каким приглашают на чай. – Сейчас они как раз выплывают на главный канал.
Его рука скользнула за пояс и, откуда ни возьмись, в ней появился малокалиберный револьвер.
– Я мог бы…
– Нет, – решительно отрезал Холмс. – Треск фейерверка наверняка заглушит выстрелы, но вряд ли стоит палить здесь из револьвера. К тому времени, когда мы успеем сесть в свою гондолу, они уже затеряются среди других гондол. Будем считать инцидент исчерпанным.
Холм подкрутил фитиль в керосиновой лампе, и в комнате стало светлее.
– Меткость вашей стрельбы не вызывает никаких сомнений, мой добрый друг. Я знаю, что вы могли бы перестрелять всех этих людей, как куропаток, но я не уверен, что именно так следует вести нашу игру.
Зеленые глаза Орлова на миг встретились с глазами сыщика, и лицо его озарилось светом согласия. Револьвер тотчас исчез, затем агент спокойно выдернул нож из оконной рамы и заученным жестом убрал за спину, между лопаток. Показав на связанную из простыней веревку, он сказал:
– А что вы думаете по этому поводу?
Холмс пожал плечами.
– Все указывает на то, что операция не была спланирована заранее. Видимо, импровизация.
Орлов втащил веревку: в этот момент на лестничной площадке раздалось громкое восклицание и мы увидели запыхавшегося от подъема Хоуарда Андраде: он смотрел на нас широко открытыми глазами. Я совсем забыл об этом добром человеке и его появление просто лишний раз напомнило мне, как много событий произошло за столь короткое время. Египтолог стал свидетелем того, как все его посетители разом бросились вверх по лестнице, и, конечно же, не мог не слышать треска взломанной двери, выстрелов, которые затем сменились мертвой тишиной. Поднявшись наверх, он увидел, как двое из нас спокойно обсуждали происшедшее, а третий, то есть я, пребывал в полном смятении.
– Что здесь происходит? – запинаясь, проговорил Андраде. – Бунт мамлюков?
Голос его звучал на целую октаву выше, чем обычно, глазами он безостановочно шарил по комнате.
– А где Аарон?
– Ваш ассистент? – осведомился Холмс.
– Аарон Льюис. Я нанял его здесь, в Венеции.
Внезапно я пришел в себя, оправившись от оцепенения.
– Послушайте, вы сказали, что этот самый Льюис устал до смерти и пошел отдохнуть. Это ваша спальня?
– Да, – ответил Андраде. – Льюис обычно отдыхает в комнате на нижнем этаже. Я послал его в свою спальню, чтобы моя возня не мешала бедняге.
– Все ясно как Божий день, – торжествующе вскричал я. – Эти люди собирались похитить вас, но по ошибке похитили вашего ассистента.
– Но для чего, Господи?
Так как ни Холмс, ни Орлов, похоже, не намеревались отвечать на этот вопрос, я поспешил объяснить недоумевающему ученому:
– Очевидно, кто-то хочет иметь ключ к расшифровке тайных письмен.
– Я полагаю, – мягко вмешался Холмс, – этот вопрос необходимо обсудить подробнее.
Уловив ход мыслей великого сыщика, я препроводил Андраде вниз по лестнице в жилую комнату.
В мозгу моем роилось множество вопросов, но нельзя было забывать о том, что прежде всего я врач. Андраде, видимо, сильно переживал происшествие, и для начала я усадил его в кресло, а затем решил взбодрить каким-либо вином из его богатых запасов.
Очень скоро бледность схлынула с лица ученого и он уставился на нас с таким выражением, какое трудно даже передать словами.
– Я думал, что странное происшествие скорее всего по вашей части, мистер Холмс. И надо полагать, сие может повториться.
В разговор вмешался Вейкфилд Орлов.
– Вряд ли, сэр. Во всяком случае, я приму меры, исключающие подобные вторжения.
Я хорошо знал, что это значит. Дом возьмут под наблюдение неприметные люди Майкрофта Холмса. Не исключено, что Орлов уже располагает своей агентурой в Италии.
Андраде принял еще значительную дозу предложенного мною лекарства.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
загрузка...