ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Дина шла впереди, а мальчик – немного сзади, и было видно, что он очень расстроен.
– Я хочу пить, – сказала Дина.
– Вон фонтанчик, – поспешно сказал Томас (как вы уже догадались, этот мальчик в сером костюмчике и был Томас. И он показался Мартину очень милым, – от чего Мартин расстроился еще больше).
И Дина с Томасом пошли к фонтанчику.
Мартин замер, изо всех сил сжав в лапах банку из-под томатной пасты и стараясь дышать как можно спокойнее, чтобы вода в банке не булькала. Он чувствовал себя ужасно глупо: взрослый (пусть и очень небольшой) слон с хоботом, опущенный в большую банку из-под томатной пасты, прячется за питьевым фонтанчиком, чтобы услышать, что мальчик по имени Томас говорит Даме Его Сердца. Если бы Мартин мог, он бы немедленно убежал обратно домой, залез в аквариум и сделал вид, что никогда из него не выбирался. Но сейчас деться было некуда.
– Хороший утренник, – сказал Томас.
– Ага, – сказала Дина и наклонилась к фонтанчику.
– Ты очень хорошо пела, – сказал Томас.
– Ну вот уж, – сказала Дина, вытирая рот ладошкой, – так, пела и все. Вот если бы они дали мне вырастить ананас прямо на сцене, я бы им показала. Правда, это заняло бы месяца четыре. Но результат бы того стоил.
– Конечно, – горячо поддержал ее Томас.
Дина постояла и немножко посмотрела на зеленые ветки, шуршащие у них над головами, а потом на асфальт, а потом на собственные ладошки, – но только не на Томаса. И тогда Томас спросил:
– Почему ты не села со мной? Я тебе место занял.
– Не знаю, – сказала Дина, и слушающий их с замиранием сердца Мартин вдруг понял, что она действительно не знает.
– Я думал, мы друзья, – упавшим голосом сказал Томас. –
– Конечно, – сказала Дина, – мы друзья.
– Совсем-совсем друзья? – спросил Томас. И тогда Дина помолчала, а потом сказала задумчиво:
– Понимаешь, что-то не так.
– То есть? – безнадежно сказал Томас.
– Понимаешь, – сказала Дина, – ты не умеешь играть на волынке. Не знаю, почему, но это очень важно.
– Я умею ездить на роликах, – сказал Томас. – Один раз я даже упал и сломал палец, вот этот!
– Ннннет, – сказала Дина, не глядя на его палец. – Почему-то это не то. И еще мне иногда очень хочется послушать какой-нибудь русский романс. Ты умеешь петь русские романсы?
– Нет, – честно сказал Томас и поковырял ногтем фонтанчик.
– Ну вот, – со вздохом сказала Дина. – А это почему-то тоже очень важно. И ты не умеешь расти, когда волнуешься…
– Когда я волнуюсь, я умею здорово стучать зубами, – сказал Томас.
– Я тоже, – мягко сказала Дина. – Но опять, не знаю почему, тут что-то не то. Понимаешь? Что-то не то.
– Мы больше не дружим? – спросил Томас.
– Дружим, конечно! – сказала Дина, – С чего бы? Еще как дружим!
– И ты будешь сидеть рядом со мной? – спросил Томас.
– Нет, – сказала Дина и огорченно покачала головой. – Нет. Извини, пожалуйста.
И Дина направилась к скамейке, где стоял ее портфель. А Мартин прижал к груди банку из-под томатной пасты и тихонько пошел домой.

Глава 10
– И еще я пела, но не так чтобы очень, – сказала Дина. – Петь под пианино как-то совсем не здорово. В смысле, под волынку оно получается так – ух! А пианино какое-то тихое. Под волынку можно даже и слов никаких не знать, просто петь: «Ыыыыыыыы!!!» – и получается ужасно здорово. А под пианино все слова слышны, даже дурацкие.
«Хотите, я вам мелодично побулькаю?» – написал Мартин.
Дина засмеялась.
– А еще, – сказала она, получше устраиваясь на стуле и подсовывая под себя одну ногу, – я вломила Лу. Прям дала в ухо.
Мартин сделал большие глаза, и сквозь толщу воды они показались еще больше. Вообще-то Дина и Лу были друзьями – не разлей вода, но сегодня Лу попытался использовать Динину кошку Алису в качестве экипажа для своего бомбовоза-кошковоза. Гордая Алиса была настолько возмущена, что расцарапала юному естествоиспытателю щеку. Затем она вырвалась, поволокла бомбовоз-кошковоз за собой и носилась с ним по двору, пока не превратила Величайшее Военное Изобретение Века в ошметки. А ее гордая хозяйка Дина была, в свою очередь, так настолько возмущена, что попыталась засунуть эти ошметки Лу за шиворот.
