ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Поравнявшись с нами, сэр Филипп придержал коня.
– Вы не видели… – начал было расспрашивать он.
Но тут он перевел взгляд с сурового лица Десмонда на две маленькие оборванные фигурки, сидевшие на насыпи рядом с ним. В голосе его послышалось ликование, и он так резко остановил лошадь, что чуть не вылетел из седла.
– Вы поймали этих негодяев? Замечательно!
И, так как Десмонд не двигался, он слез с коня и бегом взобрался по насыпи к нам.
– Меня зовут Мортон, – сказал он торопливо, – сэр Филипп Мортон.
Десмонд важно поклонился.
– Этих ребят обвиняют в краже коней у мистера Армтуэйта, судьи из Камберленда. – Сэр Филипп повернулся и подозвал двух из своих товарищей, которые стояли внизу на дороге. – Я надеюсь, сэр, что вы ничего не будете иметь против, если мы возьмем их под стражу? Я не знаю, за что вы их арестовали, но прежде всего они должны предстать перед судом в своей родной стране и…
Он любезно улыбнулся. Сэр Филипп при желании умел быть очень обаятельным, иначе он не смог бы подчинить своему влиянию стольких людей.
Десмонд заставил его ждать ответа до тех пор, пока он не стал испытывать неловкость. В шлеме и доспехах актер выглядел очень представительным. Наконец он заговорил, медленно выбирая слова:
– Видите ли, сэр, я состою на службе у королевы…
– Конечно! Но ведь…
– … и держу путь в Камберленд.
– Неужели? Но офицер ее величества вряд ли захочет обременять себя обществом юных преступников.
– Должен сказать, – продолжал Десмонд, – что я возглавляю лишь передовые части нашей армии.
Сэр Филипп вздрогнул. Это сообщение напугало его.
– Смею спросить, что это за армия, сэр?
– Эту армию ее величество направляет для оккупации северных провинций и подавления мятежа, который, как нам стало известно, готовится там.
– Боже мой, вы меня потрясли, сэр! – Сэр Филипп великолепно разыгрывал верноподданнический ужас – не зря он так страстно увлекался театром. – Мятеж? Вам известны какие-нибудь подробности?
– Конечно, сэр Филипп Нортон. Вы и ваши друзья арестованы за участие в заговоре.
Десмонд произнес эти слова с таким блеском, что они так и рокотали у него в горле. Меня бы не удивило, если бы он вдруг перешел на белые стихи.
– Арестованы? Вы сошли с ума!..
– Нам все известно! – загремел Десмонд, не выслушавший и половины той доли наших приключений, которую мы успели рассказать.
Слова Десмонда должны были послужить условным сигналом. Он выхватил один из немногих находящихся в нашем распоряжении настоящих пистолетов. Сэр Филипп прыгнул вниз, на дорогу, намереваясь вскочить в седло.
– Скорей! – завизжал он. – Их слишком мало, чтобы задержать нас! Мы можем…
Но тут он вдруг увидел шесть копьеносцев, которые, выскочив из леса, стали поперек дороги, выставив вперед копья, и слова замерли у него на устах. Он обернулся. Еще один ряд солдат закрыл дорогу с другой стороны. Из-за поворота раздалась дробь невидимого барабана, послышался сигнал военной трубы и медленный топот копыт.
Я понимал, что чувствует сэр Филипп в эту минуту. Он видел свою гибель так же отчетливо, как мы видели свою, когда несколько часов назад Рыжий и его приятели волокли нас к пропасти. Он смотрел на дорогу, но мне думается, для него не существовало ни тенистого дубового леса, ни зеленой травы на склонах гор. Перед его глазами вставала другая» дорога – страшный путь в Тауэр.
– Мы должны прорваться! – снова закричал сэр Филипп и вскочил в седло.
Его рука потянулась за шпагой, и он наполовину успел вытащить клинок, когда я бросился на него, схватил за ногу и, резко дернувшее кверху, опрокинул его на землю.
Остальные почти не сопротивлялись. Не прошло и пяти минут, как все они были обезоружены и связаны, причем обе стороны обошлись без серьезных ранений.
– Отведите их к повозкам, мои дорогие, – сказал Десмонд, не в силах больше держаться с достоинством, как подобает офицеру и джентльмену.
Когда мы торжественным шагом вышли из-за поворота дороги, снова забил барабан, зазвучала труба, и можно было поклясться, что сейчас появится кавалерийский полк. Вы бы видели возмущение и ужас, выразившиеся на лицах наших пленников, когда они увидели эту «армию грозных знамен». Ник так умело играл на трубе, что громкий звук следовал за слабым, который, казалось, раздавался за полмили отсюда. Рядом стоял Чарли – он бил в барабан и во весь голос выкрикивал слова команды. А миссис Десмонд заставляла бедных старых лошадей снова и снова бегать по нескончаемому кругу.
Но, пожалуй, самым сильным ударом для сэра Филиппа была встреча с Кит. Вся кровь бросилась ему в лицо.
– Кэтрин!
– Да, Филипп.
– Ах ты… ах ты, маленькая ведьма!
– Считайте, что вам повезло, – сухо отпарировала она. – Вы ведь хотели жениться на мне.
За этим, конечно, последовали новые объяснения и рассказы чете Десмонд и их труппе, новые выражения удивления и восторга.
– Мы не можем стоять и сплетничать здесь до бесконечности, – смеясь, сказала наконец Кит. – Надо помнить и о королеве.
Это отрезвило нас.
– Послушайте, – предложил я, – если вы присмотрите за пленниками и благополучно доставите их в тюрьму, мы с Кит возьмем их лошадей и поедем вперед. У нас есть еще много времени: представление назначено на субботу.
– На субботу? – Десмонд посмотрел на меня, и в глазах у него появилось выражение ужаса. – Разве вы не знаете? Спектакль перенесен, и представление состоится на два дня раньше. Вы не поспеете вовремя.
Наступила ужасная тишина, и я услышал, как в одной аз повозок кто-то засмеялся. Это был сэр Филипп.
Глава двадцать четвертая
Пропущенная реплика
До сих пор я рассказывал все подряд, шаг за шагом описывая наши приключения. Теперь я на некоторое время удалюсь со сцены и со слов Шекспира и наших друзей расскажу вам о том, что произошло в Лондоне.
Дело было в четверг вечером, в королевском дворце в Уайтхолле, который находился в деревне за Стрэндом, почти у самого Уэстминстера.
Весь день не умолкали молотки плотников, сколачивавших сцену и декорации, которые должны были изображать крепостной вал вокруг города Харфлера. Не успели они закончить свою работу, как явились обойщики и начали вешать богатые драпировки, на фоне которых должны были еще ярче заблестеть пышные костюмы и доспехи актеров. Эти задники можно было раздвинуть, и тогда перед зрителями откроется комната французской принцессы. Музыканты уже поднялись на галерею менестрелей и, несмотря на шум, пытались настроить свои инструменты. Дворцовые слуги вносили кресла для королевы и самых знатных гостей и расставляли табуреты и скамьи для менее важных особ, которые будут сидеть позади.
Тррах! Бум!
Молотки падают из рук плотников, и они испуганно оглядываются по сторонам.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52