Мартин не одобрял подобных мер решения конфликта. Он фыркнул, и золотые рыбки возмущенно замахали на него плавниками.
– Это что за банка? – спросила Дина и показала на большую банку из-под томатной пасты, наполненную водой. Банка стояла рядом с аквариумом, и золотые рыбки поглядывали на нее с неодобрением.
– Это банка для цветов, – сказал Мартин. – Как только я выберусь из этой чертовой матрицы, я подарю Вам букет, Дина. Что-то я давно не дарил Вам букетов. Дней пять или даже шесть. Бывает роза красной, фиалка – голубой и так далее.
– Спасибо огромное, – сказала Дина и поболтала пальцем в аквариуме, чтобы Мартину не было так одиноко там сидеть. – Скажите, Мартин, Вам когда-нибудь кажется, что все совсем не так, как надо, хотя все вроде бы так, как надо? И вы совсем не знаете, что не так, потому что кажется, что все так, но на самом деле все очень даже не так?
– Да, – сказал Мартин. – Да, конечно. Скажем, когда я знаю, что вел себя по-свински, хотя об этом больше никто не знает. И ничего плохого не случилось. Но все равно я вел себя по-свински.
– Только не со мной, – сказала Дина. – Со мной Вы всегда ужасно милый.
– Я люблю Вас, Дина, – сказал Мартин.
– Спасибо, миленький Мартин, – сказала Дина. – Правда, спасибо. Спокойной ночи. Спите хорошо.

ЧАСТЬ ПЯТАЯ.
МАРТИН НЕ БОИТСЯ
Глава 1
– Это я! – заявил Лу, на всякий случай насупив брови и приподнявшись на цыпочки.
– Нет, Лу, – укоризненно сказала миссис Робертсон, – это не ты.
– Откуда вы знаете? – разочарованно спросил Лу.
– Потому что я знаю тебя, Лу Смит-Томпсон, с того самого дня, как ты родился, – сказала миссис Робертсон, глядя на детей поверх очков. – В тот день я принесла поздравительную телеграмму от твоих бабушки и дедушки, а твоя мама, такая красавица! – надеюсь, она по-прежнему все такая же красавица, хотя ей, конечно, следовало бы побольше бывать дома, а не бросать двух маленьких ребятишек на старших брата и сестру, – пусть я и должна признать, что Ида, конечно, очень ответственная девушка, да и ваш брат Марк прекрасный молодой человек, – так вот, в тот день, когда ты родился, твоя красавица-мама вышла ко мне за телеграммами, и Марк с нею, и он так вежливо сказал мне: о, миссис Робинсон, хотите подержать моего маленького братика? – и представь себе, Лу Смит-Томпсон, ты обмочил мне всю сумку! Ни одно письмо в Саммервилле в тот день не было доставлено сухим! Так неужели ты думаешь, что я когда-нибудь спутаю тебя хоть с одним молодым человеком на свете, а тем более – с твоим старшим братом?!
Все знали, что когда миссис Робинсон начинала говорить, ей не только подолгу не удавалось остановиться, но и часто случалось сболтнуть лишнего. Дина расхохоталась, Лу залился краской и изо всей силы наступил ей на ногу, и Джереми, самому младшему из Смит-Томпсонов, пришлось буквально вклиниться между Лу и Диной, чтобы избежать Совершенно Жуткой Драки, какие случаются только между самыми лучшими друзьями.
Джереми, Лу, Марк и Ида Смит-Томпсоны жили в Доме с Одной Колонной, а Дина, лучшая подруга Джереми и Лу, жила прямо по соседству. Миссис Робинсон говорила правду: родителям Марка, Иды, Джереми и Лу следовало бы чаще бывать дома. На самом деле они жили в Индии и работали в секретной лаборатории, где занимались совершенно удивительным делом – клонированием. Джереми с Лу очень скучали по маме и папе. И Марк с Идой – тоже, хоть и были уже совсем взрослыми. Родители писали домой часто-часто, но телеграмма… За всю свою жизнь Джереми и Лу не могли припомнить ни одной телеграммы от родителей, а ведь Лу было целых восемь лет! Значит, произошло что-то из ряда вон выходящее, и дети всерьез разволновались. Вот почему Лу даже попытался выдать себя за Марка, которому и была адресована телеграмма, – сам-то Марк в это время был на работе, оформлял витрины в одном огромном супермаркете, – но старую миссис Робертсон было не провести.
– Нет уж, – сказала миссис Робертсон, – зайду вечером. Если бы дома был кто-нибудь из взрослых, я бы, конечно, отдала телеграмму ему…
И тут Джереми сказал:
– Отдайте ее Мартину!
Дело в том, что в Доме с Одной Колонной жили не только Марк, Ида, Джереми и Лу. Там жил Мартин.
Маритин был слоном. И когда-то его звали не «Мартин», а «Пробирка Семь», потому что родители Марка, Иды, Джереми и Лу вывели его в своей секретной индийской лаборатории и прислали детям «Федексом» под самый Новый год. И ничего не объяснили, а только приложили записочку: «Дорогие дети! Это слон!»
Вы, наверное, оглядываете сейчас свою комнату и думаете: «Это каким же огромным должен быть Дом с Одной Колонной, чтобы в нем мог жить слон!» А вот и нет. Мартин был очень необычным слоном. Представьте себе, размером он был всего-навсего с кошку! Пока, конечно, не начинал волноваться, тут он мог дорасти до размеров самого настоящего слона. И вообще Мартин обладал множеством удивительных свойств, о которых до поры, до времени и сам не подозревал. Например, в один прекрасный день выяснилось, что он может общаться с призраками давно умерших животных. Превращать разные предметы в манную кашу. Дышать под водой. Но все это было не очень важно. Важно было то, что Мартин был очень умным. Добрым. Помешанным на оладьях с вареньем и русских романсах. Умеющим играть на волынке (совершенно отвратительно). И способным любить навсегда. Навсегда и с первого взгляда он полюбил маленькую девочку Дину. Дина отказалась стать его женой, но Мартин любил ее все равно. Он был ее Рыцарем и Боевым Слоном Навеки.
И, конечно, миссис Робертсон была готова отдать телеграмму Мартину. Все, кто знал Мартина (а Мартина знал весь город), испытывали к нему совершенно безграничное доверие.
– Вот здесь и вот здесь, – сказала миссис Робертсон, и Мартин, залезши на приступочку, расписался в почтовой ведомости, а старая миссис Робертсон отдала ему телеграмму и не смогла отказать себе в удовольствии погладить маленького слона по голове. Редко кто мог отказать себе в удовольствии погладить Мартина по голове, у него была большая, круглая, теплая, ушастая голова, рука к этой голове так и тянулась. Впрочем, Мартин был совершенно не против.

Глава 2
Итак, загадочная телеграмма легла на столик в прихожей дожидаться Марка, а вся компания – Мартин, Дина, Лу и даже вундеркинд Джереми, в свете удивительных событий отказавшийся от чтения «Космографического журнала объединенных университетов штата Миссисиппи», – полезла на крышу смотреть на солнце в закопченные стеклышки и обсуждать возможное содержание родительского послания.
Версии о том, что с Смит-Томпсонами-старшими случилось что-нибудь плохое, компания отмела сразу.
– Ида бы почуяла, – авторитетно сказал Лу. – Она всегда все чует. Она почуяла мой «неуд» по французскому, уж не знаю, как. Я его еще не получил, а она уже почуяла.
– Ты просто с вечера перед контрольной не учился, а собирал свой дурацкий хомякоплав, – заметил Джереми.
– Хомякоплав? – изумился Мартин.
– Ну да! – оживился Лу. – Понимаешь, на колесной тяге. Большие такие колеса. Сажаешь восемьсот хомяков… – …и они поднимают вооруженный бунт, – подхватил Джереми. – Стрельба, то-се. Можно снять чудесный фильм. Такая длинная лестница, знаешь, и по ней бежит толпа вооруженных хомяков…
– Дурак ты, – обиженно заявил Лу.
– Слушайте, – сказала Дина и тюкнула Лу закопченным стеклышком по лбу, – перестаньте говорить глупости. Итак: что может быть в телеграмме?
– Ах, Дина, – сказал Мартин, – если бы Вы все-таки согласились стать моей женой, там было бы написано: «Дорогие Дина и Мартин! Боже Мой! Как мы счастливы! Даже не верится!»
Терпеливая Дина тихонько вздохнула.
– Спроси ее хотя бы после третьего класса, – посоветовал Лу. – Девчонки чем старше, тем сговорчивее.
– Слушайте, я понял. – вдруг сказал Джереми. – Они приезжают.
Несколько секунд все переваривали эту новость. Потом Лу разочарованно протянул:
– Неееее… Они только-только писали, что запустили новую серию этих… ну, этих.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

загрузка...